Александр Чиненков – Мальчишки из разделенного города (страница 21)

– Чёрт возьми, кажется, облава, – прошептал он. – Сегодня встреча с пацанами, похоже, отменяется, Димок. Сейчас берём ноги в руки и валим отсюда побыстрее и подальше.

Валерка ловко юркнул в густые заросли, и Диме ничего не оставалось, как последовать за ним.

***

Допив горилку, Кирилл Матвеевич перевернул рюмку донышком и поставил на стол.

– Всё, будя, – сказал он решительно. – Мы очень хорошо посидели ночью при свечах, Лука, и этого с избытком теперь хватит мне на целый год.

– Чего хватит, – усмехнулся Лука Григорьевич, ставя на стол опустошённую рюмку, – выпитого или воспоминаний, которыми мы с избытком делились с тобой всю ночь напролёт?

– И того, и другого, – вздохнул Кирилл Матвеевич, отправляя кусочек сала в рот. – Мы с тобой наговорились, как воды напились, Лука. А мне ещё возвращаться обратно предстоит, на российскую территорию.

– Ничего, я тебя легко через границу переведу, – заверил его Лука Григорьевич, снова потянувшись рукой к бутылке. – Здесь столько незримых троп, что не стоит утруждать себя для легального перехода границы.

– И ты гарантируешь мне полную безопасность? – сделал вид, что усомнился, Кирилл Матвеевич. – И почему я должен возвращаться в Россию нелегально, когда могу это сделать легально?

– Потому, что я не собираюсь тебя отпускать именно сейчас, не выспавшимся и не опохмелённым, – сказал Лука Григорьевич. – Разрешение в твоём кармане действительно до вечера, так что у нас ещё полно времени для «двусторонних межгосударственных переговоров».

– Нет, я пойду, – заупрямился Кирилл Матвеевич и помотал головой. – Ты прав, я очень хочу спать и совсем не хочу опохмеляться. Годы уже не те, Лука. Если раньше, когда мы были молоды, могли не спать сутками и пить горькую литрами. А сейчас…

– Нет-нет и нет, я не отпущу тебя, – в свою очередь заупрямился Лука Григорьевич. – Ты много лет шёл ко мне в гости и теперь так просто не отделаешься от моего гостеприимства!

Не обращая внимания на протесты гостя, он всё же наполнил рюмки горилкой и вдруг неожиданно поинтересовался:

– Скажи, а о чём мы с тобой говорили всю ночь напролёт, Кирюха? Если честно, я мало чего помню из нашего разговора.

– Да так, о пустяках, Лука, – поспешил успокоить друга Кирилл Матвеевич. – Всё больше воспоминаниями тешились.

– Только то? – не поверил ему Лука Григорьевич. – А «всё меньше»? Говорили же мы что-то, сегодняшнего дня касаемое, чёрт возьми?

– Да так, – вздохнул Кирилл Матвеевич, – обсуждали мимолётно, что ждёт наши «царства-государства» впереди.

– И какое своё мнение я тебе высказывал? – так и не выпив, поставил на стол рюмку Лука Григорьевич. – Хаял или расхваливал Украину свою ненаглядную?

– Нет, страну свою ты не хаял, а вот правительство костерил и в хвост и в гриву, – усмехнулся Кирилл Матвеевич и, подавшись вперёд, заговорческим тоном добавил: – Не заморачивайся, никаких военных тайн ты мне не выдал и никаких государственных секретов не раскрыл.

– А чего я сейчас могу выдать или раскрыть? – ухмыльнулся Лука Григорьевич. – В спецслужбе давно не работаю, да и не было там таких тайн, о которых бы российская разведка не ведала. А сейчас америкашки заправляют в СБУ безраздельно. Они, конечно, профессионалы, но… Жалкие пацанята супротив российских гигантов. Это я о ФСБ и разведке говорю.

– Ну-у-у… Давай не будем недооценивать, как говорит наш президент, «наших партнёров», – улыбнулся Кирилл Матвеевич. – Главного они добились, это я о расколе между нашими братскими народами. И образовавшаяся расщелина между нами всё растёт и ширится.

– Э-э-эх, – с явным сожалением рубанул рукой воздух Лука Григорьевич и схватился за рюмку.

– Нет, не отпущу я тебя сегодня, не взыщи, – сказал он, жуя кусочек хлеба. – О чём мы ночью с тобой говорили, я не помню, значит, есть смысл обговорить всё заново. Ты же не откажешь в моей просьбе ещё у меня погостить, Матвеевич?

– Не хочу отказать, но придётся, – вздохнул с полным сострадания лицом Кирилл Матвеевич. – Сейчас мы перепохмелимся «на другой бок», и завтра ты снова ничего не вспомнишь.

– Да я… – ударил себя кулаком в грудь и пьяно ухмыльнулся Лука Григорьевич. – Да я…

В кухню вошла его супруга. Увидев состояние мужа, она укоризненно покачала головой.

– Всё, вам хватит, – сказала она, забирая со стола бутылку. – Лучше ложитесь спать, а то…

В кармане у Кирилла Матвеевича зазвонил телефон, и женщина замолчала, глядя на совершенно трезвого после ночной попойки гостя.

– Кто это тебя вызванивает, Матвеевич? – вскинув брови, пробубнил Лука Григорьевич. – Кому это ты сейчас понадобился, дружище?

– Сейчас поглядим, – глянув на телефон и поднося его к уху, ответил Кирилл Матвеевич. – Алло, я слушаю?

– Ты сейчас где? – прозвучал в наушнике голос Корсака. – На украинской или на российской территории?

– Пока ещё в гостях у боевого товарища, – покосившись на сосредоточенное лицо Борзенко, ответил Кирилл Матвеевич.

– Мы должны срочно увидеться, – прозвучал требовательно голос Корсака. – Давай выходи, за тобой уже приехали.

– За мной? Приехали? Кто? – поспешил к окну Кирилл Матвеевич и сразу же увидел стоявший у ворот армейский уазик.

– Всё объясню при встрече, – поторопил его Корсак. – А сейчас живо прощайся с «однополчанином» и на выход. Только живее шевели копытами, Тихий, ты мне сейчас как воздух нужен.

15.

Открыв глаза, Лесь тут же вскочил с грязной лежанки и вспомнил всё.

Марыся вывела его и девочек за ворота и тут же закрыла калитку.

– Пошли скорее! – сказал он девочкам, набросил на плечо сумку с вещами Корсака и быстро пошагал по ночной улице.

– Ой, куда мы? – едва поспевая за ним, спросила Оля, крепко держа за руку бежавшую за ней Ксюшу.

– Подальше от этой хаты, вот куда, – огрызнулся недовольно Лесь. – Сейчас нам предстоит найти местечко для ночлега.

– Ты что, не знаешь, куда нам идти? – ужаснулась Ольга.

– Не знаю, – признался Лесь, сбавляя шаг и оборачиваясь. – Но ничего, сейчас лето, на улице тепло, можно переночевать где угодно.

– Не хочу где угодно, в хате хочу! – закапризничала Ксюша. – Я боюсь собак, лис и волков. Они…

– Мне тоже хочется поспать в постели, под одеялом, – буркнул Лесь. – Но у нас нет ни хаты, ни постели, ни одеяла. И надеяться нам не на кого. Мы должны теперь сами заботиться о себе, ясно?

– Ой, кто-то стоит впереди? – увидев стоявшие на перекрёстке улиц силуэты, испугалась Ольга. – Это грабители, Лесь?

Мальчик остановился. Девочки встали рядом с ним. Лампочки на столбах светили тускло, но то, что стоявшие впереди мужчины в военной форме, определить было возможно.

– Чёрт, вот вляпались! – в сердцах высказался Лесь. – И что теперь делать? Попробовать сойти с улицы и затаиться у какого-нибудь забора?

Кое-как подавив в себе страх и волнение, он решил идти вперёд, больше им ничего не оставалось. Обойти стоявших на перекрёстке военных было невозможно: они наверняка их заметили. Бежать тоже было бы неразумно, их быстро догонят.

– Не бойтесь, – обратился Лесь к едва живым от страха девочкам. – Разговаривать буду я, а вы молчите. Если будут задавать вам вопросы, начинайте громко реветь и прятаться за мою спину.

– Ого-го, кого я вижу? – воскликнул крупного телосложения военный с автоматом на груди. – Да это же детишки. Время уже за полночь, а они по улицам разгуливают?

Восклицание военного нагнало на Леся и девочек ещё больше страха. Мальчик даже почувствовал, как бешено заколотилось в груди сердце, а ноги сделались ватными.

– Мы идём к бабушке, – стал сбивчиво объяснять мальчик, тыкая пальцем за спины военных. – Маму «неотложка» увезла, а сестрёнки боятся оставаться одни в хате.

– В хате они оставаться боятся, а идти по ночным улицам нет? – удивился второй военный, приглаживая ладонью автомат, висевший у него на груди.

– Так мы это… – стушевался Лесь, но тут же нашёлся: – Так это, бабушка недалеко здесь живёт. Рукой подать, честное слово?

– Недалеко, это где? – задал вопрос третий военный с пистолетом на поясе.

– Да здесь, у железной дороги.

– Это на МПСовской? – уточнил «крупный» военный.

– Да, там, – тут же солгал Лесь.

– Ну, это не так уж и близко, – усмехнулся офицер. – Почти в Украине. Чтобы до МПСовской дойти, железную дорогу переходить надо.

– А что, нам не впервой, – начиная смелеть, хмыкнул Лесь. – Мы к бабушке часто в гости ходим.

– А под поезд попасть не боитесь? – спросил второй военный и тут же поправился: – Хотя… Хотя поезда мимо Чертково уже не ходят.

«Значит мы всё ещё в России, а не в Украине, – подумал и сразу же приободрился Лесь. – Надо что-то срочняком придумать, чтобы от погранцов отвязаться…»

– Сейчас подъедет машина, и увезём детей на заставу, – сказал офицер и потянулся к висевшей на груди рации. – Побудут до утра у нас, а завтра решим, что с ними делать…