Александр Чиненков – Честь вайнаха (страница 11)

– Понятно, задание похоже на то, как с грузовиками и бензовозами, – сказал Иван задумчиво. – Только вопрос, хватит ли у нас сил справиться с поставленной задачей? Нас всего шестнадцать человек, включая и тебя, командир… Но ты не в счёт, итого пятнадцать.

– Ну нет, на этот раз я пойду с вами, – возразил Али. – Я себя чувствую уже вполне способным идти на задание, так что…

– А не проще ли было бы вдарить по нему из «катюши»? – погружаясь в размышления, пробубнил Иван. – Интересно, выдержал бы дот её удар?

– Нет, «катюш» нам выделить не могут, – вздохнул Али. – Они сосредоточены в другом месте. Там более мощные укрепления немцев, и по ним готовится главный удар.

– Этот дот как заговорённый, и пушки его не берут, – покачал головой Иван. – Что ж, остаётся только взорвать его изнутри.

– Вот поэтому нам, разведчикам, решили поручить это ответственное задание, – кивнул Али. – Никому другому с этим не справиться, так решили в штабе дивизии. Вот потому я и решил идти с вами вместе и помочь чем смогу.

– А если мы все погибнем? – насторожился Иван. – Нет, ты должен остаться, брат… Иначе полк останется совсем без разведки!

– Сделаем всё обдуманно и правильно, вернёмся обратно, – нахмурился Али. – А мы обязаны с тобой всё просчитать и обдумать, чтобы сохранить жизни наших бойцов. Да, дот очень хорошо защищён и тщательно охраняется, но мы кто? Вот именно, мы разведчики и должны перехитрить врагов! В полку много храбрых и решительных вояк, но они не способны на то, на что способны разведчики! Так что гордись, брат, что именно нам поручено такое ответственное задание. Нам доверяют, и мы должны расшибиться или даже погибнуть, но оправдать его!

Ровно в полночь загрохотали орудия. Таким образом командование решило отвлечь внимание немцев от охраны занимаемых позиций и сосредоточиться на перестрелке. Во время артиллерийской дуэли разведчики должны были подобраться как можно ближе к высотке и, застигнув гарнизон дота врасплох, напасть на него и уничтожить.

– Ещё вдарьте, ещё, – твердил возбуждённо Али, и нервная дрожь пробирала его до костей. Вспышки рвущихся на немецких позициях снарядов приводили его в трепет.

– Может, уже пора? – спрашивал Иван то и дело, толкая его в бок рукой.

– Пока ещё нет, – отмахивался Али. – Немцы ещё недостаточно увязли в перестрелке. Вот когда они откроют огонь по-настоящему…

Ждать пришлось недолго. Четверть часа спустя немцы стали огрызаться всеми видами оружия, находящегося у них в наличии. К грохоту пушек присоединились хлопки миномётов, застрочили пулемёты, засверкали трассирующие пули, которые пролетали над головами и гасли в снегу где-то далеко позади.

Немецкий укрепрайон ожил, загудел, ощетинился, но… Дот молчал, не принимая участия в боевых действиях. «Ну, где же сигнал? – думал Али, кусая нижнюю губу. – Где эти чёртовы ракеты?» Вокруг всё взрывалось, гремело и кипело. Линия фронта сейчас напоминала пекло, в котором всё бурлит и клокочет. И вдруг… Две зелёные ракеты взметнулись ввысь, давая сигнал действовать.

– Иван! Команда!

От места, где томились в ожидании приказа разведчики, до дота было около двух километров. Под грохот орудий и свист пуль это расстояние могло показаться раза в два длиннее. Но не единожды ходившим во вражеские тылы разведчикам было не привыкать преодолевать любые расстояния в любую погоду: хоть в непролазную грязь после проливных дождей летом, хоть по глубокому снегу зимой в пургу и даже бурю.

Во время подготовки к атаке дота Али не проводил с бойцами никаких бесед, чтобы настроить их на опасное предприятие. Он знал, что разведчикам не нужно слов. Опытные бойцы получили задание, и никакие «возвышенные», призывающие к патриотизму речи не интересовали их. Они, не задумываясь, пойдут на всё, в любое пекло, ради выполнения поставленной перед ними задачи. Больше половины личного состава разведвзвода – бывалые бойцы. Что им говорить? Что кто-то из них в эти часы идёт в последний бой? Что кто-то останется лежать бездыханным, уткнувшись лицом в снег? Что, несмотря ни на что, надо добраться любой ценой до дота и уничтожить его гарнизон? Всё они знают. Им хорошо известно, что такое война. Самое трудное – добраться до дота и ворваться внутрь. А потом… Да будь в нём хоть десяток немцев, хоть сотня, разведчики не побоятся сойтись с ними в смертельной рукопашной схватке, в которой никто и никогда не побеждал русского солдата!

Одетые в белые маскировочные костюмы разведчики двинулись в сторону озаряемого светом сигнальных ракет зловещего вражеского дота. Впереди, утопая по пояс в глубоком снегу, шёл Иван Болотников. За ним остальные солдаты. Алихан замыкал цепочку.

Шли осторожно, немедленно залегая в снег во время взлёта осветительных сигнальных ракет. Они не обращали внимания на грохот пушек, вой снарядов и взрывы. Бойцы были сосредоточены на выполнении боевой задачи, больше их не интересовало ничего. Когда до дота оставалось двести пятьдесят – триста метров, они все легли на снег, рассредоточились и поползли вперёд.

Увязшие в навязанном бое, немцы не увидели, как горстка отважных бойцов подползла к высотке, вскарабкалась на неё, и…

Вход в дот оказался закрытым тяжёлой бронированной дверью. Откуда она была заперта – снаружи или изнутри, из-за темноты выяснить было невозможно. Разведчикам ничего не оставалось делать, как…

– Рассредоточиться, – шёпотом сказал Али, и его приказ был тут же передан бойцами друг другу по цепочке. – Иван, действуем! – сказал он Болотникову, и тот понял его с полуслова.

Швырнув в дверь по противотанковой гранате, Али и Иван замерли, уткнувшись лицами в снег. Прогремел чудовищной силы взрыв, который вырвал из косяка дверь и отбросил её на несколько метров в сторону. Али и Иван кинулись в образовавшийся проход, а разведчики вступили в бой с опомнившимися фашистами.

Али, оказавшись в тесном проходе, передёрнул затвор автомата и попытался выстрелить. Автомат дал осечку, видимо, заклинило патрон. Перед ним возникли два немца с автоматами в руках, но выстрелить и они не успели.

– Ложись! – услышал он сзади себя громоподобный окрик и упал ничком на бетонный пол. В это время прямо над ним загрохотал автомат Болотникова, который изрешетил немцев, заслонивших собой проход.

Иван перешагнул командира и, не прекращая стрельбы, двинулся в глубь дота. Али вскочил. Искать причину отказа автомата не было времени. Тогда он выхватил нож и поспешил следом за Болотниковым.

Немцев внутри дота оказалось много. Разрядив автомат, Болотников вступил с ними в рукопашную схватку. Его удары были сокрушительными и точными. Он успевал сшибать тех, кто шёл на него спереди, затем резко поворачивался и сшибал тех, кто слева. Али прикрывал его справа, ловко орудуя финкой.

На его глазах немецкий офицер метнулся к лежавшему на столе автомату, но воспользоваться им не успел. Сильнейшим ударом ногой Болотников выбил оружие из его рук. Один из немецких солдат выдернул из амбразуры пулемёт, развернулся, но…

Али метнул в него нож – не попал. Лезвие только рассекло немцу щёку. Тогда Болотников вырвал из его рук пулемёт и так двинул прикладом в переносицу немца, что выбил оба глаза и сломал все лицевые кости. Набросившись на пытавшегося выхватить из кобуры пистолет офицера, Али схватил его за горло, и…

В это время в дот один за другим стали вбегать разведчики.

– Что там? – крикнул Али, отпуская горло уже мёртвого офицера.

– Там немцы, – ответил один из бойцов. – Их очень много…

– Опомнились, – ухмыльнулся Иван. – Теперь у них задача во что бы то ни стало освободить дот.

– А наша задача взорвать его, – сказал Али и осмотрел бойцов, находящихся перед ним. Их было восемь. – Где остальные?

– Пали смертью храбрых, – ответил кто-то.

– Честь им и слава, – вздохнул Али. – А теперь срочно минируем дот, и…

– Здесь есть ещё одна дверь, – сказал Иван, успевший во время рукопашного боя осмотреть помещение. – Видимо, через неё немцы приходили в дот, а не через ту, через которую мы «вошли» сюда.

– Хорошо, иди разведай, что там за ней, – распорядился Али. – А мы тут подготовим всё к взрыву.

5

Внутри дота разведчиками было обнаружено большое количество оружия и боеприпасов. «Это не просто временное оборонительное сооружение, а бастион, рассчитанный на длительную оборону! – подумал Али, разглядывая крупнокалиберные пулемёты, вынутые разведчиками из амбразур и разложенные на полу. – Восемь боевых, столько же запасных… А боеприпасов целый склад! Сколько здесь всего – хватит на месяц упорных боёв, если ни на больше!»

– Минируйте всё, – приказал он бойцам. – Чтобы от этого логова камня на камне не осталось!

– Да тут уже всё заминировано, товарищ командир! – крикнул кто-то из бойцов. – Немцы уже за нас постарались и подготовили дот к уничтожению.

Внезапно штукатурка над головой Али разлетелась в разные стороны, а воздух в помещении наполнился мельчайшей пылью. Один из бойцов, стоящих в проходе, упал. Он перевернулся дважды и замер. Али с трудом осмысливал происшедшее. Упавший солдат лежал у его ног, из раны в голове вытекала пульсирующей струйкой кровь. Али закрыл глаза, он был в отчаянии, но…

Когда он открыл глаза, рядом уже стоял боец и, сгибаясь от тяжести, стрелял в проход из крупнокалиберного немецкого пулемёта. Всё помещение дота наполнилось пороховым дымом. Из него, как из тумана, показался Иван Болотников.