С этими словами Анна Федоровна прошмыгивает куда-то в туман и в нем совершенно вдруг растворяется. Маг в отчаянии пытается бежать за ней следом, но понять, куда делась крохотная женщина в этой холодной и призрачной мгле из белого пара и черной копоти, решительно невозможно.
Павильон. Март. Ночь. Михайловский замок.
Комнаты Александра
В комнатах Александра скопление народу. Сам Государь сидит на диванчике, его отпаивают валерьянкой. Он пьет лекарство из небольшого стаканчика, и руки его ходуном ходят. Из-за спин людей возникает Пинетти, который пытается попасть к Александру. Пинетти останавливают Бенигсен и Платон Зубов. Им-то Пинетти что-то быстро докладывает. Генералы тут же жестами гонят мага куда-то прочь и с двух сторон наклоняются к молодому Государю.
Бенигсен: Маг доложил, что невестка ваша в ажитации с кочергой ищет вашего брата. Что скажете?
Александр (слабым голосом): А?! Что?! (Вдруг аж подскакивает.) Я совсем же про них забыл! (Платону Зубову:) Беги к нему, милый друг, и заставь присягнуть. И коль присягнет, пусть на виду у меня здесь и останется. А не захочет… (со странною ноткой) Что ж, пусть тогда его найдет Анна Федоровна!
Платон Зубов вскакивает и куда-то в туман и во тьму убегает. Александр провожает его взглядом, а потом жестом приказывает Бенигсену наклониться поближе.
Александр (еле слышно Бенигсену): А ты, либе фройнд, поди-ка да отыщи мою жену. Да только так, чтоб ДО тебя ее нашла безумная Анна Федоровна. (Со значеньем:) Ты меня верно понял?
Павильон. Март. Ночь. Михайловский замок.
Комнаты Государыни
В комнатах Государыни немного натоплено и зажжены все свечи. Государыня сидит на своем кресле и тихонечко всхлипывает. За ее спиной огромная Карловна чуть разминает ей шею, а Доротея сидит в ногах. В руках у Доротеи кружка с отваром, которую она то и дело подает своей повелительнице, а та оттуда прихлебывает. В углу комнаты забилась Елизавета Алексеевна, вокруг которой суетится Салтыков, который и ее тоже чем-то отпаивает. Вдруг раздается стук в дверь. Доротея вскакивает и бежит открывать.
В комнату заглядывает Бенигсен.
Бенигсен: По приказу Государя Императора я ищу его жену. (Видит Елизавету в углу, и голос его становится злым и лязгающим:) Требую немедля мне ее выдать!
Елизавета Алексеевна (в ужасе): Не отдавайте меня ему, Ваше Величество! Я за вас весь век господа молить буду! Он же убьет меня в коридоре! Пить дать – убьет!
Мария Федоровна с удивлением смотрит на невестку, потом в голове ее будто бы что-то щелкает. Она почти выпрыгивает из своего кресла и начинает кричать.
Мария: Да кто ты такой, чтоб с меня что-то требовать! Я! Я теперь Государыня! А ты… Ты… Ты успел из той (тычет пальцем в закрытую дверь) комнаты выскочить, прежде чем убили там моего милого Пауля?! Коли нет – самолично повешу! Убийца!
Беннигсен (растерянно): То есть как?! Все же кругом… (В голосе его появляются нотки панические:) Никто, никто не хочет вас Государыней! Вы… Вы обязаны присягнуть сыну! Вы… Вы!
Мария (с яростью): Стало быть, вот как?! Переворот?! Отцеубийство?! Что ж – поглядим, за кем полков пойдет больше! За мною все егеря, вся Прибалтика! А за вами кто? Полторы калеки с поляками?! Да ты – хренов выкрест?! Стало быть, руку подняли на царя-батюшку?! Ну погодите вы у меня, я вам устрою…
Бенигсен стремительно выбегает из комнаты, а Государыня начинает визгливо смеяться. Смех ее переходит в икоту и сразу в рыдания. Мария Федоровна, всхлипывая и размазывая слезы у себя по щекам, бросается к верной Карловне и, падая ей на грудь, горько плачет.
Мария: Боже, ну почему? Почему меня все не любят?! Почему не хотят, чтоб я и дальше побыла Государыней? Что за притча?
Карловна (обнимая и утешая свою госпожу): Дык… А за что ж им тебя любить? Ты ж, мать, у нас – немка! Так за что ж любить тебя людям русским?
Мария (растерянно): Погоди, сверковка-то моя – тоже немка, а вон как ее все…
Карловна (почти весело): Не, погодь! Катерин Лексевна была баба русская, этого у ей не отнять. Даже муж твой, дурак, и тот порою был русский, а ты, мать, шалишь! Настоящая немка! (Пытаясь пояснить:) Ну сама посуди, о чем ты, мать, думаешь, про что душа у тебя всю дорогу болит?
Мария: Как о чем? О детках… Пока были живы – о маме и папе.
О вас обо всех… А о чем же мне еще думать?
Карловна (утешительно): Верно. Честная ты… А еще думаешь ты о Кристофере. Не красней. (Сухо:) Потому ты и немка. (Назидательно:) А Государыня Екатерина Великая всю жизнь только лишь о России и думала. Страною жила, о ней и заботилась. Потому она для всех для нас – русская…
Мария Федоровна начинает жалобно всхлипывать. Карловна обнимает ее с теплым чувством и шепчет.
Карловна: Какая же хорошая ты у нас баба, Машка! Достанься путный тебе мужик, цены бы тебе как Государыне не было б! В семье все накормлены, все ухожены, дети всему чему надо выучены, на столах блюдечко к блюдечку, ложечка к ложечке… А с твоим оболтусом – вон же как вышло. Э-эх!
И с этими словами огромная Карловна вместе с Государыней начинает вдруг плакать. Так они вместе сидят, обнявшись, и плачут. Горько и жалобно…
Павильон. Март. Ночь. Михайловский замок.
Коридор
В смутном тумане, мгле и пелене коридора Платон Зубов тащит упирающегося и явно нетрезвого Наследника Константина. Руки у Наследника в кандалах, а от давеча выпитого его во все стороны постоянно пошатывает.
Платон Зубов: Следуйте за мной, молодой идиот, и принесите немедля присягу верности вашему брату! А не то ваша трехнутая жена этой ночью вам мозги вышибет!
Константин: А с чего это Анька за братца моего нанялась грязные его делишки проделывать? Анька хоть сука и стерва, но не из таковских!
Платон Зубов: Да плевать она из каковских! Не принесешь присягу своему брату – сразу и сдохнешь, а всем скажут: Анька тебя этой ночью нашла! Теперь понял?
Константин (немедля трезвея): Ты бы сразу так и сказал. Что ж я, басурман что ль какой?! Теперь – сразу понял. Присягну. Что ж я… Совсем что ли?
Вдруг из коридорного тумана возникает маленькая Анна Федоровна. В руках у нее кочерга.
Анна Федоровна: Так вот ты где… Гад! Ну, давай разводиться!
С этими словами маленькая женщина со всей дури бьет мужа по голове кочергой. Однако бывалый солдат ловко от удара выскальзывает, подставляя под него руки свои в кандалах. От сильного удара кочерга высекает искру из наручников. Женщина быстро отскакивает и бьет еще раз. Однако Наследник уже начеку и снова умело отбивает удар своими наручниками.
Константин: Козлы! Железа с меня скорее снимите!
Анна Федоровна (с ожесточением нанося удары): Врешь! Не уйдешь! Вот же, гад, прыткий!
Константин (с ненавистью): Я тебя, блин, голыми руками порву, сука! За две ноги и пополам – до пупа! Обещаю!
На шум и крики со всех сторон сбегаются люди. Среди них перепуганный донельзя Пинетти. Толпу раздвигает собой генерал Голенищев-Кутузов.
Голенищев-Кутузов: Отставить бардак! Я – сказал! ОТСТАВИТЬ!
Анна Федоровна: Да пошел ты, дядя…
В ответ звук смачного удара, как будто небольшой кусок мяса с размаху шлепнули со всей дури об стену.
Константин: Так ее! Дай еще я добавлю!
Голенищев-Кутузов: ОТСТАВИТЬ! Тупой?!
Константин: Ща я ей!
В ответ снова звук смачного удара, как будто с размаху шлепнули об стену кусок мяса побольше.
Павильон. Март. Ночь. Михайловский замок.
Комнаты Александра
В комнате Александра народу все прибывает. Сам Государь в крайне расстроенных чувствах сидит на своем диванчике и бормочет.
Александр: Нет, нет, я этого не хотел! Это все произошло против моей воли. Что в Европах подумают?
Откуда-то появляется фон Пален.
Фон Пален: Ваше Величество, полно ребячиться, идите уж царствовать!
Александр (капризным голосом): Ну нет уж, я так не могу! Все подумают, что я приказал убить папеньку!
К императору подбегает откуда-то перепуганный Бенигсен.
Бенигсен: Ваше Величество, Ваша мать решилась упорствовать! Она говорит, что за нее войск будет больше. Мол, все егеря и Прибалтика! Меня вот обозвала – выкрест! А меня давно так никто и нигде не смел оскорблять!
В комнате возникает ошарашенное молчание. Александр резко вскакивает.
Александр: Все! Черт с ней! Всю жизнь, всю жизнь эта женщина встает у меня на пути! Она хочет драки?! Ну что ж – будет драка. Идите и приведите ее немедля к покорности или же… Или же принесите мне ее голову!
Фон Пален (бросаясь вперед): Ваше Величество, дозвольте мне! Клянусь вам, я… Я уговорю Государыню! Она меня точно послушает. Я сейчас… Быстро… (Стремительно убегает.)
Александр (обращаясь ко всем присутствующим): А мы же… Мы все немедля отбываем отсюда в мою резиденцию, в мой дворец – в Зимний! И запомните, я не буду иметь ни малейшего отношения ко всему, что в этой дыре еще вдруг случится! Я отбыл!
Павильон. Март. Ночь. Михайловский замок.
Комнаты Государыни
