Видок (с ухмылкой): Безродный, нищий малец сумел подняться из грязи и получить графский титул… Думаю, карьера его была с моей сходна. (Обращаясь к Голицыну:) Хотите совет? Сделайте этого Кутайсова у себя в Москве главным. Будете при нем, как граф Альмавива при Фигаро. Ей-ей, оно того стоит! (Со странным смешком:) Ах, простите… Я имел в виду – он при вас будет, как Фигаро при сиятельном Альмавиве!
Дмитрий Голицын (будто не слыша Видока): Занятно… Я вспоминаю историю, что якобы Кутайсов на императора Павла обиделся, потому что тот не хотел выдать за сына его, князя Багратиона, дочку свою Екатерину Павловну. Граф тогда самовольно убыл в отставку. Павел весьма осерчал и опалился на графа, но без Кутайсова строительство Михайловского замка пошло наперекосяк… Боже мой. Я всегда знал эту историю, но почему-то не делал верного вывода! То есть у меня под рукою в Москве есть старенький граф Кутайсов… ( С восторгом:) А ведь это и есть для восстановления первый камень! Я отстрою Москву краше прежнего!
Дверь в комнату раскрывается, и на пороге появляется гражданская жена Видока – Мари-Анн Ленорман. Ее, видимо, никогда нельзя было назвать очень хорошенькой, однако она, несомненно, мила и непостижимым образом сразу заполняет собою всю комнату, хоть при том выглядит костлявой и стройной. При виде гостей Мари Ленорман без всяких церемоний целуется с Чернышевым, восклицая.
Ленорман: Полина все плакала, думая, что люди Наполеона тебя наверняка убьют, а я точно знала, что жизнь твоя будет долгой и потрясающей. Ты знаешь, что тебе суждено пережить нас с Эженом и даже Полинушку? Ты с нею на связи? Как она?
Чернышев (сухо): Насколько я знаю, где-то в Италии. Свергает неаполитанского короля. Считает этого арапчонка Мюрата предателем. Пишет, что итальянцы схватили его и она, Полина Боргезе, как самая знатная, требует смертной казни. Самое смешное, что Боргезе поднялись на мятеж супротив Бонапарта, а Полин требует казни Мюрата, за то, что тот ее брата предал. (Сокрушенно вздыхая:) Боюсь, она никогда не страдала последовательностью в мыслях…
Ленорман (с заразительным смехом): Милая Полин, и эта ее непосредственность! Собственно, именно за нее мы Полину и любим. А что с вашим сыном?
Чернышев (разводя руками): С каким таким сыном? Полин родила настоящего Борджиа, и мои ей поздравления.
Ленорман ( с чувством поглаживая Чернышева по плечу): Понимаю. Я делала ему гороскоп, ничего особенного, но необычайно силен дом потомков. Уверяю вас – мальчик станет первым из великих Боргезе, и все будут отличать их от Борджиа! ( С лукавой усмешкою:) Судя по крови, их будут знать не как великих негодяев и отравителей, но – разведчиков с диверсантами!
Чернышев (облегченно вздыхая): Главное, чтоб не вешателями! Кстати, о предсказаниях. Это князь Дмитрий Голицын – сын знаменитой в былой Франции “Princesse Moustache”! «Усатая княгиня» была в девичестве Чернышева, то бишь она моя тетушка, отсюда мы с Дмитрием – кузены. Ему нужно, чтобы вы ему погадали.
Ленорман (садясь за столик с картами и с интересом разглядывая Дмитрия Голицына): Рада знакомству. Что бы вы хотели знать, князь?
Видок (негромко): У него проблемы, Мари. Похоже, именно нашего князя назначат сожженную Москву восстанавливать. А там наши «пуалю» весьма поднагадили. Князю надобно знать, сможет ли он преуспеть и с чего ему начать в этом деле.
Ленорман (бросив странный взгляд на сожителя): Какое изумительное желание. Обычно просят женщину или деньги… С деньгами проще. И что же ты ему посоветовал?
Видок (невинно пожимая плечами): Французский опыт всем уже показал, что с улицей лучше всего управляются те, кто на ней вырос.
Ленорман (с непередаваемой усмешкой): Кто-то навроде тебя, мой Эжен?
Видок (небрежно): Например, граф Кутайсов. Грузинский сирота из города Кутаиса. Я бы на месте Дмитрия Васильевича серьезно подумал о принятии такого на службу…
Ленорман (делая отметающий жест): Я поняла. Впрочем, карты все скажут. (Обращает внимание на перстень на пальце Голицына.) Господи, я знаю этот талисман… (Шокированно:) Но… По слухам, он же ведь был утрачен! Откуда он у вас?!
Дмитрий Голицын (демонстрируя всем перстень): Мне его после ранения в Бородинском сражении на удачу подарила милая матушка, а ей дал сам Калиостро. За то, что, когда великий маг за кражу колье Марии-Антуанетты был схвачен, мама его из узилища выкупила. Вы про него что-то знаете?
Ленорман ( с ажитацией): Ну конечно, знаю! Это камень самого Сс-салаз-зара!
Чернышев ( с интересом): Какого еще Салазара?
Ленорман (мотая головой): Нет, не «Салазара» – а Сс-салаз-зара. Произносить буквы нужно с присвистом, так, чтобы было похоже на шипение. Сс-салаз-зар был лучшим учеником и воспитанником самого Великого Змея. Того самого искусителя, который предложил Еве яблоко… Это был величайший маг и волшебник, но все его творения отмечены печатью великого искушения! Сам Сс-салаз-зар пал жертвой своих же творений, став из величайшего мага порочным преступником!
Дмитрий Голицын (нервно): Так вы хотите сказать, что кольцо это порождает порок с преступлениями?
Ленорман (с живостью): Вовсе нет. Согласно легенде, это кольцо было выковано в лучах звезды Альтаир. Звезды Орла. А орел не может быть порочным преступником. Однако само изображение звезды Орла всегда делается в виде орла пикирующего, с распущенными когтями, в миг, когда он на добычу с небес камнем падает. Отсюда и толкование – человек в лучах Альтаира добьется всего, чего сам захочет, однако же… Падение есть падение. Один раз удалось точным ударом убить крупную дичь, другой раз удалось, пора и честь знать. В этом и есть суть искушения кольца Сс-салаз-зара. Оно исполняет ваши желания, но вы сами должны найти в себе силы, чтобы кольцом сиим больше не пользоваться. Иначе в очередной раз вместо роскошной добычи будет падение. В бездну. Так, как это произошло с Калиостро.
Чернышев (обеспокоенно): Димон, послушай, я не суеверен, однако же… Может быть, твои желания не стоят того, чтобы всем рисковать?!
Дмитрий Голицын (хрипло и сглатывая): Спасибо, Мари-Анн, гадать мне не надобно. Этого объяснения достаточно. Мое желание – возродить из пепла Москву. Восстановить златоглавую… Ежели это исполнится, все остальное – не важно… Пусть дальше для меня лично хоть бездна…
Павильон. Весна. Вечер. Париж.
Салон мадемуазель Ленорман
Мадемуазель Ленорман с интересом смотрит на двух пришедших к ней генералов – Ермолова и Раевского. Оба они крепко сбитые, коренастые и чем-то друг на друга похожи. Ленорман облегченно вздыхает и восклицает.
Ленорман: О боже, я поняла. Вы тоже родственники!
Ермолов ( с подозрением): Чего это вдруг? Кто вам сказал? Кто нас с Колей выдал?
Раевский (примирительно): Прости, Алехан, но мы ведь и впрямь меж собою похожие. ( С интересом:) Вы сказали – «тоже родственники». Вы это о ком?
Ленорман (садясь за столик, небрежно): Вчера вечером были у меня двое – Чернышев и Голицын. Из контрразведки. Они тоже были похожи и, как оказалось, кузены.
Раевский (задумчиво): А ведь и впрямь. Наталья Петровна ведь была Чернышева в девичестве.
Ермолов ( с неодобрением): Чего ж они это скрывают? Развели, понимаешь, у себя в разведке семейственность…
Раевский (сухо): А мы че? Ты еще скажи, что наши семьи нарочно послали нас с тобой в армию.
Ермолов (сварливо): Так я об этом и говорю! Вон пара кузенов живут душа в душу, а мы с тобой только и знаем, что лаемся!
Ленорман (примирительно): Господа, попрошу… Чем я вашему визиту обязана?
Раевский (насупившись): Собственно, вчера Чернышев на пару с Голицыным рассказывали в Пале-Рояль про гаданье у вас всякие чудеса. Мол, раскинули карты вы на них, и там выяснилось, что обоих ждет совершенно чудесная будущность…
Ермолов (угрюмо): Вот и нет. Голицыну нагадали, что он все вниз будет скатываться, но в какой-то миг откажется от всего и пойдет резко наверх, а Сашке Чернышеву ровно наоборот. Он всю жизнь идти будет наверх, но под конец лучший друг его предаст и от этого он сразу рухнет. При этом потомки про них обоих забудут со временем. Вот и взял меня интерес – неужто и нас с Коляном забудут когда-нибудь?!
Ленорман (ловкораскладывая карты): Вопрос поняла. Что ж, карты говорят, что потомки никогда не забудут ни Раевского, ни Ермолова. Однако ж…
Раевский (обеспокоенно): Что там?
Ленорман (делая странное лицо): Есть поверье, что когда на гаданье приходят два кузена, то они меж собой сильно связаны. Как две стороны одной и той же медали. Поэтому итог для них двоих общий, но частности в гадании будут обратные. Так, у Чернышева с Голицыным общими окажутся карьера и деньги. Великая карьера и огромные состояния. Но подробности жизни при этом у них строго обратные. То же самое и у вас. Я вижу для вас обоих воинскую стезю и карьеру блестящую. Но денег особых ни у того, ни у другого мной не замечено.
Ермолов (с кислой миной): Не, ну это и так всем понятно. Одно дело богатейшие Чернышевы с Голицыными, а другое дело нищие Ермоловы да Давыдовы… (Бросая взгляд на кузена:) Да еще ссыльные польские инсургенты Раевские. Ясен день, что денег нет и взяться им неоткуда! Так и я умею предсказывать!
Ленорман ( с раздражением и начиная горячиться): Ах, так! Ну так вот вам в вашей жизни отличия. Вы (указывая на Ермолова) возглавите военный мятеж супротив Государя! Вы долгие годы будете воевать против собственного царя, но при этом он обратится к вам же за помощью как к патриоту и спасителю Родины, а своих сторонников объявит предателями.
