Александр Аввакумов – За горизонтом правды (страница 3)
Стало тихо, лишь могучие сосны, словно во сне, покачивали своими кронами.В ночи звонко клацнул затвор винтовки.
– Не стреляй! Свои мы! – донеслось из темноты.
– Какие вы свои? Винтовки на землю, а то буду стрелять!
Стало тихо. Рябов направился в сторону бойца.
– Я здесь командир. Старший лейтенант Рябов. 318-я стрелковая дивизия. А вы кто такие?
– Лейтенант НКВД Онищенко. Бывший начальник районного отдела НКВД…
– Откуда идете? – поинтересовался у него старший лейтенант.
– Из-под Бобруйска топаем… А вы откуда?
Рябов промолчал.
– Давно не ели? – поинтересовался он.
– Двое суток, – ответил Онищенко.
– Сержант! Накормите людей…
Закончив прием пищи, они по команде Рябова двинулись на восток, где гремела канонада и светилось небо от всполохов взрывов и вспыхивающих ракет. Старшего лейтенанта догнал Онищенко, и они зашагали рядом.
– Как думаешь, далеко до линии фронта? – поинтересовался он.
– Не знаю. Может, километров двадцать, а может, и меньше…
Лейтенант замолчал. Похоже, он прикидывал, сколько им нужно пройти, чтобы соединиться с Красной Армией.
– Вот ты мне скажи, лейтенант, как так получилось, что мы отступаем? Ведь все знали, что немцы готовятся к войне, как же мы прозевали?
– Но-но, старший лейтенант, отставить подобные разговоры. Отступление – это не поражение в войне. Я верю в нашу Красную Армию! Придет время, и мы погоним немцев на запад.
– Я тоже верю, но вопросы остаются. Скажи, а Сталин знал об этом или нет? Если знал, то почему допустил подобное?
Онищенко промолчал. Он, похоже, и сам не знал ответа. Неожиданно бойцы из боевого охранения остановились.
– Что случилось? – спросил лейтенант Рябова.
– Не знаю. Думаю, что впереди немцы…
– Откуда они здесь? Они двигаются лишь по дорогам…
К Рябову подбежал сержант.
– Немцы, – коротко доложил он старшему лейтенанту. – Их там много: машины, танки… Что будем делать, товарищ старший лейтенант?
– Попробуем обойти, – предложил Онищенко.
– Не думаю, что это правильное решение. Сейчас ночь, а в темноте налететь на немецкое охранение проще простого. Выставите караул, всем отдыхать…
Кузьмин исчез в темноте. Рябов положил свою полевую сумку под голову и лег под елью. Запахи хвои и разноцветья моментально сморили его. Вскоре он заснул.
***
Рассвет выдался довольно прохладным. По земле, прижавшись к траве, полз белый, как молоко, туман. Рябов открыл глаза и посмотрел на спящего рядом с ним Онищенко. Тот сладко спал, широко раскрыв рот. По небритой щеке тонкой струйкой стекала слюна. Евгений толкнул его в бок. Лейтенант словно ожидал этого. Он повернулся на бок и снова засопел.
– Онищенко! – прошептал ему в ухо Евгений. – Давай, вставай!
Тот открыл глаза и с недовольным видом посмотрел на Рябова.
– Куда ты все спешишь, старший лейтенант? Посмотри на часы, только третий час…
– Надо двигаться. Неужели ты сам не слышишь, что канонады нет? Это говорит о том, что отошли наши части. Вон за теми кустами ручей. Там можно умыться…
Онищенко ничего не ответил. Онмолча поднялся с земли и, поправив ремень, направился в сторону ручья. К Рябову подошел сержант.
– Что скажешь, Кузьмин?
– Пока вы спали, товарищ старший лейтенант, я сходил в разведку. Впереди у нас деревня, слева река. Река довольно широкая, метров сорок будет, если не больше. В деревне немцы, сколько их там, сказать затрудняюсь, но довольно много.
– А справа можно обойти эту деревню?
– Там, похоже, болота. Местные, может, и знают там тропинки, а так – гиблое место…
Рябов задумался. Он в данный момент не знал, какое принять решение. Из-за кустов вышел лейтенант Онищенко и направился в его сторону.
– О чем задумался, Бонапарт?
Рябов улыбнулся.
– Вот думаю, что делать дальше. Сержант доложил, что впереди деревня, а там немцы. Слева – река, справа – болото.
– А что тут думать? Выбьем немцев из деревни и все…
Рябов снова улыбнулся.
– Вы привыкли там, в НКВД, шашками махать. А здесь другой враг, обученный и уверенный в себе. Верит в фюрера и победу…
– Командуй, Рябов, как считаешь нужным…
Через полчаса группа тронулась и направилась в сторону реки. Впереди группы шли разведчики под командованием Кузьмина. Вскоре лес начал редеть, и сквозь зелень деревьев и кустовзаблестело зеркало реки. Они прошли вдоль реки около километра, выбирая более узкое место для переправы.
Тишину утра разорвал шум моторов.
– В лес! В лес! – закричал Рябов, и все по его команде бросились в спасительную зелень леса.
На дороге показались два грузовика с солдатами. Они остановились как раз на том месте, где десять минут назад находилась группа старшего лейтенанта.
«Что они надумали? – подумал Рябов, наблюдая за немцами. – Неужели приехали купаться?»
Он отгадал. По команде офицера гитлеровцы со смехом и криками стали раздеваться и бежать к воде. Решение пришло мгновенно. Рябов поднялся с земли и, передернув затвор автомата, громко скомандовал. Бойцы словно ждали этот приказ. Они с примкнутыми к винтовкам штыками бросились на немцев. Бой моментально перерос в жестокое побоище. Дрались штыками, прикладами, рвали врагов зубами. Немцы явно не ожидали такого яростного натиска и бросились бежать вдоль берега, падая от выстрелов красноармейцев. Рядом с Рябовым яростно рубил саперной лопаткой лейтенант Онищенко. Сделав несколько шагов, Евгений споткнулся о труп и упал, выронив из рук автомат. В этот момент на него навалился немец, стараясь схватить волосатыми руками его за горло. Старший лейтенант попытался сбросить его с себя, но немец был таким грузным, что он моментально понял, что не совладает с ним. Он захрипел, чувствуя, что начинает терять сознание. Неожиданно гитлеровец ослабил хватку, и в этот миг на лицо Евгения что-то потекло. Эта была густая жидкость, от запаха которой его стошнило. Он с трудом поднялся с земли и посмотрел по сторонам. По всему берегу были разбросаны трупы немецких солдат, среди которых зелеными пятнами выделялись тела красноармейцев.
Рябова снова вырвало. К нему подошел лейтенант Онищенко. В руках он держал окровавленную саперную лопатку. Его руки и гимнастерка были в крови.
– Лейтенант! Собери живых, – обратился он к Онищенко. – Нужно переправляться…
Старший лейтенант с большим трудом доплыл до берега. Если бы не помощь Онищенко и Кузьмина, он бы не смог преодолеть эту водную преграду.
***
Евгения шла по улице. Ее очередная попытка найти съемную комнату оказалась неудачной. Три дня назад ее хозяйка, у которой она снимала небольшую комнату, попросила ее освободитьжилплощадь.
– Тетя Катя! Как же так? Я всегда вовремя платила вам за угол, а вы меня…
– Ты, Женечка, не обижайся. Ко мне должна приехать родная сестра. Не стану же я ее селить в сарае. У них дом разбомбили немцы, вот она и собралась ко мне. А ты поищи себе угол, сейчас многие сдают комнаты…
Она шла, полная отчаяния. Неожиданно рядом с ней остановилась черная «эмка». Из машины выбрался мужчина, на петлицах гимнастерки которого поблескивали две шпалы.
– Здравствуйте, Женя! Неужели вы меня не узнаете? Я старший брат вашего однокурсника Прохорова. Вспомнили? Ну, вы как-то были у нас в гостях…
Она с удивлением посмотрела на военного. Сейчас она вспомнила этого элегантного мужчину, который тогда весь вечер ухаживал за ней.
– Анатолий Семенович? Теперь я вас узнала. Но почему вы в форме?
– Война, Женечка, война. Скажите, как у вас дела? —ион взял ее ладошку в свою большую руку. – Я слышал от брата, что вы вышли замуж? Это правда?