Александр Аввакумов – За горизонтом правды (страница 18)

Рябов поднялся с ящика и направился в сторону медсанбата. Он остановился напротив землянки и, глубоко вздохнув, вошел в нее.

– Что у тебя? – спросила у него пожилая женщина в белом халате.

– Ранение у меня, – ответил Евгений.

– Садись на табурет, снимай гимнастерку. Сейчас врач осмотрит рану.

Пока он раздевался, в землянку вошла врач, на петлицах которой была одна шпала. Онамолча вымыла руки в тазу с водой и, вытерев их поданным ей полотенцем, подошла к Рябову.

– Давно получил ранение? – поинтересовалась она у него.

– Два дня назад.

– Нехорошее у тебя ранение, старший лейтенант. Похоже, пуля задела кость, вот поэтому и рана твоя загноилась. Нужно чистить, но в таких условиях я этого сделать не смогу. Нужно тебе в госпиталь.К вечеру придет машина, я тебя и отправлю.

Она налила граммов сто спирта в мензурку и протянула ему.

– Выпей, лейтенант. Будет очень больно.

Она стала обрабатывать рану. Было очень больно, и Рябову казалось, что он иногда терял сознание от этой боли. Наконец, она забинтовала ему рану и, взглянув на него, улыбнулась.

– Молодец. Я думала, ты упадешь без сознания, а ты вытерпел. Теперь иди, посиди где-нибудь рядом. Далеко не отходи.

Он, пошатываясь, вышел из землянки и, отойдя от нее метров на десять, сел под дерево. У него кружилась голова, и приступы тошноты, как волны, накатывали на него. Он закрыл глаза, прислушиваясь к шуму ветра, который словно играл в ветвях могучего дерева, и не заметил, как задремал. Проснулся он от шума работающего автомобильного двигателя и громких разговоров.

– Укладывайте раненых в кузов, – командовала врач.– Что копаетесь!

Рябов поднялся с земли и направился в ее сторону.

– А ты что стоишь? Особого приглашения ждешь? Я сказала, залезай в кузов, – скомандовала она, обращаясь к Евгению.

Он с трудом забрался в кузов и, отыскав свободное место, сел. Кто-то из бойцов закрыл борт, и машина, несколько раз дернувшись, словно не желая ехать, тронулась с места. Дорога петляла по лесу. Рябов закрыл глаза, еще не веря в то, что ему удалось вырваться из этого ада. Лес стал редеть, и машина выехала на поле, изрытое воронками.

– Воздух! Воздух! – закричал кто-то из раненых.

Машина сорвалась с места. Мотор от напряжения выл так, что казалось, что он хочет вылететь из-под капота автомобиля и побежать вперед самостоятельно. Немецкий истребитель зашел в пике и устремился вниз. Первая пулеметная очередь хлестко ударила перед капотом грузовика, подняв облако пыли. Машина петляла по полю, не давая вражескому пилоту прицелиться. Раненые, что находились в кузове, хватались за все, чтобы не вылететь из него. Рябов подтянул под себя ноги, и в этот миг пулеметная очередь прошила кузов, убив двух раненых. Евгений с ужасом смотрел на разбитые пулями доски кузова, осознавая, чтобыло бы с его ногами. Машина с ходу влетела в небольшой лесок и остановилась под деревом. Самолет еще раз промчался над ними и растаял в синем небе.

***

Весь день шел дождь. Большие лужи, по которым, словно разноцветные кораблики, плавали опавшие листья, навевали грусть по уходящему теплу и солнцу. Около дома, в котором совсем недавно проживала Евгения Рябова, стояла молодая девушка в сереньком демисезонном пальто. Порывы осеннего ветра вырывали из ее рук раскрытый зонт, отчего она часто придерживала его второй рукой, которой держала небольшую женскую сумочку.

Зоя, родственница тети Кати, у которой когда-то снимала комнату Евгения Рябова, ждала ее уже около часа. Она не решалась спрятаться от дождя в ближайшем подъезде, так как боялась пропустить ее приход домой. Вчера вечером почтальон принес им «солдатский треугольник» от старшего лейтенанта Рябова.

– Зоя! – обратилась к ней тетя Катя. – Ты мне рассказывала, что совсем недавно видела Женю. Сходи, передай ей это письмо. Пусть порадуется, а то, наверное, уже похоронила мужа.

«Когда же она придет? – подумала Зоя. – Я промокла до нижнего белья, как бы не заболеть».

Мимо нее медленно проехала черная «эмка» и остановилась около подъезда дома. Из машины вышел военный и, открыв заднюю дверцу, протянул руку, помогая женщине выйти из машины. Она сразу узнала этого мужчину. Именно он тогда привез сюда Женю. Она быстро перешла улицу и подошла к нему.

– Здравствуйте. Вы не подскажете мне, где я могу найти Евгению Рябову? – обратилась к нему Зоя.

Мужчина вздрогнул, словно кто-то ударил его по голове. Он посмотрел растерянно на женщину, словно пытаясь угадать, какая у той будет реакция на этот вопрос.

– Извините меня, но я не знаю никакой Рябовой. Как вы ее назвали —Евгения? Вы меня, наверное, с кем-то спутали?

– Я не могла вас с кем-то перепутать. Я вас видела на этом самом месте чуть более недели назад.

Прохоров покраснел. Жена смотрела на него, не отрывая взгляда.

– Анатолий! Что нужно этой девушке от тебя?

– Я не знаю. Похоже, она меня с кем-то перепутала.

– Девушка! Как вам не стыдно? Вам на русском языке сказано, что он не знает никакой Рябовой. Что вы пристали к человеку?

Женщина дернула Прохорова за рукав и потянула его к подъезду. Зоя в какой-то момент изловчилась и незаметно сунула «треугольник» в руку Анатолия Семеновича. Передав письмо, Зоя медленно направилась в сторону остановки трамвая. Супруги поднялись на свой этаж, и майор, достав из кармана шинели ключи, открыл дверь.

– Какая нахалка, – возмущенно произнесла женщина. – Ты ей говоришь, что не знаешь никакой Рябовой, а она все равно настаивает на знакомстве.

– Ты права, Маргарита, – ответил он ей. – Что-то она напутала.

Она сняла пальто и пристально посмотрела на Прохорова.

– Ты эту Рябову действительно не знаешь, или она права?

Щеки Прохорова стали красными. Он явно был не в своей тарелке. Онмолча снял шинель и, взяв ладонь жены в свою руку, посмотрел ей в глаза.

– Я действительно не знаю никакой Рябовой. Ты мне веришь или нет?

Маргарита промолчала, глядя на растерянного супруга. Какое-то внутреннее подозрение, словно маленький червячок, затаилось в ее сердце.

– Как тебе квартира?

Она молча прошла по всем комнатам, стараясь оценить помещение.

– Кто здесь прибирался? – поинтересовалась она у Прохорова. – Здесь очень чисто.

– Соседка, – соврал он. – Сейчас время такое, чего только не сделают за пайку хлеба.

– Ну, ну…

Маргарита прошла на кухню и, запалив фитиль керосинки, поставила на нее чайник.

***

Операция, которую перенес Евгений Рябов, оказалась довольно серьезной. Хирург, старенький мужчина в старомодном пенсне на большом и длинном носу долго ковырялся в его ране, доставая из нее мелкие кости. Закончив операцию, он тяжело вздохнул, отошел от операционного стола и снял марлевую маску.

– Сестра! – обратился он к молоденькой девушке, бывшей студентке мединститута, – перевяжите лейтенанта.

Пока медсестра перевязывала рану, он вышел из операционной и, прикурив папиросу, присел на табурет. Этот парень, которого он только что прооперировал, был очень похож на его сына, который погиб впервые минуты войны, он командовал погранзаставой в Белоруссии.

«Сколько их, молодых здоровых мужчин, еще погибнет на этой войне», – подумал он, затягиваясь дымом.

Из дверей вышла медсестра и посмотрела на хирурга.

– Товарищ майор! Куда его?

– В седьмую палату, – ответил доктор и, бросив папиросу в ведро с песком, направился в операционную.

Рябов очнулся на другой день. Он обвел палату взглядом и снова закрыл глаза. Сколько он лежал в таком положении, он не знал. Евгений открыл глаза, услышав легкое движение около его койки.

– Рябов! Как вы себя чувствуете? – поинтересовалась у него медсестра.

Он улыбнулся в ответ, так как ему показалось, что для разговоров у него просто нет сил.

– Вот выпейте лекарство, – снова произнесла девушка и, слегка приподняв его голову, влила ему в рот какую-то горькую жидкость. Евгений поморщился от горечи, чем вызвал непроизвольную улыбку у медсестры.

– А теперь, отдыхайте. Врач вас осмотрит позже.

Он опять ей улыбнулся. Проводив ее взглядом, он снова закрыл глаза.

«Интересно, Женя получила письмо или нет?– подумал Евгений. – Наверное, получила, если ничего не случилось».

От этой мысли ему стало как-то не по себе.

«А что может произойти? Почему ты подумал о ней так плохо? Она же любит тебя!»,– подумал он.

То ли лекарство так подействовало на него, то ли общая слабость после перенесенной операции, но он снова задремал. Ему снился сон, как он с Женей идет по берегу реки, берега которой белые от цветущей черемухи. Неожиданно она вдруг побежала по берегу.