Александр Аввакумов – За горизонтом правды (страница 14)

– Брось меня, – уже в который раз произнес Гатин. – Вместе нам не выбраться из этого болота.

Рябов и сам это великолепно понимал, ощущая, как покидают его последние силы. Выбрав место посуше, он опустил товарища на землю.

– Давай отдохнем немного и снова пойдем. А болото когда-нибудь закончится.

– Все философствуешь, Рябов. Сейчас бы что-нибудь пожрать, а еще лучше покурить.

– Нет ничего, ты же знаешь, вчера последний сухарь съели.

Где-то недалеко гремела вялая канонада, словно и та и другая сторона, прежде чем выстрелить из орудия, проводили небольшое совещание. Они не заметили, как, сморенные ночным переходом, задремали. Сколько они спали, Рябов не знал. Он открыл глаза от того, что ему послышались еле слышные шаги. Он передернул затвор автомата и толкнул в бок Гатина.

– Не шуми. Кажется, кто-то двигается в нашу сторону, – прошептал Евгений.

Они прислушались. Звуки шагов то пропадали, то становились громче. Ясно было одно, что эти люди не хотели огласки и поэтому двигались очень тихо, не привлекая к себе внимания. Небо на востоке посерело, и по земле пополз туман. Он плыл какими-то фантастическими клочками, словно волшебник рвал вату и бросал ее на землю. Кто-то из идущих в этой белой пелене людей споткнулся и упал, выругавшись матом.

«Вроде бы наши, русские», – подумал Рябов и, поднявшись с земли, направился в их сторону.

– Стой! Кто идет?– остановил Евгения мужской голос.

– Свои мы, брат, свои, – ответил Рябов, почувствовав, как спазм сжал его голос.

– Кто это – свои люди? Свои здесь не ходят.

– Окруженцы мы, окруженцы…

Стало тихо. Видимо, там совещались, как поступить с ними.

– Стойте там, сейчас к вам подойдут.

Рябов продолжал сжимать автомат. Сейчас он не доверял никому, движение по тылам врага научило его многому. Сквозь разрывы тумана он видел силуэты людей, которые заходили к нему с флангов.

– Положи оружие, – раздалось из ближайших кустов, – а иначе будем стрелять!

Евгений опустил автомат на землю, расстегнул кобуру и, достав из нее свой «ТТ», положил его рядом с автоматом. Он посмотрел в сторону Гатина, который тоже достал свой наган и отбросил его в сторону.

– Отойдите в сторону, встаньте на колени, руки за голову! – последовала новая команда.

– У меня товарищ ранен, и он не может выполнить вашу команду.

Из кустов вышли два бойца и направились в их сторону. Один из них собрал оружие и приказал им двигаться вслед за ними. Через десять минут они оказались в расположении воинского подразделения.

***

Дверь камеры противно заскрипела. Евгения поднялась с пола и посмотрела на конвоира, который вошел в помещение.

– Рябова! – громко выкрикнул он. – На выход с вещами.

Девушка с радостью метнулась к двери и остановилась, заметив суровый взгляд конвоира.

– Лицом к стене! Не дергайся, я не люблю шустрых людей.

Евгения выполнила команду. Конвоир закрыл дверь и повел ее к выходу.

«Свобода! Свобода!»,– пело ее сердце.

Конвоир открыл входную дверь ив несвойственной ему манере тихо произнес:

– Шагай, дочка. В этот раз тебе здорово повезло.

Она сделала всего один шаг и оказалась на улице. Недалеко от двери ее ждал Прохоров, рядом с которым стоял лейтенант Максимов. Евгения остановилась в нерешительности и посмотрела на майора. Заметив ее, Анатолий Семенович пожал руку сотруднику Особого отдела и направился к девушке.

– Женя! Ты бы знала, чего мне стоило вытащить тебя из камеры, – сказал он и неловко обнял ее за плечи.

Она вздрогнула от его прикосновения.

– Поехали домой, – предложил он ей. – Тебе нужно помыться. Я представляю, что ты перенесла там, в камере.

– Да, да, – тихо ответила девушка. – Мне кажется, что у меня все тело горит от укусов вшей и блох.

Они свернули в переулок, где стояла машина Прохорова. Они сели в автомобиль, и он тихо тронулся с места.

– Женя! Расскажи мне, о чем они тебя спрашивали?

– Их интересовал шоколад, Анатолий Семенович. Говорят, что накануне какие-то преступники проникли на склад и похитили несколько ящиков с шоколадом.

– Не понял… – сделав удивленное лицо, произнес Прохоров. – Ты-то причем? Не с твоего же склада ушли эти ящики?

– Этот лейтенант из Особого отдела нашел в ящике моего стола плитку шоколада.

– Как он у тебя оказался? Кто тебя угостил?

– Откуда я знаю? Подошла к столу, а там эта плитка лежит. Я ее и положила в ящик стола.

Она посмотрела на майора. Судя по его лицу, он был не только удивлен, но и напуган.

– Кто-то хотел тебя пустить под «сплав». Нужно с этим разбираться.

– Анатолий Семенович! Есть органы, пусть они и занимаются этим вопросом. Зачем вам все это?

– Я это просто так не оставлю. Я найду этого гада, который хотел погубить вас.

Евгения промолчала. Ночь без сна сказывалась на ее общем самочувствии.

– Скажите, Анатолий Семенович, вы забрали груз, который для вас оставил лейтенант Закиров? Он в этот день привез какие-то ящики и попросил меня оставить их на складе. Сказал, что вы в курсе всего этого.

– Да, я забрал. Не волнуйся, Женечка.

Машина свернула с дороги и остановилась около дома, в котором проживала девушка.

– Иди домой, отдыхай. Вечером я зайду к тебе, нужно будет поговорить.

– Хорошо, Анатолий Семенович.

Она вышла из машины и направилась к парадному подъезду. Оглянувшись, она помахала Прохорову рукой, который стоял около машины. Дома она долго лежала в ванне, радуясь теплу и воде.

«Как хорошо, что я служу на базе материального обеспечения войск, – подумала она. – Люди мыло достать не могут, а у меня все это есть».

Она вышла из ванны и, накинув халат, села в кресло. Неожиданно для себя она подумала, что уже давно не думает о своем муже.

«Кто я теперь? – подумала она. – Мужа нет…».

Евгения улыбнулась, поднялась с кресла и направилась на кухню, где поставила на керосинку чайник.

***

Прошло уже две недели, как Рябов находился в фильтрационном лагере УЭ 148/16. Лагерь находился на опушке леса, огражденный двумя рядами колючей проволоки. Он был не очень большим, в нем содержалось чуть более двухсот бойцов и командиров Красной Армии. Среди них основной массой были бывшие бойцы, вышедшие из окружения, а также задержанные дезертиры, самострелы. С последними разбирались довольно быстро и однозначно, их уводили на опушку леса, где находился глубокий овраг.Выстрелы гремели почти каждый день.

С Евгением третий день занимался младший лейтенант Новиков. Судя по тому, как он вел себя с заключенными, он служил в Особом отделе не так давно и отсутствие опыта компенсировал своими могучими кулаками.

– Ты так мне и не сказал, Рябов, каким образом в твоей полевой сумке оказалась немецкая карта? Ты же знаешь, что топографических карт у командиров твоего уровня в Красной Армии не было. Может, я ошибаюсь, бывший старший лейтенант?

Это был его коронный вопрос, который он задавал уже в который раз.

– Я же вам уже рассказывал, что эту карту я забрал у убитого немецкого офицера.

Новиков усмехнулся.

– Зачем она вам, если, как вы говорили, вы не владеете немецким языком?Что молчите? Можете не отвечать, я и так все знаю про вас. Вы из немецкого полка «Бранденбург-800». Вы думали, что, облачившись в форму Красной Армии, будете совершать диверсии в тылу нашей армии, убивать старших офицеров? Вот видишь, ничего у тебя не получилось.