Александр Аввакумов – Обратной дороги нет (страница 3)
– Олег! Придет время, и ты поймешь, что был неправ. Впрочем, я все решил, и все твои попытки отговорить меня от «Вагнера» бесполезны.
– Дурак ты, Новиков! Ты хоть мать свою пожалей! Там же война, там стреляют, а значит, могут и убить!
– Прекращай, Олег, я больше не хочу разговаривать на эту тему. Передавай привет ребятам!
Новиков отключил телефон и посмотрел на соседа по купе. Тот был из Якутии и тоже, как и он, ехал в «Вагнер».
– Я смотрю, ты крепкий мужик, хотя и смешной. Кому ты рассказываешь о родине? Он наверняка и не знает, что такое родина. Для них там, где хорошо, где есть деньги, там и родина. Ты сам решил записаться в «Вагнер» или тебе кто-то подсказал?
– Как тебе сказать? Хотел подписать контракт с Министерством обороны, но как-то не получилось. Вот и подался в «оркестр».
Локомотив протяжно засвистел. Якут поднялся с лавки и стал собирать свои вещи, укладывая их в большой рюкзак.
– Чего расселся? – спросил он Павла. – Или, может, передумал?
– С чего ты взял, что я передумал? Я свои решения так быстро не меняю.
– Вы все такие, городские. Сначала согласитесь, а затем на тормоза. Вот мы – люди с Севера, у нас все по-настоящему, сказал – ответь за сказанное…
– Не переживай, Якут, я не такой, назад пятками не хожу.
Якут улыбнулся. Его и так узкие, словно щель, глаза, превратились в амбразуры, в глубине которых сверкали огоньки. Взглянув на него, Павел невольно улыбнулся и начал быстро собирать свои вещи. Состав лязгнул стальными буферами и стал тормозить. Наконец, поезд резко дернулся и остановился. Мимо окон вагона замелькали люди, которые кого-то встречали, другие, наоборот, провожали.
– Ну что, пошли, – тихо произнес Новиков, взглянув на соседа. – Ты прости меня, друг, трое суток в одном купе, а я даже не знаю, как тебя зовут. Все якут и якут…
–Меня зовут Иван, – коротко ответил он.– Впрочем, можешь называть меня, как и прежде, Якут. Я не обижаюсь.
Они вышли из вагона и остановились нерешительно на перроне.
–Привет, пацаны! Куда путь держите? У меня тачка за углом, могу подбросить до адреса.
–Нам в Молькино, – ответил Павел.– Это далеко отсюда?
–Не близко. Две пятьсот с носа и поехали,– ответил водитель.
– За пятерку тысяч? Дорого будет, – ответил Иван. – Не на себе же повезешь.
– Разве это дорого? Дешевле едва ли найдете…Обратно ведь порожняком, клиентов нет.
– Мы подумаем, – ответил Павел и посмотрел на товарища.
– Думайте, пацаны, думайте. Надумаете – позовете.
Водитель сплюнул на асфальт и направился дальше по перрону, предлагая свои услуги. Новиков достал из кармана телефон и стал быстро набирать номер «Яндекс такси». Машина прибыла минут через пятнадцать. Взглянув на неказистое «Рено» с побитым правым крылом, Иван скептически посмотрел на Павла.
–Мог бы и лучше выбрать автомобиль. Жадность – характерная черта городских пацанов, – произнес Иван.– Нет у вас широты души…
– Да пошел ты, с широтой души.
Они сели в машину, и та стрелой совалась с места и понеслась к выезду из города. Вскоре они доехали до первого шлагбаума, около которого стояли несколько мужчин, одетых в камуфляжную форму. Один из них подошел к их машине.
– Новенькие?
– Угадал.
– Телефон есть? Звони куратору, пусть встречает.
Якут вышел из машины и, достав из кармана телефон, стал звонить. Закончив говорить, он посмотрел на Новикова.
– Ты, Павел, куда хочешь записаться?– поинтересовался у него Иван.
– Пока не решил. Я же не служил, и у меня военной специальности как таковой нет. Во-вторых, нужно еще медкомиссию пройти. Больных, насколько я знаю, они не берут…
Якут усмехнулся.
– А я вот хочу в штурмовики, там жизнь яркая. Давай со мной, вдвоем проще будет.
– Можно и в штурмовики. Какая разница, как погибать…
– Это ты брось. Жить нужно, Павел, жить.
Ждать пришлось недолго, вскоре к КПМ подкатил УАЗ. Из машины выбрался мужчина средних лет и, улыбаясь, направился в их сторону.
***
Машина подкатила к шлагбауму, около которого стояли несколько мужчин, одетых в камуфлированную форму с шевронами на рукавах ЧВК «Вагнер». Один из них, с автоматом на груди, подошел к автомобилю. Увидев знакомых ему людей, лениво махнул рукой. Медленно поднялся шлагбаум, и машина въехала в летний лагерь «Вагнера». Судя по стоявшим в ряд палаткам, лагерь был довольно большим и, по всей вероятности, был рассчитан на тысячу или более человек. Когда машина остановилась, сопровождавший их мужчина обернулся к ним.
– Вот ваша палатка, можете располагаться в ней. Медосмотр и все остальное, связанное с зачислением в компанию, завтра с утра. Прошу соблюдать дисциплину, хождениепо лагерю запрещено. Туалет, умывальник – за палаткой. Усвоили?
Они кивнули.
Утро началось с построения. Инструктор прошел вдоль строя вновь прибывших мужчин, вглядываясь в каждое лицо, словно пытаясь понять, кто перед ним стоит. Павел выдержал его взгляд, хотя тот был таким тяжелым, что многие курсанты, как их назвал инструктор, отводили глаза в сторону. После сытного завтрака их строем повели на тестирование. Каждый курсант должен был десять раз подтянуться на перекладине и отжаться от пола не менее сорока раз. Тот, кто не мог выполнить этот норматив, отходил в сторону. Якут и Павел выполнили норматив.
– Те, кто выполнил норматив по физической подготовке, – построиться, – приказал инструктор.
Новиков невольно удивился тому, как поредел их строй. Тест по физической подготовке прошла лишь одна треть.
– Проредили, – тихо произнес Якут, обращаясь к Павлу.– Это лишь начало.
Их завели в большую палатку, в которой находилась санчасть лагеря. Новиков внимательно наблюдал за тем, как курсанты сдавали кровь. Как он понял, здесь они проходили тест на выявление больных гепатитом и ВИЧ. Результаты анализов поступали быстро. Тем, кто был болен ВИЧ и гепатитом, вешали на руку два браслета – белый и красный. Затем очередной осмотр. Он заметно отличался от осмотра в гражданских больницах. Здесь тебя фотографировали, описывали татуировки, шрамы и так далее. Мелочей при подобных осмотрах врачи не допускали, каждый курсант проходил через них, как через рентген. Здесь снова группа потеряла несколько курсантов.
– Да я здоров как бык! – возмущался один из курсантов, мужчина высокого роста. – Что вы там пишете херню всякую?!
– Вы хотите опротестовать решение? Возвращайтесь обратно в Краснодар, пройдите там данное обследование и привезите нам этот результат. Другого выхода у вас нет.
Мужчина снова попытался что-то сказать врачу, но его разговор резко оборвал инструктор.
– Вам что-то непонятно?
Курсант замолчал и вышел из палатки.
***
Тех, кто прошел тестирование, разместили в отдельной палатке. Вечером к ним зашел инструктор. Он поздравил их с первой победой и присел на лавку, которая стояла у стола.
– Поздравляю вас. Все вы молодцы. Завтра мы займемся оформлением документов.
– Можно вам задать вопрос?– обратился к нему Новиков.
Инструктор усмехнулся. По всей вероятности, Павел был не первый, кто решился обратиться с подобной просьбой к инструктору.
– Валяй!
– Скажите, как поступают с теми людьми, кто не прошел отбор? С ними не заключают договора о контракте?
–С теми, кто не прошел тестирование, заключается контракт, и они направляются в специальное подразделение «Амбрелла».
– Это что за подразделение? – спросил инструктора Якут.
– Это те, которые идут впереди всех. Вы заметили, что среди вас нет ни одного ранее судимого? Это потому, что все они автоматически приписываются к этому подразделению. Эти люди делают основную работу на войне. Судимых здесь кто-то назвал «кашниками», от «автомат Калашникова», это название так и закрепилось за ними.
– Скажите, эти «кашники» тоже будут тренироваться с нами? – спросил кто-то из курсантов.
– Нет. У них, в отличие от вас, нет тренировок. Их учат лишь разбирать и собирать автомат.
– А как с теми, у кого выявлены болезни?
– Их тоже не учат. Запомните раз и навсегда правила нашего ЧВК: если человек больной, то никакого отношения к простым людям не имеет. Если с ним что-то случится, а у него на руке красный или белый браслет, вы к нему не должны подходить. Вы это поняли? К нему может подойти лишь санитар, который тоже больной.