Александр Атласов – Своя игра по чужим правилам (страница 3)

Без диплома, но с протекцией, он приземлился в ВАКО (Всесоюзное аэро-космическое общество) «Взлёт» при ЦК комсомола – пропагандировать за рубежом советские космические успехи. Тёплое местечко с отдельным кабинетом, хорошая зарплата, загранкомандировки. Потом он не без гордости показывал цветные фото из Южной Кореи. На них – с самим Пеле, с хоккеистом Старшиновым, с космонавтом Серебряковым. Приобрёл нужный светский лоск.

Но шли годы. После развода с цэковской женой на тёплом месте он не удержался. Наступили другие времена – перестройка, гласность, кооперативы.

И Артур с другим нашим мечтателем из инъяза, Сашкой Кварцем, организовали сельскохозяйственный кооператив. Идея – завалить овощами и свининой точки общепита Горького. Рьяно взялись за дело. Арендовали землю, на льготный кредит купили «рафик» и плёнку для теплиц, поместили на заброшенной ферме купленных по случаю свиней.

Резкая смена карьеры. Вместо загранкомандировок – Артур на «рафике» собирал по ресторанам объедки для свиней, обещая в ответ поставлять им отборную свинину. Кварц – так прозвали его компаньона – курировал теплицы, где должны были расти огурцы-помидоры для тех же ресторанов.

Открылись, разрезали ленточку. Приехало телевидение. Кусочек репортажа даже показали во «Взгляде» на центральном ТВ. Помню, моё ухо тогда резанула фраза из комментария: сапоги теперь точит пирожник, а пироги печёт сапожник. Так и было. Сельхозтрудом занялись выпускники инъяза.

Не прошло и полгода. Льготный кредит проели, до самоокупаемости не дошли. Энтузиазм сменился унынием, уныние – решением завязать. Свиней забили, невыросшие огурцы так и остались плодом воображения.

Через год Артур сел в свой «рафик», пропахший отходами общепита, покидал туда свой скарб и умчался в Москву. Женился повторно – на Наташе, дочке телевизионщика.

Теперь он решил оставаться в тени. Устроился замом к крутому бизнесмену в фирму «Взлёт». Показывал мне фирменный бланк. Печать – взлетающая ракета со шлейфом. Судя по названию, это была отпачковавшаяся «дочка» ВАКО «Взлёт».

На мой вопрос «чем занимаетесь» Артур пояснил: фирма получила бюджетное финансирование на разработку и производство школьных досок. Имеет долгосрочный контракт с Минобром на поставки по всей стране.

Ничего не скажешь. Талантливо и изящно. Как и с ритуальными услугами – школьные доски, вечный бизнес.

Глава 3

Артур позванивал. Раньше – редко, а тут начал названивать чуть ли не каждый день. Тормошил про наш моторный завод. Потом раскололся. По стране катится маховик инфляции. Генеральный у них, видимо, запаниковал: бюджетные деньги на счетах мёртвым грузом лежат, вот-вот растают. Решили вложить во что-то твёрдое, осязаемое. То, что не просядет в цене за полгода. Нет, не в школьные доски, я тебя умоляю. Короче, в газовские моторы – надёжнее.

Артур по телефону выспрашивал: есть ли у меня на заводе «рука»? Свой человечек. Тот, кто за мзду поможет «выдернуть» купленные движки с территории. Дело в том, что отдел сбыта ПМЗ – искусственно ли, намеренно – создавал у снабженцев со всей страны ощущение жуткого дефицита и ажиотажа. Так проще было водить их за нос. Держать в узде. Выуживать деньгу. Создавать эту удушливую атмосферу неопределённости. Наводить тень на плетень. Подводить толпу, неделями обивавшую пороги сбыта, к одной мысли: без магической взятки нужному человечку – ни подписи, ни печати, ни благосклонности зловредной кладовщицы, без чьей закорючки на накладной – никуда. Словом, как у Гоголя. Не всякая птица… А небольшая взятка – и птица та точно долетит.

У меня самого, как казалось тогда, «концов» в сбыте не было. Или просто не напрягался, пока не прижало? Поэтому, в одном из разговоров, из лучших побуждений, дал Артуру номер нашего бывшего комсомольского босса районного масштаба. У того точно были связи. Позже я об этом кусал локти, но это было уже потом. А тогда Артур бодро отрапортовал по телефону: деньги на моторный загнали, он выезжает ко мне решать вопросы на месте.

Май. Школьная тягомотина дышала на ладан. Впереди маячили каникулы, уйма свободного времени – для приезда друга в самый раз. Сказал: жду. Примчался. Встретились. Обнялись крепко. Сколько не виделись? Года два, не меньше.

Артур привёз взятку. Без неё, как уверил его главный комсомолец завода, движки – не вывезти. И был готов вручить этот нал за протекцию. Но вышло иначе. Перед встречей с комсомольцем-бизнесменом заехали в админкорпус. Артур поднялся на третий этаж в святая святых, в бухгалтерию. Включил все свое обаяние, представительский лоск. И выяснил: безнал получен, моторы в наличии, к отгрузке готовы. Все страшилки главного комсомольца – про затягивание на месяцы, про необходимость «смазки шестерёнок» (читай – мелких взяток по цепочке), про сбор подписей – оказались лапшой. Комсомолец просто хотел нагреть руки на лоховатом москвиче. Личный бизнес по совместительству.

Когда Артур вышел из бухгалтерии (я ждал его в машине у входа), вид у него был озадаченный. Коротко выложил подноготную. Подумал – и решил: взятку не давать. Так и сказал по телефону главному комсомольцу, который уже потирал руки в ожидании куша в своём кабинете. И тут началось: шантаж, угрозы, запугивание. Мол, ничего у Артура не выйдет, он, комсомолец, уже «зарядил» нужных людей, те ждут денег, а тут – облом! Такое кидалово не простят. Мстить будут. Каждый на своём месте. Хорошо, если Артур живым ноги унесёт. У них с этим – просто.

Словом, Артур и я, сами того не желая, угодили в эпицентр серьёзной местной заварушки. Я чуял: комсомолец всё раздул, нагло врал, никого не «заряжал», тупо хотел срубить бабла с приезжего. Остальное – злобные выдумки. Ставки – высоки. Будь на месте Артура хлюпик – струсил бы под таким напором. Но Артур был не трусливого десятка. В голове у него уже созрел план: генеральному не докладывать, что можно обойтись без взятки. Прикарманить неприкосновенный нал как компенсацию за стресс. А моторы попытаться вывезти вопреки угрозам комсомольца, без его помощи, через все расставленные им ловушки и препоны.

Забегая вперед, скажу: у Артура всё вышло. Он позвонил генеральному: всё под контролем, но «атмосфера нездоровая», бюрократия, нужно время. Из Москвы на загрузку пригнали с десяток Камазов с вооруженными АКМ солдатами для сопровождения.

Артур гостил у меня больше недели. Каждое утро – на завод, оформлял бумаги. Регулярно сталкивался у проходной с главным комсомольцем. Тот дежурил, шипел угрозы, шантажировал: «Ничего у тебя не выйдет!» Мол, раньше его люди были готовы помочь, а теперь злы и будут ставить палки в колёса. А то и местный криминал подключат – с ним они «Вась-Вась». И отметелят Артура, а заодно и меня. Все ведь были уверены: это я отговорил Артура от взятки, сыграл чёрную роль, да ещё и поделил с ним привезённый нал. Никому в голову не приходило, что если я и помогал – то по-дружески, без шкурного интереса.

Вся эта заводская мафия судила обо мне по себе. А там – только деньги. Много денег. Ослепивших эту жадную толпу. Кроме лёгкой наживы – ничего не видели. Возможно, за нами даже следили. Мой московский гость отрывался в нашем городишке на полную катушку. На «упавшие с неба» деньги таскал меня по ресторанам, в сауну, пару раз с девчонками моими знакомыми – на шашлык. Всем своим видом давал понять местным паханам: их угроз не боится, плюёт на них с высокой колокольни.

Отступлю немного. Вспомнилась сцена, ярко рисующая нашу милицию. В прошлой главе я рассказывал про лопнувший Артуров кооператив и невозвращённый кредит. Оказалось, дело передали в ОБХСС – грозный орган по хищениям соцсобственности. Артура объявили в розыск. И вот, два года спустя, идём мимо РОВД. Останавливаемся у доски «Их разыскивает милиция». И что? Видим фото Артура! Артур, щёголь в отутюженном костюме, с дипломатом – глазом не моргнул. Ни одна мышца на лице не дрогнула. Усмехнулся – и пошли дальше. Кто бы заподозрил в этом респектабельном молодом человеке злостного неплательщика?

В итоге Артур благополучно вывез с завода свои 100 моторов. Под вооружённым конвоем, без приключений, доставил в Москву. Получил от генерального премию, ещё одну, уже официальную. Но история на этом не закончилась. Главный комсомолец ещё пару недель шантажировал меня. Грозился подвести под меня местного воровского авторитета, чей общак недополучил положенной доли с сорвавшейся взятки. Помнится, я порядочно струхнул. Мало ли? Артура – след простыл. А я оставался в нашем городе, который на глазах криминализировался под напором дикого рынка.

Пришлось искать защиту у друзей. Нашёл. Один, Мишка, выслушал, не долго думая, посадил в свой жигуль – и на дачу своего начальника. Тот оказался влиятельной фигурой в заводской иерархии. Выслушал мою историю. Поверил, что я не наживался, а просто помог старому другу. Встал на мою сторону. Сказал: если комсомолец опять полезет с угрозами – ссылайся на меня. Что я и сделал.

И слава богу – ситуация рассосалась. Обещанного обострения не случилось. Как последний штрих – мой звонок Артуру, когда на меня «наехали». Выслушал он меня и бодро так: «Не бойся, ничего они тебе не сделают». И всё. Ждал я хоть какого-то участия, более тёплых слов. Наивный. Артур уже был далеко, в столице. Заводская муть, поднятая его приездом, для него не значила ровным счётом ничего. Я разгребал это сам. А что мог сделать Артур? Пригнать вооружённый отряд на выручку? Устроить из-за меня перестрелку? Я вас умоляю.