Александр Апосту – Куда никто не доберется (страница 8)

Она целует меня. Я теряюсь, что ответить, не знаю, что и сказать. Ощущаю лишь накрывающую волну любви. Я отворачиваюсь от детей, боясь, что они увидят дурацкое выражение моего лица. Но, по-моему, они уже надо мной хихикают.

– Итак, я просто должна пародировать кого-то, а вы угадывать, да?

– Или что-то. Вообще все, что тебе угодно, – уточняет Настя.

– Ну ладно.

Таня меняется с дочерью местами и застывает с задумчивым видом перед нами. Мы втроем, глядя на нее, нетерпеливо ждем. Все понимают, что мама может придумать довольно оригинальное и незаурядное. Ее осеняет. Она, поправляя юбку, опускается на четвереньки и пробегает с гневным оскалом. Публика наперегонки принимается угадывать:

– Собака!

– Лев!

– Оборотень!

Актриса качает положительно головой, намекая, что разгадка близка, и издает вой.

– Волк! – кричим все вместе.

Она улыбается, но останавливаться не намерена. Кажется, в ее загадке не только волк. Таня выбирает одной рукой из старых игрушек куклу и гладит ее лапой. Мы вначале пребываем в недоумении и молчим. Но вдруг она отпрыгивает в сторону и рычит со злобной физиономией, стараясь забрать куклу. Затем обратно возвращается к кукле и в ответ на свой рычащий образ начинает лаять. У нее, похоже, два персонажа: тигр, желающий заполучить ребенка, и спасающий волк. Всем становится ясно, о чем идет речь.

– Это из книги "Маугли".

– Да, да. Тигр Шер-Хан, а вот как зовут маму я забыл…

– Мать-Волчица, так и зовут, – уведомляет брата Настя.

– Значит дочка идет продолжать игру дальше, – встает с колен Таня, отряхивается и садится около меня.

– Неплохо животных изображаешь, дорогая.

– У тебя за многие годы совместной жизни научилась, дорогой.

– Я под тебя подстраивался, пытался общий язык найти.

Она меня ударяет, а я ее быстро целую.

– Хватит вам уже, голубки. Мы вроде в игру играем, – призывает к вниманию Настя.

– Все, начинай, Настюш, мы с мамой отвлеклись.

Она встает напротив зеркала и с высокомерным лицом любуется собой. Она очаровано хлопает ресницами, поправляет волосы, надувает губы.

– Жена олигарха.

– Вообще это на всех девушек похоже, тут тяжело сразу сказать.

– Даже сама ты иногда так делаешь.

Она хитрым взглядом предупреждает, что это еще не конец. Настя берет иголку для шитья и вместе с ней обращается гневными глазами к зеркалу.

– Это Плохая царевна из сказки "Спящая красавица", – восклицает Ваня, подпрыгнув на коляске.

– Да, правильно, – Настя кладет иголку и уступает почетное место.

– Даже не знаю, чтобы вам загадать, а то у меня выбор то большой…

Но тут же Ване приходит в голову идея. Он расправляет руки в разные стороны, изображая полет. Мы хотим уже угадывать, но он начинает рисовать в воздухе руками очертания гор, а внизу перетекающие волны. Таня и Настя с надеждой смотрят на меня.

–Вы хотите, чтобы я угадал?

Они кивают.

– Ладно, если вы не справляетесь, то так и быть скажу. Это чайка.

– Правильно, пап, – под аплодисменты подтверждает Ваня.

– Как было сложно, – кривляюсь я.

– Посмотрим, что ты нам покажешь сейчас, – с любопытством испепеляет глазами жена.

Я приседаю на корточки, выпячиваю передние зубы, подгибаю руки под лапки и начинаю бегать. Все смеются.

– Кролик?

Я взял первый попавшийся тапочек под лапы и поднес ко рту. Двигая челюстью, я надул щеки.

– Это хомяк, – Таня определяет первой.

Я киваю головой и подбегаю к ее ноге. Не выходя из образа, я обхватываю ее лапами и двигаю тазом взад-вперед. Все падают на кровать со смеху.

– Вы детей, по-моему, совсем не стесняетесь, – сквозь хохот выдавливает Ваня.

– Отстань животное, – успокоившись, садит меня Таня на диван и отправляется снова в центр.

Теперь от радостного ее лица ничего не остается. Она изображает несчастье. Взъерошив волосы, она берет из ящика детский платок и со слезами на глазах кому-то его протягивает. Все углубляются в раздумья.

– Мама провожает сына на войну? – спрашивает Ваня.

– Да это Фрида. Из романа "Мастер и Маргарита". Как раз недавно читала. Я поняла это по платку, которым та убила своего ребенка, – радостно объясняет Настя.

– Хорошо иметь читающую дочку, – Таня передает эстафету Насте.

– Я даже, если бы прочитал и не терял памяти, сразу бы не понял, – признаюсь я, – но актер из тебя чудесный.

– Спасибо, милый, – расхваленная Таня отдает поклон.

Теперь все внимание приковано к Насте.

– Ну ладно, это тоже из книги и даже из фильма, – делится она вступлением, – но вы сразу поймете кто это.

Дочь светской походкой забирается на табуретку, оглядывает восторженным взглядом комнату и машет рукой невидимым зрителям. Затем берет заколку и надевает ее аккуратно на голову в качестве короны. Вдруг резко поднимает глаза наверх, сжимается от страха и кричит. После этого выпрямляется и осматривает свои руки испуганными глазами.

– Кажется, я знаю, что сейчас будет, – довольная собой заявляет Таня.

Я же пребываю в тотальном исступлении.

Дочка протягивает руки к залу и с лютой ненавистью кричит.

–Ну что? Даю вам шанс. Настя все прекрасно изобразила.

Мы качаем отрицательно головой. У меня в голову не приходит ни одной идеи.

– Это Кэрри. Девочка, которая обладала телекинезом и училась с жестокими одноклассниками. Они над ней пошутили на выпускном вечере и горько заплатили за это.

– В точку, мам, как всегда. С тобой даже неинтересно играть, – смеется Настя.

– Сейчас специально для мужской половины покажу что-нибудь легонькое, – с издевкой говорит женщина.

– Ой, ой, ой.

Она ищет предмет в прихожей. Потом возвращается с моей кепкой, которую я ношу каждый день на работе. Я подозреваю, что следующим ее номером станет моя персона, но она загадочно крутит ладонями, сует руку в кепку и достает игрушечного мишку.

– Фокусник, – в одно и то же время угадывают дети.

– И снова, – громко объявляет Таня, – в который раз! Главный приз достается детям! Браво!

Ваня с Настей заливаются смехом.