Алекса Аверина – Плененная поневоле (страница 8)

Самолет? Куда? Не решаюсь спросить, только головой киваю. Спасибо на том, что жива осталась.

Я ложусь на кровать одетая, только обувь снимаю. Ренат выключает свет и ложится рядом. Двигаюсь на самый край, от него подальше, и глаза закрываю.

***

Просыпаюсь от того, что папа по лицу гладит. В сонном состоянии улыбаюсь.

– Папочка… Еще пару минут и… – резко вспоминаю, что я не дома, и нет тут папы.

Быстро глаза распахиваю, улыбаться перестаю, дергаюсь. Темно еще, но вижу перед собой черные глаза, очень близко, очень опасно. Я лежу на его руке, второй обнимаю его. Боже. Что я делаю? Вскакиваю резко и отодвигаюсь от него.

– Извините, я не хотела, – встревоженно смотрю на него, сердце бьется с сумасшедшей скоростью. Как я могла его обнять, сама?

– Собирайся, через десять минут выезжаем.

Куда? Что меня ждет? Эта неизвестность пугает до безумия. Но я встаю и иду в ванную комнату, и привожу себя в порядок. Когда выхожу, он стоит уже собранный, а в руках моя куртка.

– Можно мне взять сумку? Она у папы в кабинете осталась. Там телеф…

– Нет! – резко прерывает меня, не давая договорить. – Готова? Пошли.

Подхожу к нему, хочу взять куртку, но он и этого не дает, сам помогает мне ее надеть. И потом поправляет медленно волосы, касаясь при этом шеи. Волна мурашек прошлась по всему телу. Да что со мной?

Невольно вспомнила все наши поцелуи, и как на руках нес, как защищал, как нежно касался утром. Почему он это делает? А потом вспоминаю его другую сторону, как больно делал, как угрожал и насиловал. И нет этому оправдания. Он чудовище, которого боюсь до дрожи. Он ведь в любой момент может передумать и сделать со мной все, что должен был. И почему он передумал исполнять свой план? Столько вопросов в голове, а ответов нет.

Выходим к машине, на улице уже стоит компания мужчин, все в черном, все огромные амбалы, и на нас смотрят недовольно.

А за ночь столько снега навалило, и сейчас идет. Сугробы лежат такие, что дух завораживает, сердце замирает от красоты. Зима. Настоящая. Снова улыбка на лице, ну не могу я не наслаждаться видом снега, и как же здорово он хрустит под ногами.

Машины уже очищены и прогреты, Ренат открывает мне заднюю дверь, и я сажусь. Смотрю на него из окна, он сигарету закуривает, с братом начинает разговаривать. Не слышу их, но явно они снова ругаются. Потом Ренат уходит зачем-то обратно в отель.

Странно. С ним опасно, но без него еще опаснее. Все же, когда он рядом, мне не так страшно, я знаю, что он защитит от других. И сейчас, когда он ушел, паника накатывает, ведь Валид открывает дверь и садится на переднее пассажирское сиденье.

Дышать перестаю, руками себя обнимаю. Кожей чувствую, что этот мужчина не в себе от злости. Он медленно поворачивается ко мне, и выглядывает из-за сиденья, смотрит на меня с презрением.

– Я не знаю, как ты это сделала, но я, и вся наша семья уничтожим тебя несмотря на запрет. Так что не радуйся преждевременно. Знай, ты отправляешься в ад.

– Я ничего не делала, – пытаюсь говорить уверенно, но дрожь в голосе выдает меня с потрохами.

– Ты лживая сука! Я видел, как ты вышла из отеля вся счастливая. Окрутила богатого мужика? Счастлива? Конечно… В особняк едешь. Мразь меркантильная. Ты должна была сдохнуть!

– Я ничего не знала про особняк, правда.

– Блядь, либо ты сделаешь так, чтобы он передумал, либо я убью вторую фадеевскую шкуру. Выбор прост, или ты, или сестра.

– Нет, пожалуйста. Я, меня убивайте, сколько влезет, – снова слезы. Ну почему они оба угрожают сестрой? Как мне ее защитить?

– А я не могу, мне теперь запрещено тебя и пальцем трогать.

– Почему запрещено? О чем он должен передумать? Я не понимаю.

– Все ты понимаешь, не строй из себя невинную овцу.

– Я правда не понимаю, о чем вы говорите. Мне уговорить его, чтобы в особняк не брал? Так он не послушает меня.

– НЕТ… – кричит на меня так, что даже вздрагиваю. – Мне похуй, куда ты едешь. Мне надо, чтобы он грохнул тебя, сегодня же, невестка. Иначе… – осекается и быстро поворачивается обратно, когда дверь открывается и в машину садится Ренат.

– Что происходит? – зло на брата смотрит. – Я разве не предупреждал?

– Все в порядке, – раздраженно отвечает Валид.

В смысле – невестка? Какая я ему невестка? Что он такое говорит? Это нереально и невозможно, пусть даже не переживает по этому поводу. Ренат взглянул на меня мельком, но потом повернулся и начал смотреть на меня снова – долго, пристально. Даже как-то неловко стало.

– Что ты ей наговорил? – спрашивает Валида, при этом все так же смотрит на меня.

– Эта сука должна сдохнуть. Либо отец грохнет всех нас троих.

– Ты ему уже сказал? – отворачивается от меня, за дорогой стал следить, и мы отъезжаем от отеля.

– Я на самоубийцу похож? Сам расхлебывай.

– Я не отрекаюсь от плана, просто слегка переигрываю действия. Все нормально, не о чем волноваться.

– Надеюсь. Кстати, торт ебейший, ничего подобного в жизни не ел. Где ты его взял? У кого такие волшебные руки? – От этих слов расплываюсь в улыбке, вижу, что Ренат лениво повернул голову к брату, глубоко вздохнул и ничего не ответил.

Дальше мы ехали молча, лишь иногда мужчины о чем-то переговаривались на их языке. Дорога до аэропорта заняла полтора часа. Там Ренат и его друзья отдали арендованные машины, и все пошли на посадку, перед этим купив билет мне. Я никогда не летала на самолетах, это очень волнительно для меня, но очень любопытно и интересно.

Все это время, пока мы были в аэропорту, Ренат держал меня возле себя за руку. В самолете мы сели в бизнес классе тоже вместе, он у иллюминатора, а я рядом. И когда мы взлетали, я в полном восторге не могла оторваться от вида из иллюминатора, даже привстала и облокотилась на Рената, чтобы поближе рассмотреть вид.

– Это невероятно, как прекрасно! Какой же красивый наш город свысока, ты только посмотри на это, – дух захватывает, сердце бешено стучит, дышу часто. На лице улыбка и полный восторг. Даже не заметила, как обратилась к нему на «ты». Но когда мы все выше поднимаемся вверх, я начинаю чувствовать сильнейшее, нарастающее давление в ушах. Боль режущая, невыносимая. Места себе не нахожу, за голову схватилась.

– Иди сюда, – и притянул к себе, обнимая крепко. Прильнула к нему, куртку его сжала. Как же больно, я не ожидала такого. – Это нормально для первого раза, все в первый раз больно. Во второй раз не так будет, и это я не только про давление. Просто глотай часто, скоро легче будет. – Делаю, как он говорит, но не помогает. Распирает дикой болью внутри головы. Прижалась к нему еще сильнее, голову на грудь ему положила, и он гладит, руку в волосы запускает и массирует. В макушку целует меня, запах вдыхает, ощущаю это. А я его запах чувствую, такой терпкий, но такой приятный.

Боль отпускает минут через десять, а я все так же прижимаюсь к нему. Почему меня это так успокаивает? Именно то, как он сейчас обнимает и нежно гладит. Я понимаю, что это ненормально, абсурдно, но мне так это нравится.

– Спасибо. Мне легче, – все же отстраняюсь от него.

– Не о чем волноваться? Да, Ренат? – слышу голос Валида позади нас.

– Отъебись.

Дальше нам предложили напитки и еду. Ренат взял виски, а я горячий чай и эклер. Полет был не очень долгий, пару часов.

При приземлении тоже уши заложило, но уже терпимо. Мы приземлились удачно, и я выдохнула с облегчением. И если бы я знала, что ждет меня дальше, я бы сейчас так не радовалась…

Выйдя из аэропорта, мы направились к стоянке, где стояли четыре огромных черных внедорожника. Мужчины стали прощаться, пожимать друг другу руки, а я спряталась за широкой спиной Рената, чтобы не видеть их недоброжелательные взгляды в мою сторону.

Все расселись по машинам. Мы с Ренатом вдвоем едем, всю дорогу любуюсь на огромный город, высоченные здания, большие рекламные баннеры, парки, рестораны, магазинчики. Мегаполис весь украшен новогодней атрибутикой: елки, новогодние фигуры, повсюду гирлянды горят. Как же атмосферно. И тут такое огромное количество людей и машин, такой бешеный темп жизни, что наш маленький городишка кажется совсем крохотным. И я так счастлива, что удалось понаблюдать за этим всем.

Ренат останавливается у какого-то здания, глушит машину и выходит, ничего не сказав. Только слышу щелчок блокировки дверей. Да я никуда и не собиралась уходить.

Ждала его примерно полчаса, замерзла вся, и машина уже остыла. Когда он вернулся, снова поехали дальше. Ладошки потираю, дышу на них теплым дыханием. Он берет мои руки одной своей и сжимает легонько.

– Ренат… – начинаю неуверенно разговор. Он поворачивается ко мне. – Можно я позвоню?

– Нет. Забудь навсегда. Тебя больше не существует ни для кого. Напомнить, какой у тебя статус? – Опускаю глаза, помню, его рабыня. – Мы едем сейчас ко мне домой. Но слушать и подчиняться будешь только мне. Ты жива лишь потому, что я не все дырки твои трахнул. И когда ты мне станешь неинтересна, я закончу все, что обещал. Не забывай, это неизбежно. Поняла? – сглатываю. На мгновение я подумала, что он очень добрый ко мне, так спокойно стала с ним себя чувствовать, защиту в нем искала и находила. А сейчас хочу руки свои выдернуть из его руки. Но он только крепче их сжал и не отпускает.

– Начнем? – паркует машину на обочине, я и не заметила, как мы выехали из города и сейчас стоим на дороге, а вокруг лес.