Алекс Скай – Сплетня (страница 1)

Алекс Скай

СПЛЕТНЯ.

СПЛЕТНЯ

Декорации.

Я возвращался в свой старый многоквартирный дом. Тот, где жил лет пять назад. Всё было как всегда — так мне казалось. Но что-то висело в воздухе. Не то запах, не то напряжение. В людях тоже. Они шли мимо, но взгляды скользкие, излишне быстрые.

Потом я заметил хлопок.

Валялся вдоль дороги — коробочки, целые кучи, будто кто-то разбросал специально. Я поднял пару. Белоснежные. Такие густые и пышные, что я сначала подумал: искусственные. Нет. Самый что ни на есть настоящий хлопок.

Питер. Дорога к старой высотке. И хлопок.

Дальше — деревья.

Пальмы. Банановые деревья. Красивые кусты, как на открытке про Средиземноморье.

Стоп.

Я живу в Петербурге.

Какие, к чёрту, пальмы?

Холодок пробежал по спине. Я остановился как вкопанный. И тут сердечко ёкнуло.

Прямо перед моей девятиэтажкой был пляж. Он начинался прямо от подъездов. А дальше — море.

Ощущение было странное: будто это всегда тут было. Но какая-то другая часть меня — та, что ещё не сошла с ума — просто кричала: этого не может быть. В принципе.

Я сделал несколько глубоких вдохов. Пошёл к своей парадной.

Лифт не работал. Пошёл пешком.

На лестнице встретил пару человек. Они поздоровались. Я их узнал. На следующем этаже — старого знакомого. Он жил в этом доме, но в другой парадной. Увидел меня — глаза округлил.

— Ба, какие люди. Ты где пропадал столько времени?

Мы пожали друг другу руки. Я вкратце сказал: мотался по миру, только сейчас вернулся в Питер. Пять лет не был дома.

Он спросил, что я тут делаю.

— Решил заглянуть на свою старую хату.

У него расширились глаза. Он сказал тише:

— Ты что, не знаешь?

— Что?

— Так её продали. Там теперь другие люди живут.

Я тяжело вздохнул. Идти мне больше было некуда.

Разве что к Милане. В бар. С ней мы постоянно общаемся в сети, я знаю, что она сейчас в Питере.

Мы попрощались.

Я вышел на улицу — с тяжёлым сердцем и какой-то гудящей тревогой.

Может, Милана объяснит мне, что с этим миром происходит.

Пальмы в Питере.

Бананы во дворе.

Хлопок посреди дороги.

Я вышел из парадной и остановился.

Море.

Оно было прямо здесь.

Волны лениво лизали асфальт у самого бордюра. Пляж — серый, питерский, но с каким-то южным песком, будто насыпали наспех. Пальмы качали лохматыми головами. Ветер пах солью и прелыми листьями.

Я достал телефон. Проверил геолокацию. Питер. Калининский район. Всё правильно.

Но не правильно.

Я пошёл. Без цели. Просто чтобы унять дрожь в руках.

Свернул во дворы — там тоже были пальмы. И банановые деревья. Я потрогал один лист — жёсткий, живой. Не декорация. Чёрт возьми, как?

За спиной хрустнул хлопок под чьим-то ботинком. Я обернулся — женщина с коляской, обычная, даже не смотрит по сторонам. Ей норм. Всем норм. Только я стою, вытаращив глаза, как дурак, который никогда не видел тропиков в родном дворе.

Но я их видел. Не здесь. В другом месте.

Таиланд

Я закрыл глаза и попробовал провалиться в память. Может, это сон? Или тепловой удар после перелёта?

Таиланд. Последний год. Я мотался от Паттайи до Чиангмая, от Пхукета до крошечных островов, о которых туристы даже не слышали. Работал на русские новости — брал интервью у выживших после аварий, снимал репортажи с пляжей, где отдыхающие топили горе в коктейлях. Вёл свой канал. Стримы с храмов, с ночных рынков, с джунглей, где водились змеи размером с мою ногу.

Я помню запах Таиланда. Влажный, пряный, с нотами жареного риса и выхлопных газов тук-туков. Помню, как однажды ночью в Паттайе снимал стрим из бара на крыше — подо мной шумел город, а надо мной висели звёзды, такие низкие, будто их можно достать рукой.

Там не было хлопка на дорогах.

Там были джунгли.

И море всегда было за горизонтом, а не у подъезда.

Я открыл глаза.

Питер. Сентябрь. Холодновато, но пальмам плевать. Где-то за домами угадывался привычный пейзаж — серые пятиэтажки, магазин «Пятёрочка», детская площадка с качелями. Но на переднем плане — тропики. Как будто кто-то взял ластик и стёр границу между климатическими поясами.

Или между мирами.

Я поёжился. Нет, не надо таких мыслей. Есть объяснение. Глобальное потепление? Аномалия? Бред.

Я зашагал дальше, сворачивая к метро. На «Гражданском проспекте» было как обычно — люди спешили, подземка гудела. Но эскалатор вывез меня наверх, и я снова упёрся взглядом в пальмы. Они росли прямо у выхода. Кто-то поливал клумбу — там цвели не астры, а какие-то лианы с огромными алыми цветами.

Я присел на лавочку. Рядом парень листал ленту в телефоне. Я заглянул — у него на экране был обычный Питер. Без пальм. Без моря.

— Извините, а вы не видите ничего… странного? — спросил я.

Он поднял голову, окинул меня скучающим взглядом.

— В смысле?

— Ну, деревья. Пальмы.

Он посмотрел на пальмы. Потом на меня.

— Ну, пальмы. И что? У нас уже год такие.

— Год? — у меня голос сел.

— Да. Привыкли уже. Климат, знаете ли, — он усмехнулся и уткнулся обратно в экран.