Алекс Скай – Развод с драконом. Хозяйка его проклятой лавки (страница 3)
Нотариус повернулся к ней.
— Леди Василиса?
Она посмотрела Райнеру прямо в глаза.
Там всё-таки была трещина. Мелькнула и исчезла. Но Василисе уже не нужно было цепляться за трещины в чужом холоде, чтобы согреться.
— Нет, — сказала она. — Обещаний, которые стоило бы удерживать, не осталось.
Магия ударила вверх.
Не больно — резко, как порыв ледяного ветра. Кольцо на пальце стало тяжёлым, потом горячим, потом вдруг совершенно пустым. Камень в нём погас. На руке Райнера вспыхнул такой же отсвет, и между ними оборвалась тонкая синяя нить.
Василиса успела заметить, что он не сразу отпустил её пальцы.
Она отняла руку первой.
Нотариус коснулся свитка обсидиановым пером. Чернила сами побежали по строкам, складываясь в новый текст.
— Брачный союз между Райнером Вальдгором и Василисой Арден расторгнут. Родовое имя Вальдгор снимается с леди Василисы по праву разрыва. Послебрачное обеспечение передаётся в форме собственности на объект, указанный советом. Свидетели?
Один за другим члены совета прикоснулись к краю свитка. Под их пальцами вспыхивали маленькие знаки.
Леди Мирена поставила свою печать последней.
— Поздравляю, леди Арден, — сказала она. — Вы свободны.
Слово прозвучало как изгнание.
Василиса услышала за ним другое: одна, без защиты, без денег, без связей, в чужом мире, с проклятой лавкой вместо будущего.
Нотариус вынул из узкой шкатулки ключ.
Он был длинный, старинный, сделанный из тёмного металла, который не отражал свет. Головка ключа имела форму маленькой двери, переплетённой ветвями и драконьими крыльями. Когда нотариус положил его на раскрытую ладонь Василисы, металл оказался неожиданно тёплым.
Словно живым.
— Берегите его, — сказал старик тише, чем требовалось для церемонии.
Василиса вскинула на него глаза.
В его лице впервые дрогнуло нечто похожее на предупреждение. Не злорадное, не холодное. Почти человеческое.
— Ключи от подобных мест не любят равнодушных рук, — добавил он уже громче. — Право владения вступает в силу немедленно.
— Какая трогательная сцена, — произнесла Эвелина.
Она вышла из тени колонны плавно, будто до этого была частью мрамора. Жемчужное платье переливалось при каждом шаге, волосы лежали идеальными волнами, а глаза смотрели на Василису с мягкой жалостью победительницы.
Райнер резко повернулся к ней.
— Леди Эвелина, ваше присутствие здесь не даёт вам права вмешиваться.
— Разумеется, — она склонила голову. — Я лишь хотела пожелать леди Арден удачи. Восточная окраина — место живописное, если не выходить после заката.
Несколько человек засмеялись.
Василиса посмотрела на неё спокойно.
Было бы легче возненавидеть Эвелину целиком, без остатка. Красивую, уверенную, чужую женщину, из-за которой, как шептались слуги, всё и случилось. Но сейчас Василиса уже не была уверена, что Эвелина причина. Скорее блестящая вывеска на чужом замысле. Удобное лицо для чужого предательства.
И всё же удовольствие от её слов было настоящим.
— Благодарю, — сказала Василиса. — Я постараюсь не разочаровать тех, кто так надеялся на мою неудачу.
Эвелина моргнула.
Очень быстро.
Прекрасно.
Значит, попала.
Леди Мирена постучала пальцами по подлокотнику.
— На этом заседание завершено. Леди Арден, слуги передадут вам личные вещи после описи. До заката вы должны покинуть западное крыло замка.
До заката.
Василиса почти рассмеялась.
Ей давали несколько часов, чтобы перестать быть частью дома, где она и так никогда не была своей.
Она могла бы поклониться. Могла бы сказать что-то вежливое. Могла бы сыграть по их правилам до последней секунды, чтобы не раздражать великий род.
Вместо этого Василиса стянула с пальца кольцо Вальдгоров.
Оно поддалось не сразу, будто не хотело отпускать. На коже осталась бледная полоса. Василиса посмотрела на неё, потом на Райнера.
Он стоял слишком близко и слишком далеко одновременно.
— Вы забыли кое-что, лорд Вальдгор.
Она протянула кольцо.
В зале снова стало тихо.
Райнер не взял его сразу.
— Оставьте, — сказал он низко. — Это часть брачных даров.
— Нет.
Одно слово легло между ними твёрдо, как камень.
Василиса вложила кольцо в его ладонь и закрыла его пальцы поверх холодного металла. На мгновение её перчатка коснулась его кожи. Тепло драконьей крови пробилось сквозь ткань, но она не отдёрнула руку.
— Я забираю только то, что смогу назвать своим, — сказала она. — Ваш герб к этому не относится.
Райнер смотрел на неё так, будто впервые не находил верного приказа.
— Василиса…
Имя, произнесённое им, задело сильнее, чем должно было.
Она не позволила этому отразиться на лице.
— Леди Арден, — поправила она.
В его глазах мелькнуло что-то почти болезненное, но Василиса не стала разбирать. Хватит. Сегодня она уже слишком много читала чужие лица, пытаясь понять, есть ли в них хоть капля сожаления.
Она повернулась к залу.
К совету. К Эвелине. К шепчущимся свидетелям. К людям, которые пришли посмотреть на её падение и теперь не знали, почему зрелище оказалось не таким сладким.
Ключ в её ладони потеплел ещё сильнее.
— Благодарю род Вальдгор за щедрость, — произнесла Василиса. — Особенно за ту её часть, которую вы сами боитесь держать в руках.