Алекс Серебров – Покорение огня (страница 13)

Четыре.

Выдох.

Я чувствую, как дрожь в руках бьётся о ремень, как о клетку.

– Ещё, – говорит Артур.

Я вдыхаю снова.

Считаю.

Стыд давит. Злость ещё дымится. Но страх не успевает подняться.

Потому что он не даёт.

– Земля, – говорит Артур. – Ладонями к земле.

– Я не могу, – шепчу я, показывая ремень.

– Можешь, – отвечает он. – Сгибайся.

Он не толкает меня. Не тянет. Просто держит ремень так, чтобы я понимала: это не угроза, это рамка.

Я сгибаюсь, колени почти подламываются, и кладу ладони на пыльный пол сарая.

Грязь холодная.

И это – хорошо.

Как будто она забирает часть жара изнутри.

Я чувствую, как пальцы начинают неметь от холода, и в этом есть спасение.

– Вот так, – говорит Артур тише. – Дыши. Считай. Держи взгляд.

Я дышу.

Считаю.

Внутри постепенно становится не так страшно.

Не пусто – это не уйдёт.

Но хотя бы не рвёт.

Тимур где-то сбоку молчит. Я чувствую его присутствие, как запах – сладкий и опасный. Он не вмешивается. Он смотрит. Учится.

Я поднимаю голову.

Артур стоит в шаге. Руки на ремне. Дистанция соблюдена.

– Хорошо, – говорит он.

Это слово режет сильнее огня.

Потому что «хорошо» – значит, он видел хуже.

– Я… – начинаю я.

– Потом, – отрезает Артур. – Сейчас – выключай.

Я снова кладу ладони на землю и вдыхаю ещё раз.

Считаю.

Внутри, под рёбрами, гнев всё ещё ворочается. Но теперь он не хозяин. Он инструмент.

Я вдруг понимаю это так ясно, будто кто-то щёлкнул замком.

Гнев даёт мне точность.

И гнев же сжигает меня изнутри, если я держу его слишком долго.

Я выдыхаю, и вместе с выдохом дрожь становится слабее.

Артур ослабляет ремень. Не сразу. По миллиметру.

Проверяет.

Потом отпускает полностью и отходит на шаг, будто разрывает нитку между нами.

– Вставай, – говорит он.

Я пытаюсь подняться, но ноги ватные. Меня ведёт в сторону.

Артур протягивает руку.

Секунда.

Я вижу его ладонь: мозоли, шрамы, грязь под ногтями. Та же грязь, что и у меня.

Я должна была ударить эту руку. Оттолкнуть. Сказать, что мне не нужно.

Но я знаю цену падения.

Я принимаю.

Его пальцы сжимают мою ладонь крепко, но не больно. Он помогает встать и сразу отпускает.

На моих запястьях остаются следы ткани – полоски грязи, не синяки.

– Неплохо, – говорит Артур, словно ему неприятно это признавать. – Теперь учимся выключать быстрее.

Я сглатываю.

– Я могла тебя…

– Могла, – перебивает он. – Не стала.

– Я не хотела.

– Хотела, – говорит он ровно. – Просто не меня. Суть разницы.

Я смотрю на выжженную стену. На чёрные края досок. На дым, который лениво ползёт вверх и цепляется за щели в крыше.

Это – след.

Маленький, но настоящий.

Ошибка.

Цена.

Тимур наконец подходит ближе, осторожно, как к зверю, который только что показал зубы.

– Видишь? – говорит он мягко. – Гнев даёт форму.

– Гнев даёт дыру, – отвечаю я.