Алекс Норт – Нулевой дар. Том 2 (страница 3)

– Стоп, – я поднял кулак. Что-то было не так. Инстинкт, выработанный годами войн в другом мире, ударил в голову. Запах изменился. – Жюль, назад. Грош, Гром, щиты в пол! Сомкнуть строй!

– Зачем? Никого же нет… – начал Жюль, но резкий хлопок заставил его заткнуться.

С потолка, прямо из гущи фиолетовой плесени, что-то упало.

Оно шлёпнулось перед нами. Бесформенный, склизкий комок плоти размером с крупную собаку. У твари не было глаз, только широкая пасть, полная игловидных зубов, и десятки коротких, дёргающихся щупалец.

– Слизневый пёс! – взвизгнул Жюль, пятясь и спотыкаясь о собственные ноги. – Это мутанты! Они плюются…

Тварь издала булькающий визг, и в следующую секунду из всех четырёх туннелей, а также с потолка, посыпались её сородичи. Их было десятка два. Они двигались рывками, сокращая мышцы. На удивление быстро для кусков слизи.

– Огонь! – рявкнул я, прицелившись.

Арбалет Ланы щёлкнул. Первая тварь, уже раздувшая горловой мешок для плевка, дёрнулась. Болт вошёл точно в открытую пасть.

– Держать строй! – добавил я, вытащив пистолет. – Не дайте им зайти с флангов! Грош, перекрой левый туннель! Гром – правый! Загоняйте их в узкое место!

Орки сработали профессионально. Они не стали махать дубинами, открываясь для атаки. Просто врубились щитами в проходы, превращая широкий зал в узкое бутылочное горлышко.

В следующее мгновение струя кислоты ударила в щит Гроша. Металл зашипел, повалил едкий дым. Орк оскалился, но не отступил ни на шаг, уперевшись плечом в стальную пластину.

– Жюль, если хочешь жить, свети им в глаза! – крикнул я, видя, что бюрократ вжался в стену от страха. – Они слепые, но реагируют на тепло и свет!

Бюрократ трясущимися руками выхватил из-за пояса мощный инженерный фонарь и направил луч в кучу копошащихся тел. Твари зашипели, отползая подальше от яркого света. Это дало нам лишнюю секунду.

– Лана! Видишь вздутия на спинах? – я прицелился, разглядывая уязвимое место. – Это кислотные мешки. Бей по ним!

Грохот выстрела в замкнутом пространстве ударил по ушам. Моя пуля попала ближайшей твари в бок. Эффект был, но слабый.

Зато Лана не промахнулась. Её болт пронзил полупрозрачный пузырь на спине самого крупного монстра.

Раздался хлопок. Тварь взорвалась изнутри. Кислота брызнула во все стороны, накрывая её же сородичей. Началась цепная реакция. Вой, визг, шипение плоти. Тесные ряды нападающих превратились в кашу.

– Добиваем!

Гром и Грош, видя, что враг в замешательстве, синхронно ударили щитами, отталкивая полудохлых тварей, и опустили свои булавы.

Через минуту всё было кончено.

Зал был залит разноцветной жижей. Вонь стояла такая, что даже мой респиратор едва справлялся.

– Все целы? – спросил у группы, перезаряжая пистолет. Организм уже привык к адреналину.

– Щит испорчен, – проворчал Гром, разглядывая дымящуюся дыру в металле. – Вычту из твоей доли, Стержнев.

– Вычтешь из премии Жюля, – усмехнулся я. – Это ведь их «питомцы».

Сам мсье Жюль сидел в луже обхватив голову руками. Он что-то бормотал про инструкции и нарушение техники безопасности.

– Вставайте, мсье, – я подошёл и рывком поднял его на ноги. – Вы живы. Руки-ноги на месте. Костюм цел. Считайте это успешным полевым испытанием.

Следом подошёл к одной из мёртвых туш. Ткнул носком сапога. Мерзость. Но меня интересовало другое.

– Они атаковали организованно, – тихо сказал Лане, когда она подошла ближе. – С потолка, с флангов. Слизневые псы – падальщики-одиночки. У них нет стайного интеллекта.

– Кто-то ими управлял? – предположила напарница, взглянув на испорченный болт, валяющийся рядом.

– Или что-то их гнало. Что-то, чего они боятся больше, чем нас.

Мы двинулись дальше. Теперь орки шли ещё осторожнее, проверяя каждый тёмный угол. Напряжение росло. Мы углублялись в самый центр сектора Д–4.

Вскоре туннель расширился, переходя в просторную техническую камеру. Здесь было суше. На стенах висели остатки старых механизмов: шестерни размером с тележное колесо, ржавые рычаги, обрывки цепей.

– База «Крот–1», – прошептал Жюль.

Посреди зала был разбит лагерь. Стояла переносная магическая лампа, заливающая пространство желтоватым светом. На треноге висел котелок, под которым ещё тлели угли. Но людей не было.

– Чисто, – доложила Лана, обойдя периметр. – Следов борьбы нет. Крови тоже.

Я подошёл к котелку. Потрогал бок. Тёплый.

– Они были здесь совсем недавно. Но вот куда они делись? Испарились? – перевёл взгляд на деревянные ящики, стоящие у стены. На них аккуратные стопки ткани. – Что за чертовщина…

Это была одежда. Комбинезоны, куртки, сапоги, даже нижнее бельё. Всё было сложено с маниакальной аккуратностью, стопочка к стопочке. Сверху на каждой лежали личные жетоны и кольца.

Все выглядело не как место преступления, а как раздевалка в бане.

– Они… разделись? – голос Жюля задрожал. – Зачем им раздеваться здесь?

Я взял один из жетонов. «Бригадир Торн».

– Когда люди бегут в панике, они не складывают носки. Это… ритуал. Или приказ.

– Стержнев, – позвала Лана. Я услышал тревожные нотки в её голосе.

Напарница стояла у входа в узкое боковое ответвление – технический лаз, ведущий куда-то вниз, в самую тьму.

– Что там?

– Слушай.

Мы замерли. Из темноты лаза доносился звук. Слабый, едва слышный. Но разобрать удалось.

– Помогите… Мне так холодно… пожалуйста… кто-нибудь…

Человеческий голос в подобном месте действует на нервы. Особенно, когда этот голос молит о помощи.

– Назад! – взвизгнул Жюль, чем привлёк наше внимание. Он развернулся и рванул к выходу из туннеля.

– Стоять! – рявкнул я вслед.

Но паника глуха. Жюль уже не слышал команд. Он просто хотел убежать, забиться в угол и надеясь, что кошмар пройдёт мимо.

Типичная реакция гражданского. Смертельная реакция.

Я не стал тратить время на уговоры. Сделав два быстрых шага, перехватил его за шкирку защитного плаща, и с силой впечатал во влажную, покрытую слизью стену.

Раздался глухой удар. Его очки съехали набок, открывая один безумный, расширенный от страха глаз.

– Пустите! – захрипел он, дрыгая ногами. – Там… там кто-то… мы должны уйти! Это нарушение протокола!

Я приблизился к его лицу почти вплотную. Респиратор зашипел.

– Слушай меня внимательно, ты, кусок офисной пыли. Если ты сейчас побежишь, то поднимешь шум. Шум привлечёт тварей. Твари сожрут нас. Но тебя они сожрут первым, потому что я прострелю тебе колено и оставлю здесь как приманку.

Жюль замер. Взгляд сфокусировался на мне. Он увидел мои глаза. В них не было блефа. Алекс внутри меня уже просчитал этот вариант как вполне рабочий тактический ход.

– Ты… ты не посмеешь… я представитель гильдии…

Я медленно опустил руку к поясу и вытащил пистолет. Громкий щелчок взвода курка прозвучал у его уха.

– У меня плохая наследственность, Жюль. Мой отец тиран, сестра садистка. Ты правда хочешь проверить, насколько далеко яблочко укатилось от яблоньки?

– Я… я понял, – сглотнул бюрократ. – Молчу.

– Умница, – стоило отпустить, как он сполз по стене, оставив на камне мокрый след. – Дыши через раз. Иди в центре. И молись, чтобы твои штаны остались сухими. Запах мочи хищники чуют за версту.

Я обернулся к остальным. Орки стояли неподвижно, но их уши подрагивали, ловя каждый шорох. Лана лишь слегка кивнула мне, одобряя метод воспитания. В нижнем городе демократия заканчивается там, где начинается выживание.