Алекс Морган – Волшебный артефакт бога Лира 2 (страница 22)
– Связывай её и уходим отсюда, пока люди Терреса не подняли тревогу. Выстрел наверняка слышали.
Характерное хлюпанье шагов по мокрой траве подсказало, что он удаляется. Нет. Не только он. Значит, со мной остался громила и ещё один. Двое. Однако брат Леандро со своим подручным не ушли ещё далеко.
Громила не торопился с верёвкой. Потерял, что ли? Это давало мне лишние минуты на то, чтобы собраться с силами и продумать, что делать, но, конечно, их было катастрофически мало.
От места, где я оставила Рэйвена, мы были не так далеко, так что я отчётливо слышала его возмущённое карканье. Его голос был всё громче и громче, словно приближался.
Так! Стоп!
Звук определённо приближался! Он освободился и спешит сюда, ко мне! О, не нужно, не нужно этого делать! Его же убьют! Из-за меня!
Мои руки больно сжали чужие пальцы, намереваясь связать, и я поняла, что медлить больше нельзя. Вложила всю силу в ноги и одним махом зарядила громиле в живот. Развернулась в мгновение ока и снова бросилась бежать в обратном направлении – на голос Рэйвена.
– Ах ты, дрянь! Держи её! – взревел пират.
А мне навстречу выскочило не меньше дюжины нашей команды во главе с Вэлиансом. Джонатана среди них не было, но думать об этом было некогда. На ходу мне бросили шпагу, и я развернулась к тем, кто за мной гнался. Вот теперь мне есть чем ответить! Легко вчетвером напасть на безоружную женщину! Рэйвен опустился мне на плечо и громко каркнул. Неужели
Враги застыли на месте, а брат Леандро шагнул вперёд, оставив своих подручных позади. Вернулся, гад! Не успел далеко уйти.
– Отдайте женщину и останетесь живы, – взгляд его был прикован ко мне. – Она вам никто.
– Она – дочь Терреса и наша сестра, – рыкнул Вэлианс, выступив вперёд и заслоняя меня собой.
– Террес мёртв, и вы скоро последуете за ним.
Я ахнула и вздрогнула, когда Мич коснулся моего локтя. Перевела на него взгляд, и он покачал головой. Лжёт! Этот подлый шакал лжёт!
– К бою! – скомандовал Вэлианс, и мы бросились в атаку как единое целое. Плечом к плечу.
Рэйвен взлетел над нами и закружился в воздухе, громко каркая.
Глава 10
Зычный свист врага разорвал пространство – словно ледяной клинок вспорол воздух. Казалось, даже дождь, барабаня по кронам, подстегнул этот пронзительный зов. Этот шакал взывал к подмоге – зловещий свист вибрировал в каждой тени, в каждом шорохе мокрых ветвей.
Рэйвен ринулся в бой наравне с остальными: могучий взмах крыльев, стремительный бросок – острый клюв целился в голову противника. А я я даже не успела скрестить шпагу с кемлибо.
Мич схватил меня за руку и потащил прочь от сражения. Когда я попыталась воспротивиться, оказалась взваленной на его плечо. Мир перевернулся: мелькание мокрых стволов, размытые силуэты сражающихся, глухой стук сердца гдето в горле. Корсар бежал, унося меня прочь от звона клинков и яростных выкрикиваний, прочь от вихря битвы, где каждая секунда могла стать последней.
Дальнейший путь я благоразумно молчала – нашего исчезновения явно не должны были заметить, и лишний шум разрушил бы план мужчины. А замысел у Мича, без сомнения, имелся: в его движениях читалась чёткая уверенность, будто он разыгрывал заранее выученную роль в королевском театре.
Никто из команды не обернулся. Каждый был поглощён своим делом, каждый точно знал, что надлежит совершить в этот миг. В их слаженных действиях – лишь отточенная синхронность. Они знали, что двое из команды покинули поле боя, но наше бегство не должны были быстро обнаружить враги.
Мой юный, но уже такой взрослый Рэйвен явно был одним из актёров разыгранного для врагов представления, ведь он не отправился за нами. Ворон остался в гуще схватки. Судя по яростному карканью, он бился с такой самоотдачей, будто я попрежнему была там – среди своих, плечом к плечу с товарищами. Будто моё отсутствие ничего не изменило, словно моё место среди морских братьев оставалось заполненным.
Сражение осталось далеко позади, когда мы выскочили из леса на тропинку. Путь направо вёл к берегу, а налево – домой. И Мич повернул направо. Мы бежим к кораблю? Там, должно быть, остальная часть команды и Джонатан руководит всем. В этой бешеной гонке сквозь ночную темень зарождалась хрупкая надежда, что победа будет за нами. Корабль – наша крепость, наше спасение. Если успеем
– Мич, мы побежим быстрее, если ты поставишь меня на ноги, – наконец решилась произнести, пытаясь унять дрожь в голосе. Мне было страшно за нас всех.
Он без колебаний опустил меня, схватил за руку и прибавил ходу.
– Ни слова о своём страхе! – заметил вполголоса весьма сурово. – Пока не окажешься в безопасности – не отпущу твоей руки.
До этого мгновения страх таился гдето на задворках сознания, прикрытый суетой, бегом, напряжением каждого нерва. Я не позволяла себе думать о нём – просто действовала так, как велели обстоятельства. То, что произошло, вывернуло все эмоции наизнанку, отправив страх куда-то на задворки сознания. В голове бешеными ударами барабанов билась лишь одна мысль: «Лишь бы мои братья остались живы. Все до единого». Только это меня беспокоило. Страх за их жизни затмил все другие эмоции и чувства. Я должна быть там, с ними, но я быстро осознала, зачем Мич увёл меня оттуда. Ведь они знали, за кем пожаловал враг на Эдазур . Каждый из них, вопреки всему, тревожился бы обо мне во время схватки. Стал бы украдкой искать мой силуэт среди вихря сражения, отвлекаться на миг – всего на миг! – чтобы убедиться: я цела. А в бою даже мимолётная растерянность, даже краткий всплеск беспокойства может стать роковым. Одно неверное движение, один пропущенный удар – и жизнь оборвётся, словно перерезанный канат.
Когда мы сражались с врагом на Роанисе, всё было по-другому. Там целью врага была не я. Цель его была – выжить и выйти победителем в схватке. И мы бились как единое целое, не ожидая подвоха и не отвлекаясь друг на друга – каждый со своим противником. Сейчас же брат Леандро желал во что бы то ни стало похитить меня, а значит, и все силы будут направлены на это. Если бы мы остались сражаться, всё сложилось бы именно так: пока остальные демонстрировали бы своё боевое искусство, выверяя каждый удар и парируя атаки противника, меня бы попросту попытались вывести из строя. Под покровом ночи это было бы довольно просто: подкрасться со спины, оглушить резким ударом и похитить. Не знаю, кто так быстро придумал этот план, но Мич был прав. Наше спасение сейчас на корабле.
Земля летела изпод сапог, а деревья сливались в размытые полосы. Я уверенно подстраивалась под ритм кока, но мысли обгоняли бег. Знает ли он чтото, чего не знаю я? Или это просто инстинкт – искать убежище там, где мы чувствуем себя сильнее? Здесь, на суше, мы попались в западню, несмотря на все принятые Терресом меры безопасности, но уверена, у капитана всегда есть запасной план. И на корабле никто не застал бы нас врасплох.
Ветер свистел в ушах, дождь нещадно хлестал по лицу, но я упрямо смотрела вперёд, надеясь поскорее увидеть на горизонте очертания родного корабля. Мы должны успеть! Должны!
Однако едва мы преодолели примерно треть пути, нам наперерез выскочили пираты. Мрачные силуэты, словно порождённые самой тьмой леса, стремительно приближались, ужасающе размахивая острыми клинками.
– Вспомни всё, чему мы тебя учили, Несси! И да поможет нам Дардуд! – громогласно воскликнул Мич. Его голос, подобный раскату грома, разнёсся по округе, и в тот же миг он бросился в атаку.
Противников оказалось больше нас, и шансы были явно не в нашу пользу. Сейчас как никогда пригодятся умения, отточенные на тренировках. Их главной целью была я. Обезоружить и схватить меня – вот что им было нужно. На Мича обрушились двое огромных головорезов и стремительно оттеснили его прочь, разорвав наш хрупкий боевой союз. А на меня со зловещим шипением бросились сразу четверо. Четыре тени, четыре клинка, четыре пары горящих злобой глаз. Четверо! Побоялись, что один на один не справятся? У-у-ух, дьявольские отродья! Слабаки!
Один из них был мне под стать: такого же роста, с той же кошачьей грацией в движениях. Он словно читал мои мысли – предугадывал каждый взмах клинка, каждый уклон, каждое обманное движение. Вражеские глаза горели холодным огнём, будто он уже видел меня поверженной.
Остальные трое кружили вокруг, как стервятники, выжидая момента, когда я ослабею. Они теснили меня, всё больше отдаляя от Мича, сбивали с ритма, вынуждали растрачивать силы на бесполезные манёвры. Их мечи сверкали в воздухе, словно молнии, а крики сливались в единый оглушающий гул.
Оступилась – и тут же пропустила удар. Бедро взорвалось жгучей, ослепительной болью.
Сцепив зубы так, что заныли челюсти, я рывком отскочила в сторону. Едва успела перенести вес на здоровую ногу и удержать равновесие. Воздух со свистом рассекло лезвие – тот самый удар, который должен был стать для меня последним. А капитану этих головорезов я точно нужна живой? Такие удары способны разрубить соперника пополам. Похоже, приказ не просто звучал «взять в плен», а с припиской «будет сопротивляться – убить».