Алекс Коваль – Счастье с доставкой на дом (страница 32)
Мама, сидя на заднем сиденье между детьми, упорно молчала. Молчала и, наверняка, внимательно слушала. Пришлось понизить голос до шепота:
– Он тебе что-то рассказал? Рома?
– Оу, Синичкина, а есть чего рассказывать? – набежала на губы Нинель плутоватая улыбка. – Вы что… того?
– Ни того, ни этого! – буркнула я, отворачиваясь.
Не знаю почему, но осведомленность Нины (а она явно что-то знает) меня разозлила. Покоробила. Хоть подруги ближе и преданней у меня и не было, но не хотелось бы знать, что мужчина треплется о происходящем между нами направо и налево. Неправильно это. Не по-мужски.
– Да не беленись ты, – вздохнула подруга тоже шепотом. – Он так же, как и ты молчит, и не колется. Считай, что это просто моя профессиональная чуйка сработала.
– Угу. Какая она у тебя острая. Чуйка эта.
– Я тебя умоляю, тут и “острой” быть не надо. Все невооруженным взглядом видно.
– И что же видно?
– Ты упрямая, но Бурменцев упрямей. Это так, совет. Не трепыхайся, все равно победит он.
– Между нами ничего нет и быть… – решительное “не может” договорить не успела. Со своей репликой вовремя встрял Лев:
– А дядя Рома пр-р-ридет к нам сегодня на утр-р-реник, тетя Нина.
Ну вот. Блин.
Брови Нинель взлетели, мама ухмыльнулась, а я поморщилась, пряча взгляд за шапкой, которую все это время в руке держала.
Плохо. Очень плохо! Заигралась ты Синичкина. Забыла, что дети от взрослых интриг далеки и все обещания за чистую монету принимают. Наверняка Рома согласился из вежливости, а дети теперь ждать мужчину будут на утреннике. Хуже всего, что когда они не увидят его, расстроятся.
О-о-ох!
Ладно, я. Ладно, мое сердце. Мы все переживем. Но вот детские сердечки – никому не позволю их разбить. Пора заканчивать все эти “взрослые игры”. Лишнее доказательство маминых слов о том, что потом, по итогу, будет больно. И ладно бы, если только мне, но в ситуации, где есть дети – удар придется по ним. Поэтому нельзя слишком близко подпускать Рому. Нельзя им давать к нему привязываться. И вообще… надо что-то думать с квартирой и бежать. Снова.
Продолжать разговор времени не было. Его вообще ни на что не было, потому что у садика мы вышли без десяти десять. Ровно десять минут на то, чтобы собрать моих Олафа и Эльзу на утренник и немного привести в порядок себя.
Нина, высадив нас, пообещала, что вечером позвонит и устроит-таки допрос с пристрастием. Я на это просто отмахнулась, чмокнув подругу в щечку и от души поблагодарив за “доставку”. Мысленно поставив себе пометку “быть сегодня плохой подругой” и не взять трубку.
В группу мы залетели под общий шум и гам. Как родителей, так и детей, разнаряженных кто во что горазд: от зайцев до снежинок и обратно. Наша милейшая воспитательница Степанида Васильевна поулыбалась, но наше опоздание никак не прокомментировала. Мама принялась раздевать и наряжать Марусю. Я же взяла на себя Левушку, который уже сам быстро скинул пуховик с шапкой и плясал у шкафчика в рейтузах от нетерпения.
Общее возбуждение в ожидании праздника закрутило, а режим “успей все за пять минут” спровоцировал выброс адреналина. В итоге мы не просто все успели, а даже перевыполнили норму. Я успела сгонять в уборную, глянуть на себя взмыленную и раскрасневшуюся в зеркало и, пригладив спутанные длинные локоны, вернуться в группу. Навести последние штрихи на прическе Маши.
– Так, Марусь, осторожно, не запнись, – напутствовала я дочь, когда ребятня из группы начала строиться на выход по парочкам.
– Мам, я красивая? – крутанулось вокруг себя мое чудо, глазками довольными блеснув.
– Очень, принцесса!
– А я на какого похож снеговика? – приосанился Лев.
– Самого шикарного и самого обаятельного!
– Мамуль, – потянула меня на себя за шею дочурка, – я не вижу, а где дядя Рома? – вытянув шейку, пыталась позади меня среди гостей рассмотреть мужчину малышка. – Он приехал?
Не забыли. А я так надеялась, что в кутерьме им будет некогда…
Переглянулась с мамой, которая недовльно поджала губы, и сказала мягко:
– Он… он не приедет, солнце.
Ох, как больно рушить детские иллюзии.
– Нет, пр-риедет! – топнул ножкой мой “снеговичок”.
– Лев, – поправила я взъерошенную светлую челку. – У дяди Ромы много работы, ему некогда ездить на утренники, понимаешь?
– Не-а, – насупился Левушка.
– Он обещал! – подключилась Маруся.
– А настоящий мужики всегда свое слово дер-р-ржат! Это дед мне сказал, – прорычал Лев.
– Ну, раз сказал, – вступила мама в наши диалог, – значит, сказал. Значит, просто задерживается, – добавила, кивнув мне. – Приедет, не переживайте. А сейчас давайте, улыбочки на ваши милые моськи, и мы ждем вас в зале, идет?
– Идет, бабуль, – синхронно кивнули мои синички, разулыбавшись. Бабуля вселила в них ложную надежду.
– И зачем? – прошептала я, когда мы вышли с мамой в коридор, поднимая в спортивный зал, превратившийся на сегодня в актовый.
– Что зачем?
– Обнадежила.
– Знаешь, я начинаю думать, что этот Роман нас еще удивит, не зря дети в него так верят, – сказала, как отрезала мама, и словно не желая продолжать разговор, пошла впереди меня по лестнице, ставя в этом вопросе жирную точку.
Вот это новости…
В зале уже было полно людей. С кем-то я была знакома, с кем-то нет, но группа у нас была дружная, родители люди душевные, и в ожидании своей малышни все тихонько переговаривались. С парочкой из знакомых перекинулась приветствиями и я.
Как только мы с мамой заняли места, заиграла музыка. Родители примолкли. Гул стих. В зал стройными рядочками, под руку хлынули детишки. Сердце, как обычно это бывает, защемило от милоты картинки, когда показались мои светловолосые бандиты. Как и у любой мамочки, в такой момент где-то болезненно бьется мысль: как быстро они растут, и на глаза слезы наворачиваются. Довольные, счастливые, счастье, что они унаследовали смелость и легкую дерзость от Эдика. Только за это ему спасибо. Публики не боялись, выступать тоже. И сейчас гордо спинки выпрямив, встали в пляшущий от нетерпения ряд малышни.
Пока воспитатель говорила, я отвлеклась на маму, всего на мгновение переведя взгляд. А когда снова посмотрела на синичек, немало удивилась. Спокойные и деловые до этого, сейчас они буквально из костюмов выпрыгивали и ручками махали. Улыбки от уха до уха хитрые, как у Чеширского кота, глазами стреляют и делают они это не в мой адрес…
Я удивленно вскинула бровь, услышав на ушко мамино:
– Кому это они машут, Лада? – посмотрела на матушку, она, как и дети, смотрела куда-то в сторону у меня за спиной.
Догадка, конечно, прострелила. Все внутри сжалось то ли от страха, то ли от ожидания. Я до последнего отрицала саму возможность такого поворота событий. Такого жеста. До финального…
Пока не передернула плечиками и не обернулась.
Рома
– Разработка приложения для нашей фирмы идет полным ходом. Красильников просто настоящий спец в этом. Такими темпами уже к концу года все будет готово. На бумаге, разумеется, – отрапортовал довольный то ли собой, то ли своим “спецом” Степан, без стука врываясь в мой кабинет, что для него в порядке вещей.
– И тебя не смущает, что завтра последний рабочий день в этом году? – бросил я взгляд на наручные часы, прикидывая, через сколько нужно выезжать. – Или он планирует праздник встретить в офисе? – кошу взгляд на Ростовцева, захлопывая ноутбук. – Так ты его предупреди, что благотворительность мы не оплачиваем.
– Я же говорю, мега спец. Два дня, а приложение уже обзавелось своим интерфейсом, дизайном, и наши уже вовсю пишут коды.
– По-моему, ты переоцениваешь его возможности. При всем моем уважении, Степыч, на разработку годного продукта нужно минимум от трех месяцев. Повторю еще раз – месяцев. Не дней.
– А ты, по-моему, стареешь и с каждым разом все больше походишь на брюзжащего старика. Что с тобой, Бурменцев?
– Ничего особенного. Личная неприязнь, – говорю, накидывая пиджак.
– К кому? К Эдику?
Я молча пожимаю плечами, предпочитая не отвечать на вопрос. Да и не до того мне сейчас. Внутри всё звенит от ожидания.
Буквально полчаса назад от Нинель прилетело сообщение, что они с Синичками въехали в город. Там же адрес садика детей и краткая напутственная речь по типу: “не прощелкай свое счастье, Бурменцев”. Нинель – вообще человек прямолинейный, за это я ее и уважаю не только как друга, но и время от времени как бизнес-партнера.
– Ромыч, ты куда? – ошалело уставился на меня Степан, наблюдая, как я накинул пальто и схватил ключи от машины.
– Уезжаю.
– Посреди рабочего дня? Вообще-то через полчаса совещание.
– Прекрасно. Я знаю, вы справитесь и без меня, – хлопаю друга по плечу и вылетаю из кабинета. На ходу бросая:
– Вопрос с контрактом на застройку набережной я решил, все бумаги найдешь у секретаря. Договор на аренду отеля подписал, а встречу с новыми заказчиками перенес на завтра. И да, без меня никаких лишних телодвижений по поводу приложения. Все. До завтра.