Алекс Ключевской – Опасный путь (страница 28)

— Так, стоп! — я поднял руку, стараясь переварить услышанное. — Информаторы?

— Ну конечно. Вся суть внутренней разведки держится на этом, — Лео закатил глаза. — Они же — негранёный алмаз в получении информации. Даже Эдуард со мной согласен.

— А ну, раз Эдуард согласен, — протянул я. — Ты же понимаешь, что сотрудничество Гильдий и СБ невозможно…

— Сотрудничество глав Гильдий и СБ затруднительно, но бывают исключения, в виде нашего общего друга, разрывающегося на миллион маленьких Гаранчиков. Мне кажется, с таким режимом работы его Вишневецкая скоро из дома выкинет, — задумчиво проговорил Демидов.

— Не лезь в их жизнь, — твёрдо проговорил я. — Они сами во всём разберутся. Ладно, как ты предлагаешь оформить наше сотрудничество?

— Как внешнее совместительство, я же тебе об этом говорю, — он всплеснул руками. — Я поговорил с Леонтьевой, и она нашла какую-то статью, через которую это можно оформить. Они не будут числиться нашими сотрудниками и будут контактировать только со мной и со своим куратором.

— Лео, у тебя в отделе всего два человека, какие кураторы? — я зажмурился. — И вообще, когда ты всё это успел?

— Я ответственно подхожу к своей работе. Так вот, поставь подпись, и я уже начну хоть немного работать. И да, кстати, насчёт банд. Я поговорил с Алексеем Бойко, он сегодня утром пришёл в себя, и попросил рассмотреть предложение о нашем тесном сотрудничестве. Иван Михайлович тоже имеет виды на банды, предлагая с их помощью усилить порты, аэропорт, вокзалы и вообще стратегически важные для нас места. Бойко пока думает, но мне кажется, что согласится, особенно если ты с ним поговоришь и немного надавишь, — пробормотал Демидов и выхватил у меня из рук листы, на каждом из которых я поставил свою подпись.

— Похоже, от Гильдий в том виде, в котором они существовали до нашего прихода, скоро ничего не останется, — проговорил я, вздрагивая от противного звонка телефона, раздавшегося из пиджака Лео.

Он достал телефон и, посмотрев на номер, удивлённо перевёл взгляд на меня.

— Это твоя жена звонит, — почему-то шёпотом сообщил он мне.

— Ну так ответь, — я пожал плечами.

— Я, как бы это мягче выразиться, её побаиваюсь, — доверительно сообщил мне Лео и принял вызов, оставив меня в полном недоумении от такого признания. — Да, Леночка, что случилось?

— Демидов, ты что сделал с моей кошкой⁈ — по кабинету разнёсся недовольный и рассерженный голос моей супруги, когда Лео чуть не выронил телефон, активировав громкую связь.

— Я не понимаю, ты можешь пояснить? — улыбнулся он в трубку, прикладывая руку ко лбу.

— Она ничего не ест! Чем ты её кормил, пока жил в нашей квартире? — требовательно спросила Лена, а я прикрыл глаза, вжимаясь в кресло, вспомивая, что не сообщил ей про изменившиеся гастрономические предпочтения её любимицы.

— Эм, я же уже рассказывал Диме, — Демидов укоризненно посмотрел на меня. — Так вышло, что кроме лобстеров…

— Демидов, ты кормил несколько недель кошку лобстерами? — голос Лены зазвенел. — Ты вообще понимаешь, что у неё склонность к мочекаменной болезни и ей категорически нельзя есть морепродукты! У неё специальный сбалансированный корм.

— Леночка…

— Что «мяу»? Ешь, что дали! — рявкнула моя всегда спокойная жена.

— Я, у меня здесь ничего нет из еды, — ошарашенно произнёс Лео, лихорадочно осматривая кабинет. Я закусил губу, чтобы не рассмеяться.

— Да при чём здесь ты? Ладно, я всё поняла. Больше так не делай, — уже в привычной манере спокойно произнесла супруга и отключилась.

— Как ты с ней живёшь? — сочувственно посмотрел на меня Демидов. — Ты вообще знаешь, на ком женился?

— Лена занималась выездкой лошадей и вбиванием в головы самоуверенных аристократов базовых понятий, включающих нормы приличия. Конечно, я знаю, на ком женился, — и я рассмеялся.

— Странные вы, — произнёс Лео, выходя из кабинета с гордо поднятой головой, сталкиваясь в дверях с моим дворецким Николаем.

Николай зашёл, поприветствовав меня, после чего махнул рукой кому-то за дверью. В кабинет ввалились несколько ребят из охраны и начали сгружать на пол какие-то коробки.

— Это что? — прямо спросил я у дворецкого, когда остальные покинули мой кабинет.

— Это вещи из хранилища, которые вы попросили меня разобрать. Я вам звонил, но вы не отвечали, а Эдуард Казимирович сказал, что я могу принести это всё сюда. Так как здесь много непонятных для меня артефактов, я решил, что разумнее всего убрать их из поместья, — чопорно пояснил он, заложив руки за спину. — Тем более что Елена Павловна сообщила, что в ближайшее время возвращаться в Тверь вы не планируете.

— И тебя пропустили внутрь со всем этим? — недоверчиво поинтересовался я, поднимаясь на ноги и открывая одну из коробок, заполненную полностью защитными футлярами.

— Иван Михайлович лично всё проверил и счёл безопасным, — кивнул Николай. — Я рассортировал вещи на четыре части. Первая: это деньги и драгоценности. Разумеется, сюда я их не повёз, а оставил в сейфах нашего поместья. Вторая часть — это артефакты, как вы и просили, упакованные каждый в защитный кофр. Третья — вещи, предназначение которых мне осталось непонятным. Я понятия не имею, что символизирует обычная игрушечная машинка или футбольный мяч и зачем вообще что-то подобное хранить в надёжном месте. Никаких магических эманаций от некоторых вещей не исходит, но всё равно рекомендую воспользоваться защитными перчатками и не трогать их голыми руками. Ну а четвёртая коробка — это бумаги и документы, с которыми, полагаю, вам нужно ознакомиться.

С этими словами он вышел из кабинета, оставив меня одного в полном замешательстве. Я не знал, что мне делать и как вообще реагировать на такой финт своих слуг.

Покачав головой, я начал открывать футляры с артефактами. Извлёк какую-то золотую жабу, красную перчатку, погребальную урну. На игрушечном медведе с человеческими глазами я сдался и решил, что на сегодня хватит. Закрыв коробку, принял решение отдать их в научный отдел. Пускай наши умники разбираются в их предназначении. Я им за это огромную зарплату плачу.

А мне самому нужно заняться бумагами из хранилища, там действительно могло обнаружиться что-то интересное. Не просто же так их держали в депозитных ячейках под охраной.

Кое-как я доволок эти коробки до научного отдела, не встретив, как назло, на пути никого, кто мог бы мне помочь. Молча сгрузил их под недоумёнными взглядами учёных на пол и выпрямился.

— Это артефакты и вещи непонятного происхождения. Проанализировать и составить отчёт, — коротко пояснил я вышедшему вперёд Вольфу.

Он держал в руках какую-то фиолетовую переливающуюся сферу и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но я не стал слушать и удалился. Ладно, я сбежал, чтобы не попасть под очередной прессинг постоянно чем-то недовольных учёных.

Выйдя в коридор, я решил, что следует навестить Ромку и узнать, чем закончилась его встреча с Ваней. Мне нужно было знать, в какой форме он находится, и понять, могу ли я чем-нибудь помочь.

Глава 12

Я быстро дошёл до приёмной своего зама и уже хотел было открыть дверь, как услышал довольно громкий и напряжённый голос Полянского.

— Я не понимаю, Гаранин, что ты против меня имеешь?

— Я? Против тебя? Ничего, тебе показалось, — голос Ромки звучал как-то на редкость спокойно.

— Тогда почему ты на меня постоянно наезжаешь: то я что-то скрываю, то не умею работать, то слишком фамильярно разговариваю с Вандой и вообще со всеми сотрудниками, включая техничку Серафиму Ивановну, то дышу как-то неверно… — он замолчал, а я услышал характерный звук передёргиваемого затвора. Нахмурившись, я решительно взялся за ручку и открыл дверь, когда Полянский продолжил говорить. — Ты мог бы не чистить свой пистолет в приёмной?

— Извини, но, когда я делаю это в парке, на меня странно смотрят прохожие, — не глядя на него, ответил Ромка, опершись бёдрами на стол, стоявший напротив стола секретаря.

— Тогда делай это не в людном месте! — прокричал Полянский. Маги огня такие взрывные по темпераменту, что довести их до ручки возможно одним чихом.

— Чем, собственно, я и занимаюсь, — холодно отметил Ромка, после чего раздался очередной щелчок. Он поднял голову и кивнул мне в знак приветствия, продолжая собирать один из своих пистолетов.

— Ты же не просто так сюда притащился, показывая мне весь свой арсенал? — недовольно пробурчал Денис.

— Нет, я хотел посмотреть на человека, сумевшего так мастерски вклиниться в наш дружный сплочённый коллектив. И да, это моя приёмная, и я могу здесь находиться, когда мне взбредёт в голову, — равнодушно ответил ему Гаранин, демонстративно не глядя на меня.

— Посмотрел? Теперь можешь катиться на все четыре стороны по своим важным делам, — процедил Полянский, сквозь стиснутые зубы. — Вот, например, у тебя через тридцать минут встреча с Натальей Васильевной Княжиной из министерства образования.

— Мне нужно знать имя человека, который, как ты всех уверяешь, тебя прессовал так сильно, что ты чуть не загадил свои, безусловно, тебе чем-то дорогие штаны. Просто назови мне имя, и я от тебя отстану.

— Да что ты себе позволяешь? — вскинулся Полянский, едва сдерживаясь, чтобы не броситься на Ромку с кулаками. Тот, в свою очередь, передёрнул затвор и вложил пистолет в кобуру.