Алекс Громов – Персия: эра войны и революции. 1900—1925 (страница 55)
«Известия» № 61, 22 марта; «I–IV сессии Всероссийского
Центрального Исполнительного Комитета VIII созыва. Стенографический отчет». Государственное издательство, 1922. С. VIII.
Постановление II Сессии
Всероссийского Центрального
Исполнительного комитета
по докладу тов. Чичерина
Ознакомившись с содержанием договора между Россией и Персией, подписанного в Москве 26 февраля 1921 г.1, и выслушав доклад народного комиссара по иностранным делам об этом договоре, Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет постановляет означенный договор утвердить (ратификовать).
Председатель Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета
М. Калинин.
Секретарь Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета
П. Залуцкий.
20 3 марта 1921 г.
Москва, Кремль».
Парламент (меджлис) Персии ратифицировал договор 15 декабря 1922 года, 24 января 1922 года договор подписал шах Персии. 22 февраля 1922 года в персидской столице состоялся обмен ратификационными грамотами.
Часть VI
Крах династии Каджаров
Персия: итоги Первой мировой войны
18 января 1919 года открылась Парижская мирная конференция, в ходе которой державы-победительницы подписали договора с побежденными странами. Участники Антанты называли Советскую Россию, подписавшую мирный договор с Германией, «предательницей интересов союзников».
Персия, числившаяся в списке держав, приглашаемых в состав Лиги Наций, в самом начале Первой (как спустя пару десятилетий – Второй) мировой войны о своем нейтралитете, из-за того, что на территории велись военные действия, рассчитывала не только на компенсации. Как свидетельствуют советские источники (История дипломатии. Том 3. Дипломатия в период подготовки Второй мировой войны (1919–1939 гг.). Под редакцией академика В.Я. Потемкина. М.—Л.: Государственное издательство политической литературы, 1945), «делегация Персии прибыла в Париж и представила конференции меморандум, подписанный министром иностранных дел Мошавер-эль-Мемалеком. Ссылаясь на «исторические права», восходящие якобы к XVI–XVIII столетиям, персидское правительство требовало предоставить Персии ни более ни менее как почти половину Кавказа, включая весь Азербайджан с городом Баку, Русскую Армению, Нахичевань, Нагорный Карабах и даже часть Дагестана с городом Дербентом, а также огромную территорию за Каспием, простирающуюся к северу до Аральского моря, а к востоку до Амударьи с городами Мервом, Ашхабадом, Красноводском, Хивой и др. В общей сложности все эти области составляли свыше 578 тысяч квадратных километров. Кроме того, персидское правительство претендовало еще и на значительные турецкие территории. Трудно предположить, что такие претензии являлись плодом вожделений одних лишь персидских политиков. По-видимому, за спиной Персии стояла некая крупная держава. Во всяком случае требования Персии дают представление о той атмосфере, какая создалась на Парижской конференции».
Эти персидские требования так и не были удовлетворены. Но об этих требованиях вспомнили еще через четверть с лишним века, во время визита премьер-министра Кавама эс-Салтане в СССР и его личной встречи со Сталиным, состоявшейся 21 февраля 1946 года. Иранский премьер задал вопросы о выводе советских войск с иранской территории до 2 марта и о назначении нового советского посла в Тегеран.
На аргумент Сталина, касающийся советских войск, размещенных по договору 1921 года, Кавам эс-Салтане ответил, что при подписании договора имелся другой, на что вождь народов напомнил Кавам эс-Салтане о враждебном отношении Ирана на Парижской конференции 1919 года.
В ответ иранский премьер заявил Сталину, что требования, представленные Ираном Парижской мирной конференции в марте 1919 года, помимо контрибуции, включали и обеспечение политической, экономической и правовой независимости страны, и к этому прилагались и территориальные требования, касающиеся областей бывшей Российской империи…
Падение Каджаров
Последнего шаха из династии Каджаров – Ахмад-шаха – многие современники считали трусливым и бесхарактерным лицемером, любителем развлечений, а не властным и харизматичным владыкой, который был нужен Персии в те годы невзгод и испытаний.
Ахмад-шах не имел реальной власти и с удовольствием проводил время в Европе (отправившись туда после окончания Первой мировой войны на 8 месяцев, а в следующий раз – уже на 10 месяцев), тратя, как и его шах-дед, на эти путешествия крупные средства, полученные от иностранных компаний. Но это была лишь одна из причин падения правящей династии, которая не могла эффективно управлять страной, многие области которой не желали подчиняться тегеранскому правительству, поначалу опиравшемуся на российские и английские войска и администрацию, а после ухода русской армии – на англичан.
Но уже к концу 1920 года англичане приняли решение о выводе своих войск и инструкторов с территории Персии, и в итоге в стране не осталось единой реальной силы, способной контролировать столицу и провинции. Для этого нужен был тот, кто смог бы подчинить разрозненные в то время подразделения персидских вооруженных сил и взять под контроль аппарат тегеранского правительства, а затем – и губернаторов провинций, а позже – предводителей племен, не желающих считаться с центральной властью.
Таким вождем стал Реза-хан, который был 20 февраля 1921 года официально назначен командиром казачьей дивизии. Через несколько часов под его командованием дивизия двинулась на Тегеран.
На подходе к столице встретившая их делегация представителей шаха и правительства (при участии двух английских советников) в ходе переговоров пыталась отговорить Реза-хана от вступления дивизии в Тегеран. Тот, указывая на опасность большевистской угрозы в Персии, заявил: «Казаки имели опыт столкновения с большевиками и знали, что они такое, и устали видеть замену одного неэффективного правительства другим, в то время как в Тегеране никто не делал никаких приготовлений для противостояния большевистскому продвижению, которое будет следовать за выводом британских вооруженных подразделений. Поэтому они пришли в Тегеран, чтобы установить сильное правительство, которое займется этим вопросом. Они заверяют в своей верности и преданности шаху, но полны решимости избавить его от вредоносных советников, которыми он окружен».
Войдя в Тегеран, казаки взяли город полностью под свой контроль, и прибывший в столицу вместе с Реза-ханом публицист и общественный деятель Сеид Зия (Сеид Зияэддин Табатабаи), поддерживавший тесные связи с англичанами, был принят испуганным шахом и назначен премьер-министром (Реза-хан – военным губернатором). Новое правительство (получившее название «Черный кабинет») подписало договор с Советской Россией, получив тем самым большинство концессий Российском империи.
Правительство Сеида Зии, опубликовав декларацию о «борьбе против аристократов» и начав проводить в провинциях аресты тех, кто выступал против него, вызывало волну возмущения и поэтому просуществовало менее ста дней и было отправлено шахом (и де-факто – разочаровавшимся в Сеиде Зие Реза-ханом) в отставку. В апреле 1921 года Реза-хан официально стал военным министром. Успешно подавив повстанческое движение в Гиляне и восстание курдов, расправившись с недовольными низким жалованием нефтяниками, Реза-хан постепенно взял под контроль не только столицу, но большинство провинций. В Тегеране сменилось несколько правительств, пока 26 октября 1923 года шаху не пришлось, выполняя волю Резы-хана, назначить его премьер-министром.
Расправившись с оппозицией, Реза-хан решил официально получить всю власть в стране, и в конце 1925 года междлис на своем заседании 80 голосами из 85 присутствовавших проголосовал за низложение Ахмед-шаха Каджара и всей Каджарской династии. Это решение было записано и положено на серебряный поднос, который вручили Резе-хану. 15 декабря 1925 года он был провозглашен шахом Персии, 25 апреля 1926 года состоялась коронация Резы-хана под именем Резы-шаха Пехлеви.
Рышард Капущинский, известный журналист-международник, которому за время работы довелось быть свидетелем двадцати восьми революций в разных уголках Земли, описывал и то, как возник режим Резы-шаха Пехлеви. Им написан подробный портрет основателя последней царской династии в Персии. «Он на голову выше своих коллег-офицеров, с могучей грудной клеткой, он смахивает на силача, который без труда гнет подковы. У него воинственный вид, холодный, изучающий взгляд, широкие мощные челюсти, сжатые губы, никакого намека даже на самую мимолетную улыбку. На голове у него черная каракулевая казацкая папаха, ибо, как уже говорилось, он офицер Персидской казачьей бригады (единственного воинского формирования, каким в ту пору располагал шах), которой командует полковник царской армии из Санкт-Петербурга Всеволод Ляхов. Реза-хан – любимец Ляхова, который обожает прирожденных солдат, а наш юный офицер – это тип такого солдата…»
Отец Резы-хана был простым солдатом, но однажды ему выпало конвоировать на казнь убийцу Насреддин-шаха. Сохранилась даже старинная фотография, где запечатлен отец будущего шаха, держащий на цепи осужденного.