Алекс Громов – Персия: эра войны и революции. 1900—1925 (страница 57)

«Эти разбойники захватили…»

После вывода частей Красной армии с персидской территории конфликты на персидской границе продолжались, как и обмен нотами между государствами. 29 октября 1921 года последовала нота народного комиссара иностранных дел РСФСР послу Персии в РСФСР Мошавер-эль-Мемалеку (Документы внешней политики СССР. Том 4. Москва. Госполитиздат. 1960):

«Господин Посол,

Ваша нота № 339 от 20 октября вызвала у нас некоторое удивление, так как она касается исключительно отношений между Персией и Азербайджанской Республикой и говорит о вопросах, из которых одни никогда не были предметом переговоров между нами, а другие были даже нам неизвестны. Из угрожающего тона в заключении Вашей ноты мы могли сделать вывод, что Персидское Правительство желает передать Русскому Правительству некоторые неразрешенные вопросы между Персией и Азербайджаном. Таким образом, нам важно было бы знать, имеет ли целью Ваш шаг использовать дипломатические действия Русского Правительства для того, чтобы войти в сношение с Азербайджанским Правительством в целях урегулирования разногласий, существующих между Персией и этой Республикой. Мы были бы Вам очень признательны, если бы Вы соблаговолили указать нам, в какой форме наше содействие было бы рассматриваемо как желательное для того, чтобы устранить все затруднения между Персией и Азербайджаном.

Нам, однако, не показалось уместным ждать, чтобы процессуальные вопросы были разрешены для того, чтобы рассмотреть самое существо вопросов, которые Вы подняли. Рассмотрение это доказало нам несомненным образом, что набеги и грабежи племен, населяющих области Персии, соседние с Азербайджаном, не прекратились до сих пор. Области Сальяны, Билясар, Карадонлу особенно пострадали от набегов банд из Персии. За первую половину августа, период времени относительно короткий, в одном Сальянском уезде эти разбойники захватили 818 голов крупного скота, 4000 баранов, 80 верблюдов, 70 лошадей, 48 буйволов. При защите местной дружиной и крестьянами от этих банд 85 местных дружинников и 5 крестьян были убиты. Чиновник Чрезвычайного Посольства Персии в Москве, проездом в Баку, посетил Председателя Совнаркома Азербайджанской Республики тов. Нариманова и сообщил ему, что он снесется через Астару с Персидским Правительством для урегулирования вопроса. Однако после этого посещения набеги племен севера Персии в Азербайджан еще более расширились. Персидское Правительство, к сожалению, ничего не сделало, чтобы прекратить эти набеги и эти разбои. Если азербайджанское войско оказалось вынужденным, может быть, один раз, преследуя бандитов в этой малоразвитой стране в горах, перейти на короткое время на персидскую территорию, это была временная необходимость, исходящая из случайных обстоятельств. Наилучшим способом сделать невозможным, чтобы подобный факт повторялся, было бы, если бы Вы соблаговолили, господин Посол, попросить Персидское Правительство принять такие меры, которые сделали бы невозможным в будущем грабежи персидских племен на азербайджанской территории.

Что касается тов. Нариманова, то он официально заявил на пленарном заседании 2-й сессии ЦИК Советов Азербайджана, что Азербайджанская Республика ни в чем не вмешивалась в дела Персии и не предоставляла никакой помощи персидским революционерам, с которыми она не имеет никакого соприкосновения, даже нравственного.

Так как Персидское Правительство ни в малейшей степени не удовлетворило Азербайджанское Правительство в отношении постоянных набегов, от которых Азербайджан страдает со стороны персидских кочевников, угрожающий характер Вашей ноты от 20 октября заставляет нас опасаться предвзятого решения со стороны Персидского Правительства занять враждебную позицию по отношению к Азербайджану и, следовательно, по отношению к Русскому Правительству, которое является тесным союзником этой Республики. Нам трудно понять, какая причина может толкать Персидское Правительство желать отравлять отношения, которые, как кажется, установились таким счастливым образом между Персией и Россией после заключения Московского договора.

Позволим себе по этому случаю обратить Ваше внимание на то обстоятельство, что Персидское Правительство еще ничего не сделало для выполнения предложения нашего Правительства, стремящегося начать переговоры в целях заключения торгового договора и консульских и почтово-телеграфных соглашений, хотя наш Полномочный Представитель тов. Ротштейн уже более двух месяцев тому назад поднял вопрос в Тегеране. Равным образом, переговоры о заключении соглашения об эксплуатации рыбных промыслов южных берегов Каспийского моря все еще в их первоначальной стадии, хотя наш Полномочный Представитель уже несколько раз сообщал Персидскому Правительству о нашем желании более активно продолжать эти переговоры.

Имея твердую надежду, что все указанные вопросы получат благоприятное разрешение в самый короткий срок, позволю себе, господин Посол, выразить убеждение, что развитие экономических сношений между Россией и Персией, основанное на Московском договоре, создаст атмосферу доверия и дружбы, которую Русское Правительство всегда стремилось создать с Персией и существование которой представляет жизненный интерес для обеих стран.

Примите и пр.

[Чичерин]».

Конфликты на персидской границе (как и деятельность враждебных РСФСР организаций в Персии) продолжались, и за этой нотой последовала следующая – 15 декабря 1921 года – нота полномочного представителя РСФСР в Персии Ротштейна министру иностранных дел Персии Асадолла (Документы внешней политики СССР. Том 4. М.: Госполитиздат. 1960).

«Милостивый государь,

На мои две ноты от 6 августа и 25 октября с. г. и на мои многократные устные заявления относительно недопустимости организации и агитации дашнакских групп на персидской территории я, к сожалению, до сих пор не получил удовлетворительного ответа, и на все мои настояния разоружить, интернировать или другим способом обезвредить их со стороны вашего Правительства до сих пор не последовало соответствующих действий. Между тем имеющиеся у меня точные сведения рисуют реальную угрозу союзной с нами Советской Армении со стороны означенных групп, которые ныне возглавляются даже “правительством”, дающим политические и военные директивы и имеющим своего представителя в Тегеране в лице г. Аргутинского. Этот последний, мне доподлинно известно, продолжает пользоваться печатью и паспортными бланками свергнутого армянским народом дашнакского правительства и даже имеет возможность посылать и получать шифрованные телеграммы через персидский телеграф, который, кстати сказать, находит невозможным предоставить эту привилегию уполномоченному Внешторга, т. е. представителю Российской Советской власти. Одновременно, как мне известно, на территории Персии имеется организованный вооруженный отряд дашнаков и отдельные террористы, угрожающие жизни и безопасности всех тех, кто осмеливается бороться с деятельностью дашнаков.

Такие явления абсолютно недопустимы с точки зрения не только Русско-Персидского договора, но и вообще международного права, и я вынужден, милостивый государь, вновь обратиться к Вам с требованием положить предел преступной организации дашнакских сил путем интернирования или высылки всех дашнакских главарей и немедленного разоружения и расселения всех дашнаков, бежавших из Советской Армении. Не желая видеть какого бы то ни было нарушения дружеских добрососедских отношений между Персией и Российской Советской Федерацией, я предупреждаю ваше Правительство против могущих возникнуть тяжелых осложнений вследствие учинения, с попустительства вашего Правительства, какого-либо нападения на Советскую Армению или отдельных террористических актов на персидской территории.

Примите уверение в совершенном уважении.

Полномочный Представитель РСФСР в Персии

[Ротштейн]».

Ультиматум Керзона

8 мая 1923 года британский министр иностранных дел лорд Джордж Натаниэл Керзон составил ультиматум, который был передан советскому наркому по иностранным делам Чичерину. В тексте своей ноты Керзон обвинял правительство Советского Союза в нарушении условий англо-русского торгового договора 1921 года. В этом договоре указывалось на недопущение антибританской пропаганды на Востоке. В тексте меморандума Керзона было сказано, что российские политические агенты в Персии, Афганистане и Индии продолжают вести подстрекательскую кампанию против Британской империи.

«Среди наиболее выгодных баз для русской антибританской пропаганды всегда была территория, охватывающая Персию, Афганистан и индийскую пограничную область.

I. Персия. 4. Российский посланник в Тегеране был самым неутомимым, хотя не всегда самым преуспевающим, работником на этом поприще. Он давал приют индийским мятежникам в своем гостеприимном доме и направлял их на работу в Индию. Правительству Его Величества известны в точности суммы, которые Российское Правительство время от времени посылало ему главным образом для антибританских интриг; оно видело также инструкции, которые передавались ему от его начальства и которые он передавал своим подчиненным агентам, инструкции, имеющие целью возбуждать антибританские движения и мятежи в указанной части земного шара. Деятельность этого агента распространялась даже на соседнюю территорию Ирака, а Керманшах, где имеется советский консул, которому посылались инструкции, известные Правительству Его Величества, сделался активным центром этих благих замыслов. Что эта деятельность хорошо известна и разрешалась Советским Правительством в Москве, доказывается докладом г. Шумяцкого, Российского Представителя в Тегеране, Комиссариату Иностранных Дел в феврале 1923 г., в котором содержится следующий любопытный абзац: “Наша миссия, выполняя инструкции, дополненные вашей телеграммой, решилась действовать в соответствии с этой политической линией, особенно в Северной Персии и Тегеране; организована хорошая группа работников, которые могут действовать в антибританском направлении достаточно энергично… Если Комиссариат Иностранных Дел согласится на план миссии, то для первых расходов необходим будет кредит в 300 000 туманов, который даст нам возможность работать…” В настоящем меморандуме выставлены требования, которые Правительство Его Величества считает необходимым предъявить. Оно требует: 1. Действий и заверений Советского Правительства в отношении пропаганды и враждебных актов…» (Документы внешней политики СССР. Т. 6. М., 1962.)