Алекс Джиллиан – Хозяин пустоши (страница 72)

Харпер расположился напротив, на узкой скамье тесного броневика. Он единственный, кто отказался от средств защиты, очевидно решив, что радиация не способна причинить ему особого вреда. В тусклом свете приборных панелей его лицо с аномально заострившимися чертами выглядит откровенно жутко. Бледная кожа натянута до предела, под ней отчётливо проступают тёмные вены. Устремлённые в никуда застывшие глаза временами вспыхивают хищным блеском, зрачки то сужаются, то расширяются, создавая впечатление, что в них мечется что-то дикое и опасное, отчаянно ищущее выход наружу.

Я наблюдаю за Харпером с нарастающим беспокойством, ясно понимая, что сейчас внутри него бушует настоящая буря. Война двух противоположных сущностей достигает пика: человеческий разум отчаянно пытается сохранить контроль, в то время как звериная сущность Аристея неумолимо прорывается на поверхность, поглощая его сознание. Он отчаянно сдерживает армию мутантов, но каждая следующая секунда приближает его к краю, за которым он может потерять себя окончательно, и тогда мир захлестнёт катастрофа.

– Неважно выглядишь, Харпер. Уверен, что всё ещё можешь их контролировать? – прищурившись, сдержанно спрашиваю я.

Кайлер резко встряхивает головой, отгоняя наваждение, проводит рукой по частично побелевшим волосам и медленно поднимает на меня расфокусированный взгляд.

– Они сползаются сюда со всех сторон. Лезут из каждого прохода, из каждой щели, – его голос звучит низко и глухо, со зловещим рычащим оттенком, вызывающим у меня инстинктивное беспокойство. – Их становится слишком много, президент.

Он на мгновение прикрывает глаза и напряженно добавляет:

– Мы вплотную подошли к Ядру, дальше на машинах не проехать.

Его слова подтверждаются почти сразу. Бронемашина резко тормозит и останавливается, сотрясаясь от мощного столкновения с завалами и грудами искорёженного металла, наглухо перекрывшими туннель. Дальше путь только своим ходом, прямо сквозь кишащий мутантами ад.

Я молча поднимаюсь со своего места, быстро проверяю автомат, передёргивая затвор, затем касаюсь пистолета на поясе, убеждаясь, что он также на месте. Закончив, активирую общую связь и спокойно отдаю приказ:

– Всем подразделениям: приготовиться к выходу. Дальше движемся пешком. Харпер идёт первым, обеспечивает нам коридор.

Кайлер коротко кивает, распахивает тяжёлый люк и исчезает в темноте.

Мы быстро следуем за ним, выбираясь из бронемашины и формируя защитный периметр. Из соседних машин тоже стремительно выпрыгивают бойцы, занимая позиции. Всё вокруг окутано плотной, вязкой тьмой, из которой доносятся тревожные шорохи и приглушённые рычания.

Харпер стоит чуть впереди нас, разведя руки в стороны, удерживая невидимую стену, за которой беснуются орды мутантов. Они цепенеют перед ним, подчиняясь его незримой силе и выстраиваясь в подобие живого барьера. Но его влияние на тварей небезгранично и, вероятно, имеет свой предел. Отдельные особи внезапно срываются и со звериной яростью бросаются на Харпера. Он безжалостно уничтожает каждого, буквально разрывая мутантов голыми руками. Из-под его пальцев летят ошмётки плоти, кровь фонтанирует, окрашивая броню солдат алыми брызгами.

Бойцы открывают непрерывный огонь, расчищая нам путь вперёд. Мутанты наступают, не прекращая попыток прорвать барьер, возведённый Харпером. Воздух наполняется пронзительными воплями, скрежетом когтей и лязгом металла; туннель сотрясается от бесконечного грохота очередей.

Мы медленно продвигаемся вперёд, оставляя за собой узкий кровавый коридор. Каждый шаг даётся с боем, каждый метр отвоёван с упорством тех, кто не привык отступать. Харпер движется передо мной, продолжая неустанно и с нечеловеческой яростью уничтожать хаотично атакующих тварей. На мгновение Кайлер оборачивается, его лицо покрыто кровью, взгляд безумен:

– Мы на месте, – хрипло рычит он.

Перед нами, в клубах удушливого дыма и багровом зареве вспыхивающих аварийных фонарей, вырисовывается деформированный вагон, покрытый копотью и следами радиационного воздействия. Солдаты спешно занимают оборонительные позиции, встречая непрерывный, хотя и заметно ослабевший поток мутантов плотным, сосредоточенным огнём. Вокруг нас стремительно нарастает чудовищный вал из изуродованных тел и искорёженных обломков, оставшихся после беспощадного столкновения.

Я подхожу к искорёженной двери вагона. Изнутри валит густой дым, смешанный с раскалённым воздухом, будто там бушевал сильный пожар. Жар становится невыносимым, пробиваясь сквозь защитный костюм и обжигая лёгкие. Едкая вонь палёной плоти ударяет в лицо, вызывая приступ тошноты. Сердце бешено скачет, разливая по венам концентрированный адреналин. Датчики безостановочно пищат, показывая критический уровень радиации.

Солдаты быстро устанавливают заряды, стараясь не отвлекаться на происходящее вокруг.

– Приготовиться к подрыву! – командует офицер. – Огонь!

Пространство содрогается от мощного взрыва. Оглушительный грохот и скрежет разлетающегося повсюду металла эхом проносятся по туннелю. Сорванная с петель взрывной волной бронированная дверь влетает внутрь вагона, пробивая брешь в кромешную тьму и открывая путь в самое сердце преисподней.

Бойцы мгновенно образуют защитный рубеж, перекрывая подходы к вагону, вспышки выстрелов и яростный рев мутантов сливаются в один безумный водоворот хаоса. Харпер снова рвётся вперёд, намереваясь войти в образовавшийся проход, но я жёстко перехватываю его плечо и удерживаю на месте.

– Стой! Если тебя убьют, их уже никто не остановит. Ты пойдёшь за мной, это не обсуждается.

Его глаза вспыхивают жёлтым безумием, но он подчиняется, едва заметно кивая.

Я осторожно ступаю внутрь вагона, чувствуя, как жар от раскалённого металла проступает сквозь подошвы ботинок. Пространство впереди кажется бесконечным, погружённым в мрачную тьму и клубы чёрного едкого дыма. Внутри царит полная разруха: стены вагона искривились и изогнулись, металл покрылся жуткими потёками оплавленного вещества, напоминающего застывшую кровь. С потолка свисают оборванные кабели, потрескивая и хаотично искря, словно хищные змеи, готовые вцепиться в любого, кто подойдёт слишком близко. Кислород насыщен гарью и запахом тлеющих изоляционных материалов, пробивающимся сквозь фильтры респиратора.

Харпер следует за мной, его дыхание становится всё тяжелее и прерывистее. Я слышу, как он до скрежета стискивает зубы, удерживая последние нити контроля.

Внезапно мой взгляд упирается в капсулу, брошенную посреди вагона. Стеклянная поверхность разбита, покрыта сетью глубоких трещин. Кровавые отпечатки пальцев на краях зияющих разломов заставляют меня содрогнуться от неприятной догадки.

Капсула пуста.

В то же мгновение позади меня раздаётся низкий, гортанный звук, полный нечеловеческой ярости и неприкрытой угрозы. По позвоночнику пробегает холодная волна, а мышцы рефлекторно напрягаются в ожидании атаки. Первая мысль, что это Харпер все же слетел с катушек, но нет.

Резко развернувшись, я замечаю, как из сгущающейся тьмы за спиной Кайлера возникает уродливая скрюченная фигура.

Не Элиана Демори. Уже нет.

Аристей. От его прежней некогда человеческой сущности остались лишь жалкие, обгорелые ошмётки кожи, свисающие с деформированного тела. Под разорванной плотью пульсируют обнажённые мышцы и изуродованные сухожилия, искривлённые кости выступают наружу.

Я не успеваю выкрикнуть предупреждение.

Существо, казавшееся слабым и сломанным, теперь движется с жуткой грацией и абсолютной точностью хищника. Харпер резко оборачивается навстречу, взгляд его вспыхивает дикой решимостью, тело мгновенно напрягается, но даже он оказывается слишком медлителен перед лицом этой неестественной мощи.

Они сходятся в жестокой, беспощадной схватке. Аристей обрушивает на Харпера сильные, сокрушительные удары, швыряя его к стенам вагона, отчего металл гнется и трещит под тяжестью столкновений. Харпер отчаянно контратакует, отбрасывая противника назад, но Аристей не ослабевает ни на секунду, лишь наращивая силу ударов.

Я вскидываю автомат, пытаясь поймать Аристея на прицел, но противники двигаются с невероятной скоростью, сливаясь в стремительный, хаотичный вихрь, почти неразличимый глазу. Попасть в цель в этом безумном танце практически невозможно. Пули вспарывают воздух, врезаясь в стены вагона, выбивая искры и оставляя глубокие пробоины в металлических стенах. Стиснув зубы, я продолжаю стрелять несмотря на то, что отчетливо понимаю, – при такой скорости и стремительности боя, мои пули цели не достигнут.

Тем временем Харпер отчаянно бросается вперёд, хватает Аристея за горло и пытается повалить его на пол, но тот лишь низко и презрительно смеётся ему в лицо, ловко вырываясь из захвата и постоянно меняя положение. Я не останавливаюсь и продолжаю вести огонь, но пули снова и снова пролетают мимо цели, лишь пробивая стены вагона и выбивая снопы искр.

– Посмотри на себя, Кай, – глумливо шипит Аристей. Его скрипучий мерзкий голос режет слух, напоминая звук скрежета металла по стеклу. – Ты всего лишь ничтожная подделка того, кем мог стать. Ты правда надеялся убить меня? Сокрушить силу, которая несоизмеримо превосходит твою? Ты был обречён с того момента, как осмелился бросить мне вызов!