Алекс Джиллиан – Хозяин пустоши (страница 37)

– Надеюсь, мы движемся не вслепую? – внезапно спрашивает Грант с неприкрытым сомнением и настороженностью.

Несколько бойцов тут же бросают на неё косые взгляды, и я понимаю, что должен немедленно пресечь возникновение паники.

– Нет, нам известно точное положение Ариадны, – спокойно поясняю я, активируя панель на предплечье. Красный маячок сестры всё ещё стабилен. – Сигнал, который мы отслеживаем, не меняется уже несколько суток. Но сеть этих туннелей – это настоящий лабиринт, и он специально построен так, чтобы максимально усложнить вторжение.

– По предварительным сведениям, проникнуть в центральный сектор можно только, ориентируясь на систему подземной железной дороги. Без неё нам не добраться до цели, – задумчиво произносит Белова, внимательно изучив схему туннелей, составленную на основе данных, полученных от разведывательных дронов. – Подождите…я вижу железнодорожную ветку примерно в километре отсюда, – возбужденно докладывает она, передавая мне планшет.

Убедившись, что информация верна, я коротко киваю:

– Нужно доехать до этой точки, дальше придётся продвигаться пешим ходом. По путям техника не пройдёт.

– Это самоубийство, – мрачно бросает Пирс. – Пойдем пешком – станем легкой добычей.

– А если перехватить поезд? Заблокировать пути? – предлагает Лароссо, пытаясь найти хоть какой-то выход.

Я отрицательно качаю головой:

– Это практически невозможно. Железнодорожный состав передвигается на сверхвысокой скорости, и его маршруты постоянно меняются. У нас нет никаких гарантий, что мы не будем ждать такой поезд часами или даже сутками. Времени на подобные эксперименты у нас просто нет.

На несколько секунд повисает тяжёлая пауза. В головах солдат сейчас проносятся десятки вариантов, и ни один не кажется достаточно надёжным.

– Тогда остаётся единственный реальный способ, – нарушает молчание Эванс, твёрдо глядя прямо на меня. – Доехать до путей, а дальше отправить пешую разведгруппу.

– Разделиться? – с сомнением спрашивает Грейсон, тревожно нахмурившись.

– У нас нет выбора, – спокойно отвечаю я, понимая, что другого способа быстро добраться до цели и при этом не рисковать всеми бойцами нет. – Небольшая оперативная группа проверит маршрут, пока колонна обеспечивает прикрытие. Мы должны быть готовы к любой угрозе. Если найдём подходящую дорогу, двинемся туда всем составом. Если нет – придётся искать другой путь.

Белова оценивающе смотрит на меня и коротко кивает:

– Это рациональный вариант. Меньше риска и больше мобильности.

– Тогда решено, – уверенно произношу я, вновь проверяя данные.

План далёк от идеала, но он чёткий, логичный и стратегически обоснованный. И сейчас – это лучшее, на что мы можем рассчитывать в сложившейся ситуации.

– Состав разведгруппы? – уточняет Белова, не отводя от меня напряженного взгляда.

– Я пойду с ними, – отвечаю без колебаний.

Несколько секунд все молчат, с толикой недоумения осмысливая мое решение.

– Эрик, твоё место здесь, с основной колонной, – первой приходит в себя Белова. – Ты – командир операции, а не разведчик. Рисковать тобой сейчас – значит, подвергать опасности всех.

– Я понимаю риски, – категоричным тоном перебиваю её возражения. – Сигнал биотрекера Ариадны отслеживаю только я. Если что-то пойдёт не так, если сигнал изменит направление, никто, кроме меня, не сможет быстро принять верное решение. И чем ближе к Ари я буду в этот момент, тем выше мои шансы оперативно выйти на след сестры.

Елена сжимает челюсти, но после секундного размышления вынужденно кивает:

– Принято. Кто с тобой?

Я быстро пробегаю глазами по бойцам, мысленно оценивая их возможности и состояние:

– Пирс, Грейсон, Эванс. Плюс пара опытных разведчиков из «Альфы» для прикрытия. Да, и еще Грант. Остальные остаются под командованием полковника Беловой.

– Биолог? В разведку? Эрик, ты уверен, что это целесообразно? – Елена выглядит удивлённой и обескураженной, в отличие от невозмутимо взирающей на меня Элины.

– Более чем, – спокойно возражаю я. – Она знает шершней лучше любого из нас, способна сразу определить степень опасности и найти тактические уязвимости врага. Если на пути попадётся очередной вид, её знания могут спасти нам жизнь и сэкономить время на принятие решений. В туннелях, кишащих мутантами, это критически важно.

Елена молча оценивает мой довод, затем неохотно кивает, признавая очевидность аргумента.

– Принято.

– А я? – Лароссо вскидывает голову, готовая возразить, но я тут же пресекаю её порыв:

– Ты остаёшься. Поверь, у тебя ещё будет шанс отомстить.

В её глазах на короткий мир вспыхивают ярость и боль, но она опускает взгляд, принимая мои доводы. Это лучшее, что я могу ей сейчас дать, – паузу, возможность пережить потерю Грома.

– Что с техникой и основными силами? – спрашивает Белова, мгновенно переключаясь на практическое планирование.

– Занимаете круговую оборону и сохраняете тишину в эфире, – объясняю я.

– Поняла, – коротко подтверждает Елена. – Но при первом же признаке серьёзного сопротивления, немедленно возвращаетесь. Ты нужен здесь живым.

– Разумеется, – отвечаю я, избегая дальнейших споров.

– Мы на месте! – прерывает наш разговор голос водителя бронемашины.

Колонна резко замедляется и останавливается, занимая позиции на широком участке туннеля. Взгляд автоматически скользит по экрану тактического планшета, на котором уже отображены данные разведывательных дронов. Они зафиксировали железнодорожные пути буквально в нескольких десятках метров впереди, скрытые за массивными гермоворотами, в свою очередь частично заваленными бетонными плитами и искорёженным металлом.

– Занять позиции! – быстро отдаёт приказ Белова. – Машины в круговую оборону, бойцам, рассредоточиться.

Солдаты быстро и чётко выполняют указания. Техника выстраивается плотным кольцом, разворачивая башенные орудия и пулемёты наружу, формируя надёжный периметр обороны. Взвод сапёров оперативно проверяет ближайшие ниши и ответвления, устанавливая датчики движения и миниатюрные камеры для контроля подходов.

Я бросаю короткий взгляд на отобранных мной людей – Пирс и Грейсон быстро проверяют снаряжение и магазины автоматов, обменявшись при этом коротким сосредоточенным взглядом. Эванс приближается ко мне и негромко уточняет:

– Как будем действовать в случае контакта? Отходим или сразу даём бой?

– Бой только в крайнем случае, – жёстко предупреждаю я, заряжая автомат. – Наша задача – разведка, а не штурм. Огонь вести только при непосредственной угрозе. При любом сомнении – отступаем.

– Ясно, – соглашается он.

Я перевожу взгляд на стоящую в стороне Грант. Она немного растерянно наблюдает за происходящим, но старается не выдавать волнения.

– Тебе не обязательно идти, если не уверена, что справишься, – шагнув к ней, я внимательно изучаю ее лицо с красивыми выразительными чертами. Прозрачный визор шлема позволяет рассмотреть малейшие эмоции, которые она пытается скрыть. – Бояться – это нормально, – добавляю чуть мягче.

– Конечно, нормально, учитывая, что я направляюсь прямиком в ад под командованием призрака, – натянуто улыбается Грант. В её взгляде вспыхивает стальной блеск, тесно переплетенный с вызовом, и мне это чертовски не нравится.

– Поверь мне, у призрака не дрогнет рука, если ты вдруг решишь переметнуться на сторону врага, – ледяным тоном предупреждаю я.

– Враг – это Харпер? – в её голосе проскальзывает холодное любопытство, граничащее с попыткой заглянуть вглубь меня, проверить мои истинные мотивы.

– Ты считаешь иначе?

– Я здесь, чтобы помочь, а не делать выводы. И я лучше всех понимаю природу угрозы, именно поэтому ты включил меня в состав группы.

– И всё же это не ответ, – я пристально смотрю на неё, стараясь понять, что она скрывает за маской профессионального спокойствия. – Сомневаешься в его непричастности?

– Он всегда действовал, исходя из логики и рациональности, а не эмоций или личных амбиций.

Она замолкает, и её взгляд перемещается к бойцам, торопливо разбирающим заваленный обломками проход. Некоторое время Элина молча наблюдает за их работой, скорее всего, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить. Её голос становится тише и осторожнее, когда она вновь поворачивается ко мне:

– Ты думаешь, он где-то там? – она кивает в сторону освобождаемого прохода. – Вместе с ней?

– Уверен в этом, – хмуро отвечаю я, ощущая, как холод в груди становится почти физически ощутимым. – И я до сих пор не могу понять, что именно им движет.

– Я тоже, – глухо отзывается Грант, на мгновение опустив глаза и задумчиво покачав головой. – Кайлер дорог мне, это правда, – она снова поднимает взгляд, в котором тлеет усталость. – Но я не стану рисковать вашими жизнями, чтобы спасти его. Просто поверь, что я сделаю всё возможное, чтобы мы выбрались отсюда живыми. Вместе с твоей сестрой.

– Надеюсь, это действительно так, – мрачно отзываюсь я, чувствуя, как странная смесь облегчения и недоверия сжимает горло. – Но помни, Элина, малейшее сомнение в тебе, – и я не стану рисковать.

Она коротко кивает, принимая мои слова без возражений:

– Понимаю.

– Тогда держись рядом и не высовывайся вперёд. Твоя голова нам нужна, чтобы думать, а не служить мишенью.

Она сухо усмехается и быстро поправляет бронежилет, демонстративно передёргивая затвор автомата, показывая, что готова не только наблюдать, но и действовать.