Алекс Дарк – Блэк-Крик. Гнилая падь (страница 3)

То, что лежало в углублении между корнями, заставило Джека замереть. Металл карабина в его руках показался ледяным.

Это был труп мужчины. Он лежал на спине, раскинув руки. Но его одежда — плотная джинсовая куртка-варенка, широкий кожаный ремень и массивные электронные часы «Монтана» — принадлежала совершенно другой эпохе. Концу восьмидесятых.

Самым жутким было не это. Тело не превратилось в скелет за столько лет. Кожа была бледной, слегка сероватой, но плотной, без малейших следов гниения или зубов лесных хищников. Будто человека положили сюда всего пару часов назад. Из его приоткрытого рта, разрывая синюшные губы, толстым пучком прорастали гибкие, чёрные, глянцевые ветви без коры. Они оплетали шею, уходили под одежду и тонкими побегами пробивали кожу на щеках и веках, заменяя собой глазные яблоки. На концах этих ветвей дрожали мелкие, мёртвые чёрные листья.

Джек медленно опустился на одно колено, стараясь не дышать носом. На правой руке мертвеца, облепленной болотной грязью, тускло блеснуло массивное золотое кольцо с печаткой в виде эмблемы местной старшей школы Блэк-Крик и выгравированным годом: 1987.

Джек почувствовал, как по спине пробежал неестественный холод. Он знал это кольцо. Точно такое же, только отцовское, хранилось у него дома в коробке с документами.

Это был Томас Миллер. Старший брат его отца, который бесследно исчез в этих лесах осенью 1987, когда самому Джеку не исполнилось и года. Человек, которого весь город сорок лет считал беглецом, укравшим кассу местной лесопилки, лежал здесь. Свежий. Проросший чёрным деревом. Радар у его ноги издал тихий, жалобный скулёж, утыкаясь носом в колено Джека — даже дрессированный военный пёс не выдерживал давления этого места.

В этот момент рация на поясе Джека ожила, пробиваясь сквозь белый шум и треск статики. Из динамика раздался прерывистый, панический голос шерифа Уолтерса:

— Морган! Морган, черт тебя дери, ты на связи?! Срочно дуй к Шепчущей топи, у нас… у нас тут чертовщина на датчиках движения. Морган!

Джек взял рацию, не сводя глаз с пустых, проросших чёрными ветвями глазниц своего мёртвого дяди.

— Я уже здесь, Уолтерс, — глухо сказал Джек. — И тебе лучше приехать сюда одному. Без сирен.

* * *

Тяжёлые шаги шерифа Уолтерса Джек услышал задолго до того, как тот показался из тумана. Шериф шёл шумно, ломая сухие ветки и тяжело отдуваясь. Уолтерсу было под шестьдесят — грузный мужчина с багровым от высокого давления лицом, растрёпанными седыми усами и вечно недовольным взглядом.

Джека и Уолтерса связывали сложные, натянутые отношения. Шериф был из тех старожилов, кто помнил Джека ещё пацаном, и всегда относился к его возвращению с войны с подозрением. Для Уолтерса бывший военный с тяжёлым прошлым в тихом городке был пороховой бочкой. Джек же презирал шерифа за лень и за то, как ловко тот умел «не замечать» странные вещи, происходящие в Блэк-Крик.

Шериф вышел на поляну, держа руку на кобуре. Заметив Радара, который стоял как вкопанный и тихо рычал, Уолтерс поморщился.

— Убери пса, Морган. Он меня нервирует, — прохрипел шериф, вытирая пот со лба, несмотря на утренний холод.

— Радар тебя не тронет, Уолтерс. Смотри лучше под ноги, — Джек отступил на шаг, освобождая обзор.

Уолтерс подошёл к вывороченным корням сосны. Ладонь шерифа скользнула с кобуры, лицо мгновенно потеряло остатки багрового цвета, став землисто-серым. Он уставился на тело Томаса Миллера, проросшее чёрными глянцевыми ветвями. Его губы задрожали, а в глазах мелькнул первобытный, глубоко скрываемый страх человека, который слишком хорошо понимал, что именно он видит.

— Господи… — прошептал Уолтерс, делая шаг назад. — Он не должен был…

— Уолтерс? — Джек резко повернулся к нему, его голос прозвучал как удар затвора. — Ты знаешь, кто это? Это Томас Миллер. Брат моего отца. Тот самый, которого ты сорок лет назад обвинил в краже денег и объявил в розыск. Посмотри на него. Он лежит здесь сорок лет, но его кожа не сгнила. Из него растут чёртовы деревья! Что здесь происходит?

Шериф Уолтерс судорожно сглотнул, оглядываясь по сторонам, словно туман вокруг них мог подслушивать. На его лице страх быстро сменился привычной маской чиновника, пытающегося взять ситуацию под контроль. Он подошёл к Джеку почти вплотную.

— Слушай меня сюда, Морган, — тихо, сипящим шёпотом произнёс шериф. — Ты сейчас закроешь свой рот. Ты ничего не видел. Мы сейчас тихо погрузим это… это тело в твой пикап, отвезём в морг и закроем в холодильнике под замок.

— Это место преступления, Уолтерс! И это мой родственник! — Джек угрожающе подался вперёд, возвышаясь над шерифом. — Я вызываю криминалистов из округа.

— Никакого округа! — Уолтерс схватил Джека за куртку, его пальцы тряслись. — Ты не понимаешь, дубина армейская! Если ты поднимешь шум, если сюда приедут федералы или пресса… этот город просто сгорит. Лес не любит чужаков, Джек. Ты сам это знаешь. Твой отец знал это. Томас… Томас тоже думал, что он самый умный.

Шериф отпустил куртку Джека и тяжело выдохнул, пытаясь вернуть голосу твёрдость.

— Сорок лет назад твой отец согласился с официальной версией, чтобы защитить твою мать и тебя, когда ты был в пелёнках. Хочешь раскопать это дерьмо? Подумай о девчонке-журналистке, которую ты вчера притащил в свою хижину. Думаешь, я не знаю? Блэк-Крик видит всё, Джек. Если она продолжит совать нос в дела Гнилой пади, Шепчущая топь заберёт её следующей. Так же, как её сестру полгода назад.

Джек замер. Ладонь, лежащая на цевье карабина, сжалась так, что побелели костяшки пальцев. Шериф Уолтерс таил в своей голове гораздо больше, чем можно было найти в официальных полицейских отчётах.

* * *

Джек вернулся в хижину ближе к полудню. Мотор пикапа заглох, и на лесную поляну снова опустилась мёртвая, ватная тишина. Радар первым выпрыгнул из кабины. Пёс не побежал к своей миске, а сразу подошёл к двери и сел, напряжённо вглядываясь в чащу.

Джек вошёл в дом, не снимая куртки. Карабин он поставил у двери. Внутри пахло утренним кофе и едва уловимым, вчерашним ароматом Эвы.

Она сидела за деревянным столом, полностью одетая. На ней был тот самый свитер, но волосы уже были аккуратно собраны, а перед ней лежал раскрытый кожаный блокнот и старый диктофон. Увидев Джека, она резко поднялась. Черты её лица заострились, а в зелёных глазах читалось лихорадочное ожидание.

— Тебя не было почти шесть часов, — без предисловий сказала Эва. Её голос звучал ровно, но пальцы, сжимавшие ручку, выдавали напряжение. — И от тебя пахнет болотом. Что ты нашёл в лесу, Джек?

Джек прошёл к раковине, открыл кран и стал методично смывать с рук липкую чёрную грязь. Вода окрасилась в темно-серый цвет.

— Я нашёл Томаса Миллера, — глухо произнёс он, не поворачивая головы. — Брата моего отца. Он пропал в восемьдесят седьмом.

Эва сделала шаг к нему, нахмурившись:

— Нашёл… тело? Спустя сорок лет? Джек, от человека в таких лесах за сорок лет ничего не должно остаться. Местные хищники, сырость…

— В том-то и дело, — Джек выключил воду и наконец повернулся к ней, вытирая руки жёстким полотенцем. Его взгляд был тяжёлым, остекленевшим. — Он выглядит так, будто умер вчера. Но из него растут чёрные ветви. Они проросли сквозь его глаза и рот, Эва.

Эва замерла. Она медленно опустила руку на стол, переваривая услышанное. В её глазах мистический ужас на секунду победил детективный азарт.

— Это… это то же самое, — прошептала она, и её лицо побледнело. — Мой информатор в округе, до того как перестал выходить на связь, говорил о странных аномалиях в лесах Блэк-Крик. Джек, полиция должна оцепить этот сектор. Нужно вызвать экспертов, лабораторию…

— Полиция уже там, — отрезал Джек. Он подошёл к столу и сел напротив неё, положив тяжёлые ладони на деревянную поверхность. — шериф Уолтерс приехал сам. И он заставил меня молчать. Он приказал тайно вывезти тело в городской морг и спрятать его.

Эва резко подалась вперёд, напряжение между ними снова вспыхнуло, но теперь оно было заряжено яростью и предчувствием беды.

— Что значит «спрятать»? Это сокрытие улик! — её голос сорвался на шёпот. — Хочешь сказать, шериф замешан во всём этом?

— Хуже, — Джек посмотрел ей прямо в глаза, и в его взгляде она увидела то, от чего ей стало по-настоящему страшно. — Он сказал, ты ищешь свою сестру, Эва. Он дал мне прямо понять, что если ты продолжишь копать, Шепчущая топь заберёт тебя следующей. Они знают, зачем ты здесь. И они не дадут тебе уехать с правдой.

Эва откинулась на спинку стула. Страх сковал её лишь на мгновение, а затем её челюсть упрямо сжалась. Личный мотив — найти сестру — перевешивал любые угрозы Уолтерса. Она посмотрела на диктофон, затем на Джека.

— Значит, мы не оставим ему выбора, — твердо сказала она. — Шериф приказал увезти тело в город? Отлично. Мы едем туда. Мне нужно пробраться в этот морг и сделать снимки Томаса Миллера. Если Уолтерс хочет закопать эту тайну, мы раскопаем её первыми. Ты со мной, егерь?

Джек молча смотрел на неё. Вчера ночью она была спасением от кошмаров, а сегодня тянула его в самый центр адского круга Блэк-Крик. Но пути назад уже не было — Уолтерс ясно дал понять, что семья Джека замешана в этом деле по самые уши.

— У меня есть ключи от чёрного входа в муниципальный архив и цоколь больницы, — после долгой паузы ответил Джек, поднимаясь и беря карабин. — Мы поедем, когда стемнеет. Но если в морге начнётся чертовщина, ты будешь делать ровно то, что я скажу. Идёт?