Alec Drake – Попаданец. Юрка Барон: Кража века (страница 3)

Юрка дёрнул за кольцо. Люк открылся — снизу пахнуло сыростью, плесенью и чем-то металлическим. Внутри — тайник. Небольшой, вроде сейфа, вырубленного в камне.

В тайнике лежали: мешочек с золотыми монетами (флорины, блестят, настоящие), свёрток с женскими украшениями (явно краденое) и маленький деревянный ящичек.

Юрка вытащил ящичек. Открыл.

Внутри — пустота. Только бархатная подушка с вмятиной посредине. Круглой. Размером с кулон.

— Вот блин, — выдохнул Юрка. — Его здесь нет.

Он вытащил из поясной сумки тот самый кулон — Глаз Ночи. Синий камень пульсировал слабо, но ритмично, как сердце спящего человека. Юрка поднёс его к вмятине на подушке.

Камень полыхнул ярче. И в тот же миг из коридора донёсся шум — тяжёлые шаги, звон металла, и чей-то грубый голос:

— Во имя герцога! Открыть дверь!

Эльза побелела.

— Синьор, это стража! Они нашли вас!

Юрка сунул кулон обратно в сумку. Огляделся. Выхода нет — только дверь, за которой уже ломились трое, судя по топоту, и маленькое окно, в которое даже крыса не пролезет.

— Эльза, — сказал он спокойно. — Ты мне веришь?

— Я… я не знаю.

— Скажи им, что меня нет. Скажи, что Барон ушёл час назад. А я пока… — он посмотрел на люк в полу. — Я пока схожу в подвал.

— Там нет выхода! — прошептала Эльза.

— Будет, — сказал Юрка и нырнул в люк, захлопнув крышку над головой.

В тот же миг дверь спальни вылетела с грохотом — кто-то выбил её ногой.

— Где Барон? — рявкнул грубый голос.

Эльза заверещала:

— Ушёл! Ушёл уже час назад! Клянусь Девой Марией!

В темноте подполья Юрка лежал на сырой земле и слушал, как над головой топают тяжёлые сапоги. Кто-то ругался. Кто-то переворачивал мебель.

— Обыскать всё! — скомандовал голос. — Медичи не прощают воров.

Юрка закрыл глаза. Рука нащупала в темноте холодный камень стены. Где-то далеко капала вода. И пахло смертью.

— Ну и денёк, — прошептал он. — Только что был обычный взлом на Рублёвке. А теперь я в подвале Флоренции, и меня ищут банкиры эпохи Возрождения.

Он усмехнулся в темноте.

— Маска, я вас не знаю, — процитировал он сам себя. — Но вы, похоже, знаете меня. И очень не любите.

Сверху раздался треск — ломали кровать.

Юрка бесшумно пополз в глубь тоннеля. Кулон в сумке пульсировал синим, подсвечивая путь.

А впереди, в темноте, кто-то тихо засмеялся.

Глава 3. Синьор Барон

В темноте подземелья смех звучал особенно мерзко — будто кто-то тёр стекло о стекло. Юрка замер, прислушался. Пульс — сто двадцать. Ладони взмокли.

— Эй, — шепнул он в темноту. — Ты кто?

Смех оборвался. Тишина стала плотной, как одеяло. И в этой тишине что-то щёлкнуло — металл о металл. Потом чиркнул огниво.

Вспыхнул маленький масляный фонарь. Жёлтый свет выхватил из темноты лицо — старое, морщинистое, с длинным носом и редкой бородёнкой. Глаза — чёрные, умные, насмешливые. На голове — драный берет, на плечах — плащ, который видел лучшие времена ещё при деде.

— Синьор Барон, — сказал старик сиплым голосом. — А я уж думал, вы меня забыли.

Юрка выдохнул — кажется, не враг.

— Ты кто?

Старик прищурился, потом хмыкнул и сплюнул на землю.

— Шутник. Ну, шутник. Я — Филиппо. Ваш, синьор, человечек. Тайный. Вы меня наняли пять лет назад сторожить этот ход. Забыли, да? Говорили, голова у вас дырявая.

— Голова — это точно, — пробормотал Юрка, выбираясь на свет. — Так ты свой?

— Свой, свой. — Филиппо почесал затылок. — Только вы, синьор, странный какой-то сегодня. И голос не ваш.

— Голос мой. Просто я… простудился.

— В мае?

— В подвале легко.

Филиппо недоверчиво покачал головой, но спорить не стал. Вместо этого он поднял фонарь выше и осветил тоннель. Стены — грубый камень, пол — утрамбованная земля, потолок такой низкий, что Юрка едва не задевал его головой.

— Куда ведёт этот ход? — спросил Юрка.

— Как куда? — удивился Филиппо. — Вы же сами его прорыли. От вашего дома до… — он понизил голос, — до чёрного хода палаццо Медичи.

Юрка присвистнул.

— То есть я — то есть мы — могли в любой момент забраться прямо в дом тех, кто хочет меня повесить?

— Могли. Но вы не забирались. Говорили, не время.

— А сейчас время?

Филиппо посмотрел на него с подозрением.

— Синьор, вы точно больны. Вы никогда не спрашивали «а сейчас время?». Вы всегда знали, когда время.

— Ну вот, — Юрка развёл руками. — Первый раз в жизни спросил. Не страшно.

Он сделал шаг вперёд, в глубь тоннеля. Филиппо двинулся следом, освещая путь. Фонарь отбрасывал длинные, кривые тени, которые плясали на стенах, как черти на сковородке.

— Филиппо, — сказал Юрка через минуту. — Что ты знаешь о Глазе Ночи?

Старик поперхнулся воздухом.

— Тсс! — он замахал руками. — Не называйте эту вещь вслух! Даже здесь! Особенно здесь!

— Почему?

— Потому что, — Филиппо перешёл на шёпот, — эта штука не простая. Говорят, она может… — он оглянулся, — видеть. Не глаз, а настоящий Глаз. Кто им владеет, тот видит всё, что происходит в городе. Все тайны. Всех врагов. Всех друзей.

— Так это же отличная штука для вора! — удивился Юрка.

— Для вора — да. — Филиппо помрачнел. — Только вы, синьор, эту штуку украли не для себя. Вы украли её для Медичи. А потом… что-то пошло не так.

— Что именно?

Старик вздохнул.

— Они хотели заплатить вам. Много. Пять тысяч флоринов. Но когда вы принесли Глаз… вы посмотрели в него. И после этого сказали: «Нет. Я не отдам». Спрятали Глаз. И три дня прятались от всех.