Alec Drake – Ледяной дракон. Брак по контракту (страница 2)

— В тебе нет магии, — сказал он, рассматривая моё лицо, как карту. — Нет крови. Нет дара. Ты — пустой сосуд. А мне нужен именно такой.

— Для чего?

— Чтобы наполнить.

Он отпустил меня и вернулся на трон. Жестом указал на свиток.

— Подписывай.

Я посмотрела на пергамент. На пункты, один унизительнее другого. На печать внизу — чёрный лёд с отпечатком драконьей лапы.

Потом посмотрела на него.

И сделала то, чего он не ожидал.

Я взяла перо. Медленно, чтобы он видел каждое движение, вывела внизу договора новую строку.

«Я не буду любить тебя. Это не входит в контракт».

Лёд на губах дракона треснул.

Он улыбнулся.

И впервые за всё время я увидела в его глазах не пустоту. А интерес. Опасный. Хищный. Голодный.

— Забавно, — сказал он. — Посмотрим, как долго ты продержишься, человек.

Печать под моей подписью вспыхнула ледяным пламенем. Контракт заключён. Брак состоялся.

А я только что продала себя дракону.

Но знаете что?

Он ещё не понял, что ошибся.

Я не покорюсь. Не сломаюсь. И не стану его игрушкой.

Даже если этот контракт связывает нас сильнее магии. И опаснее чувств, которые нельзя допустить.

Пусть он холодный.

Я умею согреваться в огне собственной злости.

Глава 2. Не та работа

Утром я проснулась с клеймом на запястье.

Ледяным, живым, пульсирующим.

Оно светилось голубым, когда дракон был рядом.

И становилось чёрным, когда он злился.

Сейчас оно было чёрным.

А это значило, что мой новоиспечённый муж уже зол.

На меня. Спросонья. Даже без повода.

Доброе утро, леди Элина.

Добро пожаловать в рай.

Я не помню, как добралась до спальни.

После подписания контракта дракон щёлкнул пальцами — и меня выдернули из тронного зала, как сорняк из мёрзлой земли. Портал был грубым, без церемоний. Я приземлилась на кровать — огромную, под балдахином из серого шёлка, и почему-то тёплую. Первое тепло за последние часы.

Я провалилась в сон мгновенно. Без снов. Без мыслей. Без слёз — на них просто не осталось сил.

А теперь я лежала на спине, смотрела в потолок из тёмного дерева и пыталась понять, где нахожусь.

Комната была чужой. Большой, но не роскошной — аскетичной, как келья монашки, у которой внезапно появились деньги на хорошую мебель. Камин, серый мраморный пол, тяжёлые шторы, сквозь которые почти не пробивался свет. И запах. Слабый, едва уловимый — озон, снег и что-то древнее, как спящий вулкан под вечной мерзлотой.

Его запах.

Я села на кровати и посмотрела на свою левую руку.

Запястье горело.

Не в переносном смысле. Буквально — под кожей пульсировал холод, будто туда вморозили кусочек льда. Я поднесла руку к глазам и увидела печать.

Тонкая, изящная вязь из ледяных узоров, обвивающая запястье, как браслет. Она была живой — линии переливались, дышали, то ярче, то тусклее. Сейчас — тускло-чёрные, почти незаметные на бледной коже.

Я провела по ним пальцем. Печать дёрнулась. Болезненно.

— Не трогай, — раздался голос за спиной.

Я подскочила. Дракон стоял в дверном проёме, прислонившись плечом к косяку. В простой белой рубахе, без сюртука, без короны, без всей этой ледяной величественности. Волосы распущены — до плеч, белые как первый снег.

Без тронного зала, без игры в лорда, он выглядел... по-другому.

Не менее опасным. Но более... живым, что ли.

— Ты в моей спальне, — сказала я. Голос хриплый, непослушный.

— Ты в нашей спальне, — поправил он. — По контракту, пункт двенадцать.

Я не помнила никакого пункта двенадцать. Вчера я читала только первые десять — те, что про послушание, про тело, про кровь. Дальше просто подписала, потому что замерзала и ненавидела его так сильно, что готова была подписать что угодно, лишь бы убраться с ледяного пола.

— Я буду спать одна, — сказала я.

— Нет.

— Я не лягу с тобой в одну постель.

— Я не предлагал, — его голос оставался ровным, но мне показалось, или в глазах мелькнуло что-то похожее на усмешку? — Моя постель — в соседней комнате. Эта — твоя. По контракту, у жены должно быть личное пространство. Я не варвар.

— Пункт двенадцать? — уточнила я.

— Пункт двенадцать, — подтвердил он.

Я замолчала. Он тоже.

Повисла тишина — та самая, ледяная, в которой слова становятся лишними, а дыхание — слишком громким.

— Завтрак через час, — наконец сказал дракон. — В малой столовой. Не опаздывай.

Он развернулся и вышел. Бесшумно. Как тень. Как снегопад.

А я осталась сидеть на кровати, сжимая ледяное запястье и пытаясь понять, что, чёрт возьми, только что произошло.

В малую столовую я пришла через пятьдесят девять минут.

Не потому, что боялась опоздать. А потому, что не могла найти дорогу.

Замок оказался лабиринтом. Коридоры петляли, лестницы вели в никуда, двери открывались в пустые комнаты или запертые залы. Ни карты. Ни слуг. Ни указателей. Только холодный камень, голубоватые светильники и эхо собственных шагов.

Я дважды заблудилась, трижды прошла мимо одной и той же статуи (какой-то дракон с поджатой лапой) и один раз наткнулась на комнату, где из стены торчал меч, воткнутый по самую рукоять.