Альберт Иванов – Факультатив по переходу между мирами (страница 4)

Однако кот, похоже, не разделял пессимизма Кирилла. Он не выглядел разочарованным. Напротив, в его поведении чувствовалась уверенность того, кто точно следует заранее продуманному плану. Казалось, Васька знал, что именно так все и будет, и теперь готовился к следующему шагу, о значении которого Кирилл пока мог лишь догадываться.

После того, как рычаг был опущен, кот уперся передними лапами в ту же самую, казалось бы, неподвижную стену и принялся ее толкать. Со стороны это выглядело столь нелепо, что Кирилл не мог не усмехнуться: «На что он вообще рассчитывает?» – промелькнула мысль. Но тут же мальчик вспомнил, как уже не раз удивлялся действиям Васьки, которые сначала казались бессмысленными, а в итоге приводили к ошеломляющему результату. И сейчас, похоже, кот действовал по тому же сценарию.

Внезапно, когда казалось, что усилия Васьки ни к чему не приведут, стена начала поддаваться. Сначала Кирилл заметил едва различимое движение – нечто вроде легкого проскальзывания. Затем стена начала сдвигаться все отчетливее, и Васька, не снижая напора, пошел следом за ней, словно подгоняя отступающий камень. Мальчик открыл рот от изумления: стена не просто отъезжала в сторону, она начала вращаться, как гигантский каменный турникет на невидимой оси, скрытой в самом ее центре. По мере поворота образовались два широких проема с обеих сторон, за которыми клубилась абсолютная темнота. Нельзя было разглядеть ни единой детали в этом загадочном пространстве по ту сторону стены.

Но на этом неожиданности не закончились. Как только проемы достигли достаточно больших размеров, скорость вращения резко увеличилась. Буквально за несколько секунд массивная стена превратилась в размытый вихрь серого цвета. Через некоторое время вращение начало замедляться. Когда очертания стены снова стали различимы, Кирилл сразу почувствовал неладное: стало темнее, чем прежде, и главное – Васьки больше не было видно. Исчез вместе с котом и единственный источник света, который тот носил.

Мальчик действовал инстинктивно. Не теряя ни секунды, он выхватил телефон и включил фонарик. Яркий луч, хоть и слабый по сравнению с настоящим освещением, мгновенно выхватил из полумрака серые очертания замедляющейся стены. Теперь она вращалась медленно, словно огромная каменная дверь, возвращающаяся на свое место. В голове Кирилла вспыхивали сотни вопросов. Что это за устройство? Куда делся кот? И как ему теперь выбраться из этой ловушки?

Позади раздался громкий хлопок, будто выстрел, и Кирилл сразу понял, что произошло. Он и не думал оборачиваться, всё было ясно: дверь выбита, а значит, они вот-вот увидят его. Инстинкт выживания гнал вперёд, выжигая все посторонние мысли. Единственным местом для бегства теперь оставалась загадочная пустота за вращающейся стеной, куда только что исчез Васька со своим мешком. Никаких гарантий, что там безопаснее, не было, но выбирать не приходилось.

Стена делала последние обороты вокруг своей скрытой оси, ускользающий проём стремительно сокращался. Кирилл, не размышляя о последствиях, ринулся к этой щели. Едва ли не чудом он успел вписаться в узкий просвет, проскользнув буквально на долю мгновения раньше, чем проём полностью сомкнулся. На какую-то краткую секунду ему даже показалось, что теперь он в безопасности, что сейчас остановится, отдышится, осмотрится. Но это чувство мгновенно улетучилось.

Вместо спокойного тайного помещения его подхватил невидимый вихрь. С ужасающей силой, которую трудно было себе представить, Кирилла закрутило, словно в бешеной центрифуге. Сдавило грудь, легкие кричали о помощи, глаза казались готовыми выскочить из орбит. Если космонавты испытывают на тренировках нечто подобное, то сейчас Кирилл понимал, почему их готовят так долго и тщательно. Он был уверен, что не выдержит и десяти секунд – сердце колотилось как сумасшедшее, кровь шумела в ушах, мысли смешались в сплошной беспомощный крик.

«Что происходит?» – вопрошал он в пустоту, но ответа не было. Может, эту процедуру могут пережить только существа с девятью жизнями, вроде котов? Ему казалось, что он вот-вот потеряет сознание. Но в тот самый момент, когда невыносимая сила, казалось, должна была его окончательно раздавить, всё вдруг прекратилось…

Глава 2. Карман шарлатана

Несколько секунд Кирилл лежал неподвижно, пытаясь восстановить дыхание. Он был дезориентирован и слаб, словно после изнуряющего марафона. Атмосферой это помещение очень походило на подсобку спортзала. Все вокруг дышало затхлостью и непроницаемой чернотой. Мальчик пытался собрать мысли воедино. Он смутно помнил, как его затянуло в безумный вихрь, когда он проскользнул в узкую щель уходящего «турникета» -стены. Давление нарастало неумолимо, становясь невыносимым, пока наконец не прекратилось, словно по волшебству. И вот теперь он здесь – в этом темном, сыром помещении, один на один со своими мыслями.

Кирилл считал себя достаточно взрослым, чтобы не верить в магию, а также достаточно рациональным, чтобы не поддаваться конспирологическим теориям. Но то, что с ним произошло, заставляло пересмотреть привычные взгляды. Сейчас перед ним стояло два, по его мнению, наиболее правдоподобных объяснения. Первое: он попал в какую-то волшебную дверь. Второе: он угодил в секретную лабораторию, по непонятной причине обосновавшуюся прямо в стенах их школы. И если в первом случае кот Васька был сказочным персонажем, то во втором – секретной биотехнологической разработкой.

«Правда обычно где-то посередине», – любил повторять отец Кирилла, но представить некий компромисс между сказочным царством и тайной лабораторией было непросто. «Сказочный мир, созданный в секретной лаборатории?» – мелькнуло в его голове. Он с усилием помотал головой, пытаясь отогнать абсурдные мысли, понимая, что долгое размышление в подобном ключе способно довести до безумия.

При всей мрачности сложившейся ситуации, в ней можно было увидеть и повод для оптимизма: Кирилл был почти уверен, что сейчас он в безопасности. Артур и его дружки никогда не найдут столь замысловатого тайного прохода. А даже если и найдут, после такой центрифуги им вряд ли будет дело до Кирилла. В этом темном, непонятном месте мальчик впервые за последнее время почувствовал легкое облегчение.

Кирилл попытался медленно подняться, ощущая, как каждая мышца, каждая косточка будто бы протестуют против движения. Нужно было сперва сесть, отдохнуть немного и дать ноющим мышцам возможность прийти в себя. Он посидел так несколько секунд, потом, собрав волю в кулак, рывком поднялся на ноги. К счастью, ничего не сломано – в этом он до последнего сомневался после такой безумной карусели. Дрожащими пальцами Кирилл вытащил телефон и включил фонарик, осветив тусклым светом свое новое убежище.

Помещение оказалось несравнимо меньше той подсобки, в которой он был всего минуту назад. В любую сторону нельзя было сделать и нескольких шагов, не уткнувшись в стену. Стены здесь были обшиты грубыми, плохо обработанными досками, а вместо пола была сырая земля, влажная и прохладная. Потолок тоже был сколочен из досок, кое-как закреплённых внахлёст. Кирилл поднял голову: расстояние между макушкой и потолком едва позволяло поместить кулак. Это место напоминало какой-то погреб, для хранения картошки, было поразительно осознавать, что именно сюда его привел невероятный мистический «турникет».

Никаких дверей или проходов видно не было. Более того, в этой крохотной каморке не оказалось вообще ничего, кроме странной кучи, накрытой плотной чёрной тканью, расположенной в углу. Поскольку других предметов для исследования не имелось, Кирилл подошёл к загадочной куче и осторожно приподнял край ткани.

То, что он увидел, трудно было назвать каким-то определённым словом. Скорее всего, этот «предмет» напоминал своего рода необычную скульптуру, какой-нибудь странный образец современного искусства, причудливую инсталляцию безо всякого намёка на привычную эстетику. Подставка на нескольких ножках была частично металлической, частично деревянной, а поверх неё из железных полосок и трубок был сплетён замысловатый узор. Эти полоски выглядели так, будто их скручивали и сгибали наугад, создавая хаотичный «танец» металла.

В некоторых местах в эти металлические опоры были вмонтированы камни – одни крохотные, размером с ноготь, другие – довольно крупные, по величине напоминающие ёлочные игрушки. Они были не вставлены аккуратно, как в ювелирных изделиях, а, похоже, просто крепко зафиксированы – как будто их автор заботился лишь о том, чтобы они не выпали, а не о красоте композиции. Вся эта конструкция была дополнительно перетянута грубой бечёвкой, словно её создатель пытался не дать этой странной икебане из металла, дерева и камней рассыпаться на части.

Но особенно взгляд притягивал продолговатый фиолетовый кристалл, установившийся строго в центре всей композиции. Его грани были настолько безупречно ровными, что Кирилл на миг подумал, будто тот источает собственное, едва заметное свечение, хотя он лишь преломлял слабый луч фонарика в мерцающие блики. На долю секунды ему показалось, что кристалл не просто отражает свет, а словно дышит им, пульсируя невидимой жизненной энергией, точно в нём бьётся крохотное сердце. С трудом оторвав взгляд от этого странного, почти гипнотического камня, Кирилл почувствовал, как по спине пробежал холодок – настолько сильно кристалл завораживал и манил к себе.