Алан Григорьев – Время испытаний (страница 12)
— Так уж и все? — Элмерик старался не подавать виду, но в дрогнувшем голосе прозвучала обида. — Можно подумать, мастер Патрик и мастер Шон не знали. Или мастер Каллахан…
— Знали, — Мартин не стал отрицать очевидное. — Но молчали. И вовсе не потому, что мы не доверяем вам, как ты сейчас наверняка думаешь. И не потому, что решили посмеяться над вами. Это долгая история. Думаю, Каллахан скоро всё объяснит.
— Объяснит он, как же!
— Сегодня за ужином. Он обещал. И прошу: не говори пока никому, что я жив. Командир велел мне не показываться вам на глаза, пока он — по его выражению — не «подготовит почву». А я шёл от лианнан ши. Надо же было поблагодарить её. Увидел, что ты крадёшься так, будто за тобой следят все болотные бесы в округе, ну и решил проверить, не случилось ли чего.
Элмерик наконец разжал руки и улыбнулся. Теперь он верил, что всё наладится. Джерри и Розмари с ума сойдут, когда узнают! А Орсон-то как обрадуется! Ведь выходит, что Келликейт никого не убивала. Правда, её роль в этой истории всё ещё оставалась неясной…
Элмерика распирало от вопросов, но Мартин приложил палец к губам.
— Ш-ш-ш, ни слова больше. Сюда кто-то идёт.
Бард отвёл взгляд лишь на мгновение, а когда повернулся, то Мартина уже и след простыл. Впору было бы счесть эту встречу наваждением, если бы не оставшийся в воздухе стойкий запах яблок.
— Эй, ты чё там застрял? — на тропинке показался Джеримэйн. — А ну дуй сюда, новости есть!
Тут он заметил пламенеющую печать у изгороди и присвистнул:
— Ого! Ты, что ль, накладывал?
— Ну я. А что?
— Эту штуку просто так не ставят — значит, повод был. Дома расскажешь, — Джеримэйн вытащил из-за пояса свой колдовской нож и подправил пару линий. Заклятие вспыхнуло ещё ярче.
— Вот. Так-то лучше!
«Видел бы ты этот повод — ещё не то бы поставил!» — подумал бард, едва сдерживаясь, чтобы не пнуть Джерри под колено. Обязательно нужно было выпендриться, да?
И тут его осенило: а что, если Мартин перепрыгнул преграду лишь потому, что та была плохо нарисована?
— Она не работала?
— Почему? Очень даже работала. Но я улучшил заклятие.
— То есть, мертвяк не смог бы через неё пройти? — Элмерик схватил Джеримэйна за плечи и развернул к себе.
— Да чё ты? — тот сбросил с себя руки барда. — Твоя печать схлопнулась бы через четверть часа, а так до утра простоит. Да и не единственная она тут. Если ты своим истинным зрением посмотришь, сам увидишь. Наставники который день на ушах стоят. Такое ощущение, что мы под осадой.
— Кто знает: может, так и есть…
Элмерик выдохнул. Уф, значит, Мартин всё-таки живой! Теперь его ещё больше распирало от желания рассказать Джерри о недавней встрече, но нужно было молчать. А ещё — придумать хорошее объяснение, почему вдруг понадобилось ставить печать от нежити. Идей у него не было, поэтому, пока Джерри тащил его к дому, Элмерик готовился импровизировать. К счастью, ему не пришлось.
— Остановите этого дуралея-та. Я одна не справляюсь, — Розмари стояла в дверях, раскинув руки. Орсон пытался её обойти, но безуспешно.
— И куда это наш здоровяк собрался? — Джеримэйн поднырнул под её руку, оказавшись с Орсоном нос к носу. Тот молчал, но Розмари ответила за него.
— Увидел в окне свет очей своих-та. Я имею в виду Келликейт. Грит, жизнь положу, а вытащу её.
— Я спасу её. И узнаю правду. Чего бы мне это не стоило, — тихо, но веско подтвердил Осон.
— Ты совсем сбрендил? — Джеримэйн ничуть не испугался его гневного взгляда. — Опилки у тебя в башке, Орсон Глендауэр! Или нет, даже навоз. Со всех Трёх Долин собирали.
— Кто тебе правду-та скажет? — поддержала Розмари. — Ежели она виновата, ни в жисть не признается! А ежели не виновата… как ты отличишь, не брешет ли?
— Я пойму по глазам.
— Ой ли? А Рик много, что ль, понял-та по гляделкам той эльфийки? Прости, Рик, но это правда. Обманула тебя эта ведьма-та. Стало быть, ты лопух. А Сонни лопух ещё больший, чем ты… Вот и скажи ему!
— А что тут сказать? — Элмерик просочился в комнату и бросил промокшую насквозь куртку на табурет. — Меня вы смогли бы отговорить? Нет. Вот и его мы не отговорим. Так ведь?
Орсон бросил на него благодарный взгляд и коротко кивнул. Кажется, он уже не ждал поддержки и был приятно удивлён.
— Расскажи, что ты видел?
— Силуэт в окне. В комнате мастера Патрика. Она тоже увидела меня. Сразу отпрянула, конечно. Но я узнал. Это точно Келликейт. Я звал её, но она не откликалась, а потом свет и вовсе погас.
Он словно взвешивал каждое слово. Элмерик не сразу понял, что эти короткие, рубленые фразы являются признаком отнюдь не раздражения, а волнения. Орсон очень старался не заикаться — и у него получалось.
— И что ты намерен делать?
— Пойти туда.
— Вот просто взять и пойти! — губы Джеримэйна искривились в ухмылке. — Да там защитных чар стоит столько, что ты считать собьёшься! К тому же, если это и впрямь Келликейт, то она ясно дала понять, что не хочет тебя видеть.
— Отступают только трусы, Джеримэйн!
— О! Неужели благородный сэр наконец-то выучил моё имя? Посмотрите-ка, и трёх месяцев не прошло.
— А ну прекратите оба! — крикнул Элмерик, привставая. — Мы должны помочь Орсону. Он наш друг, разве нет? Пускай затея кажется спорной, но если он пойдёт один, то непременно натворит дел.
— Ой, натворит-та… — эхом отозвалась Розмари за его спиной.
— Ладно, бесы вас подери, я в деле! — Джеримэйн по привычке хотел сплюнуть на пол, но сдержался. — Может, на стрёме постою.
А Элмерик, сияя, продолжил:
— Идти после ужина, когда все будут спать. В прошлый раз нам не повезло, но в этот мы не будем надеяться на маковый пирог, я спою песню.
— А мы сами не заснём? — засомневался Орсон.
— Вы вставите затычки в уши, — Элмерику нравилось, как складно он всё придумал. Если Мартин прав и мастер Каллахан собирается объяснить всё за ужином, то идти выручать Келликейт вообще не придётся.
— Рыжий, а ты уверен, что твоя песенка усыпит наставников? Они всё-таки могучие колдуны.
Бард ждал этого вопроса, и у него был заготовлен ответ.
— Конечно, я не справился бы, если бы они ждали подвоха и пытались мне противостоять. Но они же не ждут.
— Я просто скажу, что мне не нравится эта идея, — Джеримэйн сверлил его взглядом, будто что-то подозревая.
— Тогда почему ты сказал, что пойдёшь? — нахмурился Орсон.
— Потому что, как и ты, хочу выяснить правду. И если Келликейт виновна, я не позволю тебе её отпустить. Любовь — любовью, а справедливость — справедливостью.
— Договорились.
Они с Орсоном пожали друг другу руки, а Элмерик с облегчением выдохнул. Ему хотелось думать, что мастер Каллахан был бы доволен — ведь так поступают барды, да? Объединяют тех, кто готов поссориться? Эх, жаль, ему не расскажешь.
Ужин шёл своим чередом, отличаясь от вчерашнего или позавчерашнего только начинкой в пирогах, и Элмерик начал беспокоиться. А вдруг Мартин ошибся и мастер Каллахан сегодня ничего не собирается рассказывать? Может выйти, что они здорово влипли, и ему вскоре придётся разубеждать всех с тем же жаром, с которым прежде уговаривал. И ладно бы Джерри и Роз, но Орсона отговорить точно не получится. И что тогда делать? Подстеречь и исподтишка огреть по голове дубинкой? Рассказать всё наставникам? Ни один из приходящих на ум вариантов не был достаточно хорош.
Не имея возможности открыто высказать беспокойство, бард вертелся на лавке, чуть не опрокинул солонку, уронил на пол салфетку, а потом долго вертел в руках ломоть хлеба, щедро осыпая стол крошками. Розмари, заметив его метания, вопросительно вскинула брови, но он лишь махнул рукой — дескать, потом.
Когда тарелки опустели, Элмерик почти потерял надежду. И тут звучный голос Каллахана грянул, как гром среди зимнего неба:
— Не спешите расходиться. Есть кое-что, о чём вам следует знать.
Розмари вздрогнула. Орсон выпрямился, словно оглоблю проглотил. Джеримэйн весь подобрался, как перед прыжком. Похоже, никто из Соколят уже давно не верил, что новости могут быть хорошими.
— Через несколько дней на мельницу приедет гость, чтобы остаться здесь до первого полнолуния после Самайна. Он не будет вас ничему учить, но вам следует отнестись к нему почтительно, как к наставнику.
Соколята вразнобой закивали, на их лицах было написано равнодушие, а вот Элмерик почувствовал досаду: он ждал совсем другой новости. Джеримэйн и Розмари о чём-то зашушукались между собой, но Каллахан, отставил кубок, стукнув по столу витой ножкой. Этого хватило, чтобы восстановить тишину.
— Я ещё не закончил. Но если есть вопросы, задайте их мне, — едва заметно хмурясь, он перевёл цепкий взгляд на Розмари, и даже Элмерик, сидевший рядом с девушкой, почувствовал себя неуютно. — Что ты хотела?
— Ничего особенного, мастер Каллахан, — ответил вместо неё Джеримэйн. — Мы просто обсуждали, сможет ли этот гость повлиять на исход сражения, которое ждёт нас в полнолуние. А то Соколов осталось маловато, вы сами говорили… Он ведь нам помочь приезжает?
— Не совсем так. У нашего гостя — можете называть его Риэган — будет своя задача в день Зимней битвы. Но не беспокойтесь, Соколов больше, чем вы думаете. Я буду рад представить вам ещё трёх соратников.