Алан Гарнер – Луна в канун Гомрата (страница 21)

Сьюзен, Утекар и Альбанак съежились на траве перед фасадом, примерно там, где прошлой ночью был парадный вход.

— Хорошо, что мы уже знаем, где она, — повернулся гном к Атлендору. — Ты полагаешь, если коснуться браслета нашим оружием, оно обретет силу против колдовства?

— Колдунью оно не убьет, но рана, причиненная таким мечом, тотчас воспалится, а стрелы помешают ей проникнуть в дом под видом иного существа.

— Когда появится дом, — сказал Утекар, — Сьюзен и я войдем внутрь и отыщем Колина. Альбанак, ты оставайся караулить вход.

Потянулись часы томительного ожидания. Кострами занимался Атлендор. Они больше не гасли, наоборот, пламя так стремительно пожирало ветки, словно это была сухая хвоя. Куча хвороста посреди лужайки таяла на глазах. Атлендор собирался подбросить в огонь еще охапку, как вдруг его осенило. Морригана! Она снова чуть было не взяла над ними верх. Он кинулся ворошить хворост, соединяя по два костра в один: лишь бы огня хватило на всю ночь! Потом наступило затишье: костры горели ровно, бодлины не бросали копья, Морригана, казалось, выжидала.

Месяц давно взошел, но прятался за облаками. Его желтый, обглоданный серп явился внезапно: все уже устали ждать. Тусклый луч коснулся руин — и над ними повисло дрожащее марево, из которого как-то сгустился высокий дом. Белесый, мертвенный свет его окон смешался с отблесками огня.

— Пора! — вскричал Утекар и вместе со Сьюзен налег на входную дверь.

Она поддалась легко, и оба ввалились в дом. Над головой у споткнувшейся Сьюзен просвистело копье. Утекар захлопнул дверь — и она задрожала под ударами копий, ощетинившись бронзовыми наконечниками. Но они уже бежали вверх по лестнице.

— Вряд ли его держат внизу, — пояснил Утекар. Надо спешить: его наверняка стерегут, и сторожам уже известно, что мы вошли.

Они распахивали дверь за дверью: пусто! Эхо шагов и хлопанье дверей гулко разносилось по дому.

Оставалась еще дверь в углу лестничной площадки. Сьюзен уже взялась за ручку, но гном остановил ее:

— Погоди! Мне это не нравится.

Сверху на двери чернел необычный рисунок, окруженный странными письменами:

— Ведьмин знак, — процедил Утекар. — Идем отсюда!

— Нет, — помотала головой Сьюзен, — там что-то есть! Я посмотрю.

Она осторожно повернула ручку и вошла. Комната была огромная и совершенно пустая, если не считать нарисованного на полу двойного круга шириной примерно в шесть шагов. Вокруг него чернели непонятные надписи вроде той, что на двери, а посередке был вычерчен ромб с шестиконечными звездами по углам. В самом центре ромба стояла пузатая узкогорлая бутыль, в которой бурлило что-то черное. Горлышко бутыли было плотно заткнуто пробкой и запечатано воском. А за стеклом, в кипящей черноте, не разбегаясь и не сближаясь плавали два багровых огонька.

Сьюзен шагнула поближе; багровые искорки замерли и прильнули к стеклу. Ее так и тянуло взять бутылку в руки. Она подошла уже к самой черте, но тут круг задымился и комната наполнилась жужжанием, словно откуда-то слетелись мухи. Она испуганно попятилась, и в этот миг Утекар схватил ее за плечо и вытолкал за дверь.

— Броллахан! — прошипел он. — Она держит его здесь!

— В бутылке? — ахнула Сьюзен. — Нельзя позволить ей сюда войти: вдруг она его выпустит!

— Немудрено, что его нигде не могли отыскать, — пробормотал гном.

— Тише! — прошептала Сьюзен. — Кто-то идет.

На площадке была еще одна маленькая дверца: за ней-то и раздавались шаги.

— С дороги, — скомандовал Утекар, — чтобы я мог размахнуться мечом!

Он стоял напружинившись, чуть расставив ноги, готовый принять бой или отступить. Быстрые шаги приближались, еще миг — и дверь распахнулась. Утекар издал радостный вопль: перед ними, с мечом в руке, но явно застигнутый врасплох, застыл Пелис Притворщик.

Утекар бросился вперед, но его меч вонзился в дверь, которая захлопнулась у него перед носом.

Опомнившийся Пелис удирал по внутреннему коридору. Утекар толкнул дверь и помчался за ним. В конце коридора была еще одна лестница. По ней, прыгая через ступеньки, поднимался Пелис.

— Дальше не ходи! — крикнул девочке Утекар. — Посторожи здесь!

Сьюзен остановилась у лестницы. Наверху была всего одна дверь. Пелис как раз отпирал ее ключом, когда Утекар настиг его.

Но и Пелис не был трусом. Щита при нем не было, но он перехватил меч обеими руками и повернулся спиной к двери, ловко парируя выпады противника и нанося ответные удары. Щит все-таки давал Утекару преимущество, и ему удалось оттеснить противника к лестнице. Пелис начал отступать.

Сьюзен прислушивалась к звону клинков и хриплому дыханию сражающихся, судорожно сжимая рукоять своего меча и пытаясь уверить себя, что сумеет пустить его в ход.

Вот они показались на лестнице; Утекар продолжал наступать. Сьюзен прижалась к стенке, не отрывая глаз от сверкающих в воздухе клинков, то скрещивающихся, то расходящихся в захватывающем и зловещем танце.

— Наверх! — выдохнул Утекар, тесня противника к нижней ступеньке. — Комната!

Сьюзен кивнула, бочком пробираясь к лестнице. Утекар с удвоенной силой ринулся в бой, но Пелис извернулся и обрушил на нее жестокий удар. Она успела прикрыться щитом, и клинок соскользнул, не причинив ей вреда и оставив на стене глубокую зарубку.

Она взбежала по лестнице. Ключ торчал в замке. Войти или подождать Утекара? Никаких таинственных знаков тут не было. Она решительно повернула ключ и толкнула дверь.

Эта комната напоминала тюремную камеру: пустая, холодная, даже без окон. А напротив двери, прислонившись к стене, стоял Колин.

Глава восемнадцатая

СОКРУШИТЕЛЬНЫЙ УДАР

Пелис изо всех сил рубанул по щиту Утекара. Щит уже треснул в двух местах. Если удастся его расколоть, он сможет наконец перейти в наступление. Мечом он владел не хуже Утекара, но у того было преимущество. Пелису же приходилось медленно пятиться по коридору. Один раз ему удалось слегка задеть Утекара; правда, у него самого было рассечено плечо и он быстро терял силы. Девчонка — не препятствие, хоть и вооружена, вот только браслет его немного беспокоил. С гномом же нужно было кончать, пока не поздно.

Но когда за спиной Утекара показался Колин, опиравшийся на руку Сьюзен, Пелис понял, что опоздал, и без колебаний отступил к лестнице, ведущей в прихожую. Он бы бросился наутек, если б не знал, что его настигнут.

Уже у самой лестницы он притворился, будто совсем ослабел. Утекар занес меч для решающего удара и вложил в него все силы, но Пелис ловко увернулся и, перемахнув через перила, спрыгнул вниз. Утекар же, потеряв равновесие, кувырком покатился по ступенькам.

Пелис побежал не к выходу, а к одной из внутренних дверей. Пока Утекар поднимался на ноги, дверь за ним уже закрылась. Подоспевшая Сьюзен распахнула ее и увидела высокое, от пола до потолка, застекленное окно, а за ним — костры на газоне. Гном с размаху выбил стекло и пропал из виду.

— Вернись, — окликнул ее из прихожей Утекар. — Если эльфы его еще не схватили, значит, он заговоренный! Мы же выйдем через дверь. Колин, ты бежать можешь?

— Могу. У меня только голова закружилась на минутку: я ведь с той ночи не ел и не пил. А теперь все прошло.

— Они тебе ничего не сделали?

— Нет, просто втолкнули меня туда и ушли. Вы уже, наверно, знаете, что это Морригана?

— Как не знать, — фыркнул гном. — Мы с ней даже встречались, но об этом после. Сьюзен, бери Колина за руку, и, как только я распахну дверь, бегите к Альбанаку: он тут, рядом. На открытое место не вылезайте, держитесь у стены. Готовы? — Он потянул на себя входную дверь и вдруг схватил Сьюзен за плечо. — Стойте!

— Что случилось? — спросил Колин.

Утекар не ответил. Он бегом пересек прихожую и ворвался в комнату, откуда сбежал Пелис. Ребята бросились за ним. Гном стоял у разбитого окна, за которым чернела глухая, непроглядная тьма.

— Луна скрылась.

— Но дом ведь пропадает, когда на него не светит луна, — сказала Сьюзен, — а сейчас он здесь!

— Здесь-то здесь, только где? — пробормотал Утекар. — Дом появляется в долине, лишь когда светит ущербная луна, но и долина видна из дома только при лунном свете. Вот я и спрашиваю, где мы сейчас и что там снаружи… И отвечаю: лучше нам этого не знать. Как только покажется луна, прыгаем в окно!

Пока дожидались, гном расспрашивал Колина о его приключениях, но тому почти нечего было рассказать. Его отвели прямо в каморку и там заперли — вот и всё.

— Твой черед еще настал бы, — сказал Утекар. — Но прежде всего им нужна была Сьюзен. Похитив тебя, они рассчитывали заманить ее сюда. И ведь заманили, да только не так, как им хотелось!

— Но почему Пелис не взял меня вместо Колина? — спросила Сьюзен.

— Он тогда не знал, как мало тебе еще ведома собственная сила. Вдруг бы ты не побоялась его меча?

— Но как он вообще оказался на их стороне? — недоумевал Колин. — Мы-то сразу ему поверили: он же гном!

— Ха! — усмехнулся Утекар. — В том-то и дело! Гномы вечно суются во всякие передряги. Взять хоть меня: чем я, по-вашему, тут занимаюсь? Только мне больше по нраву улаживать неприятности, а ему — создавать их.

Не успел он договорить, как тьма за окном задрожала, показались расплывчатые пятна света, затем они превратились в костры и послышался звон клинков и топот коней.

Утекар выставил перед собой щит и прыгнул в окно, ребята — за ним. Они очутились на дорожке между домом и поляной. Гном опустился на колено, прикрываясь щитом, дети пригнулись у него за спиной: нужно было оглядеться.