Алан Фостер – Магнит неприятностей (страница 29)

Его товарищи вокруг него делали то же самое. Чалони, выбравший себе внешность пожилого, пухлого юноши с восточным выражением лица, швырял во все стороны осколки скомпонованного коллагена. Мисси осторожно избавлялась от своей внешности альбиноса, чтобы обнажить гораздо более темный натуральный цвет лица. Желтоватый Бедул обнажил свою голую и татуированную макушку, избавившись от длинного черного парика, который он носил. Неподалеку Зезула выскользнула из туфель, прибавивших ей шесть сантиметров роста, и деловито избавлялась от накладного живота, придававшего ей вид женщины на среднем сроке беременности.

Автоматизированные устройства наблюдения склада, как заметные, так и скрытые, которые, несомненно, зафиксировали бы их действия, выявят любого, кто просматривает многочисленные записи, группы из шести активных молодых людей в процессе грабежа склада, ни один из которых не имел явного отношения к Субар и его друзья. Косметические спреи, от которых они теперь с радостью отказались, были созданы Мисси, самой склонной к творчеству из группы. Затем они были обработаны в Shell, приобретены анонимно и применены тайно. Не было никакого следа, который мог бы отследить активный преследователь. Пусть возмущенные владельцы складского комплекса выложат всем им огромные награды. Они будут прикреплены к идентам, которые не имеют никакого отношения к полдюжине жизнерадостных юношей, которые сейчас праздновали свое счастье внутри закрытого транспорта.

У них был только один неприятный момент, когда прямо перед ними появился полицейский скиммер. Однако он не замедлил шаг, приближаясь к ним, и промчался над головой, не замедляясь и не останавливаясь, чтобы бросить вызов транспортному средству с поспешно измененным идентификационным кодом. Больше никаких перерывов не последовало, когда они добрались до арендованного склада в центре города, идентифицировали себя для автоматизированной системы безопасности, вошли и загнали транспорт в безопасное помещение для хранения, которое арендовал Чалони.

Работая тихо и в тандеме, на разгрузку, каталогизацию и укладку трофеев ушло чуть больше часа. Больше времени было потрачено на то, чтобы складывать подержанные предметы домашнего обихода малой ценности сверху и вокруг трофеев. Оставив свою добычу соответствующим образом замаскированной, они выгнали транспорт и закрыли за собой ячейку. Чтобы никто из них не чувствовал ни малейшего опасения или пренебрежения, Чалони великодушно разрешил каждому из них ввести свои характерные ретинальные и биоэлектрические импульсы в систему безопасности объекта. Теперь любой из них мог получить доступ к арендованному помещению.

«Мы не хотим сразу что-то выставлять на продажу», — посоветовал он своим товарищам, когда брошенный угнанный транспорт выехал из района и уехал. «Нам нужно позволить усиленному сну, нужно, чтобы шум немного стих». Его лицо покраснело от возбуждения и триумфа от того, что они только что провернули. «Тогда мы начнем продавать. По несколько предметов за раз, к разным заборам. Доверие будет течь!»

После окончательного программирования Чалони украденный транспорт направился в Инатуку, город на дальнем конце Визарии. Вероятность того, что это проследят до него или до кого-либо из них, была невелика. Затем они разделились, путешествуя по отдельности на общественном транспорте и пешком, пока не встретились позже в тот же день в уединенном месте на крыше старого дома в Алеевском районе.

Невзирая на краткое, более раннее празднование в транспорте, только тогда они все по-настоящему вырвались на свободу. Даже Саллоу Бедул улыбался и смеялся, хотя и говорил так же мало, как всегда. Чалони удивил их всех, вытащив пачку стимуляторов мохоло. Очень высокое качество, импортированное из Fluva, сорт, о котором они слышали, но не имели возможности попробовать. Все сразу засветились. Через несколько минут интерьер конференц-зала наполнился ароматным воздухом. Краски усилились, кислая вонь их ближайшего окружения была изгнана, и все беды и невзгоды их иначе едва переносимого, жалкого существования были унесены дымкой ароматного дыма.

Через некоторое время Субар понял, что кто-то находится у него на руках. Сначала он принял ее за Мисси, но вскоре понял, что это Зезула. Ее глаза были стеклянными, а выражение блаженным. Растянувшись на старом диване в другом конце комнаты, с менее чем третью часть стимулятора, зажатого во рту, Чалони ухмылялся ему. Субар всегда был то уважительным, то осторожным, то завистливым к лидеру банды. Но в тот момент он бы умер за него.

Хотя в тот особенно умопомрачительный момент того особенно ликующего дня это не казалось так, это была возможность, которая была не так далека от реальности, как ему хотелось бы.

ГЛАВА

10

Им следовало подождать несколько месяцев, прежде чем пытаться продать первую свою добычу. Будучи в юном и нетерпеливом возрасте, они ждали несколько дней. Даже обычно задумчивый Чалони не был застрахован от настойчивого соблазна мгновенного доверия. Каждый из них был полностью разорен, потратив все, что они смогли накопить или занять, чтобы финансировать рейд. В е

Да, искушение оказалось слишком велико.

Чалони тщательно выбрал забор. Сначала он проверил женщину через контакты в Алееве. Затем он нанес визит лично, чтобы продать сравнительно незначительную упаковку активированных лекарств, которую Мисси подобрала на улице. Наконец, удовлетворившись выбором, он выбрал пару небольших, но чрезвычайно ценных предметов из скрытого запаса и отправился через Маландере с Субаром на буксире. Притворяясь своим «медленным» младшим братом, Субар служил второй парой глаз и вооруженной поддержкой.

«Я никогда раньше не пользовался оружием, — возразил он, когда старший мальчик объяснил свои намерения. «Ножи, парализатор — но никогда не пистолет».

Чалони сунул компактный пистолет в неохотную руку Субара. — Поскольку все пойдет по плану, тебе и на этот раз не придется его использовать. Но бывают моменты, знаете ли, когда достаточно дать кому-то знать, что у вас есть пистолет.

Субар показал свое понимание, противоречащее тайному удовольствию от того, что Чалони выбрал его для сопровождения вместо старшего Диррана или Сэллоу Бедула, и беспокойству по поводу того, что ему приходится носить с собой мощное оружие.

Он немного расслабился, когда они вошли в магазин.

Это было очень похоже на миниатюрную версию хранилища, на которое они совершили набег, только со всеми товарами, набитыми вместе, выставленными на всеобщее обозрение, и ни один из них не был скрыт за упаковкой. Ассортимент показался ему крайне эклектичным: много хлама перемежалось несколькими действительно ценными предметами. Он решил, что присутствие такого большого количества первых может быть направлено на то, чтобы привлечь внимание ко вторым.

Женщина средних лет, сидевшая за длинной стойкой, по-матерински сверкнула, когда они вошли. — Ну-ка, ну-ка, мальчики. У нее было постоянное косоглазие, пережиток несовершенной глазной хирургии, и она погрозила пальцем Чалони. — Ты продал мне эти леденцы, насколько я помню. Ее взгляд метнулся к Субару. — Кто этот бодрый юноша? Субар ощетинился на «малыша». Она могла бы пометить его по-другому, если бы увидела пистолет, который сейчас находится в его правом переднем кармане брюк.

 «Мой младший брат Вионе. Подумал, что он хотел бы увидеть твое место. Чалони подмигнул. «Думал, что для него будет поучительно сидеть на сделке».

Хозяин кивнул, мило улыбаясь. — Хочешь немного трески, чтобы перекусить, пока мы с твоим старшим братом занимаемся делами? У меня есть корица и люрет.

«Конечно», — ответил Субар с притворным рвением. На самом деле он ненавидел трипсов. При всем их насыщенном вкусе они имели консистенцию высушенного упаковочного материала. Однако согласие с предложением принесло ему одобрительный взгляд Чалони.

Он мог бы перекусить закуской, но это не мешало ему уделять пристальное внимание делу. Устроившись в кресле за прилавком высотой по пояс, женщина выжидательно смотрела, как Чалони ставит безобидный на вид пакет, который он нес под мышкой. Субар решил, что у нее может быть материнское выражение лица, но блеск в ее глазах был чистейшей дистиллированной алчностью.

Осторожно Чалони развернул свой драгоценный груз. В луче прожектора на потолке виднелся буклет из настоящей бумаги. Рядом с ним он разложил три коротких красных заглушки из такого же материала. Не изучив ранее подробно эти предметы, Субар наклонился поближе, чтобы лучше рассмотреть. В буклете рекламировалось какое-то древнее спортивное состязание с участием мужчин в военной форме. Сопутствующая тройка более мелкого и темного материала не содержала ни плоских, ни многомерных, ни проективных образов. «Действительно антиквариат», — подумал он.

Реакция владельца магазина была поучительной. Обычно твердые, как роботизированные пальцы, ее пальцы на самом деле дрожали, когда она взяла буклет. Поколебавшись, она посмотрела на ухмыляющегося Чалони. "Могу я?"

«Покупатель имеет право осмотреть товар», — великодушно ответил он.

Страница за драгоценной страницей, она листала хрупкий буклет. Поставив его так благоговейно, как если бы это был подлинный экземпляр книг Объединенной церкви, она деликатно коснулась одного из трех красных кусочков картона, прилагавшихся к нему.