Aki Latus – Счетовод (страница 4)

Я откинулся на спинку стула и уставился в потолок.

— Попались, — прошептал я. — Или мы попались. Тут смотря как посмотреть...

В дверь постучали.

Я вздрогнул. Стук был короткий, сухой, официальный. Карл.

— Господин Эмиль, — раздалось из-за двери. — Вас ожидают в малой столовой к завтраку. Его сиятельство канцлер просил передать, что дело не терпит отлагательств.

Я посмотрел на часы. Половина седьмого утра.

— Передай его сиятельству, что я буду через четверть часа.

— Слушаюсь.

Шаги удалились. Я встал, потянулся, с хрустом разминая затёкшие плечи. В зеркале на стене отразилось нечто бледное, лохматое и явно невыспавшееся. Глаза красные, волосы торчат в разные стороны, на щеке — всё та же печать.

Я плеснул в лицо водой из кувшина, кое-как пригладил волосы, сменил сюртук на свежий. Договор, выписки и свои заметки сложил в папку и прижал к груди.

Документы важнее завтрака. Хотя завтрак, честно признаться, тоже был нужен.

В коридоре оказалось тихо. Особняк ещё спал — только где-то вдалеке слышались шаги прислуги, готовящейся к утру. Я шёл быстро, стараясь не думать о том, что скажу дяде.

Потому что то, что я нашёл, было одновременно и победой, и катастрофой.

Малая столовая находилась на первом этаже, рядом с кабинетом канцлера. Это была уютная комната с низким потолком и тяжёлыми дубовыми панелями на стенах. Здесь обычно завтракали только свои — никаких официальных приёмов, никаких посторонних.

Я толкнул дверь и вошёл.

За столом уже сидели четверо.

Дядя — во главе, с чашкой кофе в руке. Вид у него был усталый, под глазами залегли тени. Видимо, вчерашний совет выпил из него не меньше сил, чем из меня — сегодняшняя ночь.

Варгус — справа от дяди, с неизменным боевым жезлом на поясе даже за завтраком. Перед ним стояла тарелка с яичницей и беконом, но он не ел, а просто крутил в пальцах вилку, поглядывая на дверь.

Рихтер — слева. Мой кузен сидел, развалившись на стуле, и с таким остервенением терзал булку, будто это был личный враг рода. При моём появлении он даже не повернул головы.

И Отто — в углу, с чашкой чая и кислой миной. Главенствующая часть рода явно не спала всю ночь, подсчитывая убытки.

— Эмиль, — дядя кивнул на свободное место. — Садись. Ешь.

Я сел. Передо мной тут же появилась тарелка с кашей, тосты и чашка горячего шоколада. Карл знал мои привычки очень хорошо.

— Спасибо, — сказал я, принимаясь за еду. Голод дал о себе знать, и первые несколько минут я только и делал, что жевал, стараясь не думать о папке, которая лежала на коленях.

Тишина за столом была тяжёлой. Даже Рихтер молчал, что само по себе было чудом, сродни явлению императора к нищим. Видимо, вчерашний разговор с дядей всё же дошёл до его варварского сознания.

— Ну? — не выдержал наконец Варгус. — Ты нашёл что-то в этом договоре или так, бумажки перебирал?

Я проглотил кашу, вытер губы салфеткой и положил папку на стол.

— Нашёл.

Все четверо уставились на папку. Рихтер даже булку отложил в сторону.

— Что именно? — дядя отставил кофе и подался вперёд.

Я открыл папку, достал договор и развернул его на нужной странице.

— Пункт семнадцать, подпункт «г». Пролонгация.

— И? — Варгус прищурился. — Что там?

— Там сказано, что договор должен ежегодно подтверждаться магическими подписями сторон в присутствии нотариуса Арбитража.

Рихтер наморщил лоб, пытаясь переварить эту информацию. Отто, напротив, побледнел — кажется, он уже понял, к чему я клоню.

— Ну и что? — спросил Рихтер. — Подписывают же? Демидовы платят, мы получаем. Значит, подписывают.

— В том-то и дело, — я покачал головой, — что нет.

Я достал из папки выписки из реестра Арбитража.

— Вот записи за последние двадцать лет. Здесь перечислены все договоры, которые проходили процедуру подтверждения. Нашего договора среди них нет. Ни разу.

— Но Демидовы платят! — Отто вскочил, чуть не опрокинув чашку. — Я сам видел платёжные ведомости! Каждый месяц, исправно, как часы!

— Платят, — согласился я. — Но платят по договору, который юридически не действителен уже девятнадцать лет.

Тишина повисла такая, что слышно было, Рихтер икнул.

— Это... — дядя медленно подбирал слова, — это значит, что они могут перестать платить?

— Могут, — кивнул я. — В любой момент. И мы ничего не сможем сделать, потому что договор — пустышка.

— Вот дерьмо, — выдохнул Рихтер. Это было, пожалуй, самое интеллектуальное, что я от него слышал за последнее время.

— Но это ещё не всё, — добавил я. — Есть и другая сторона.

— Какая? — Варгус посмотрел на меня с новым интересом. Кажется, он начинал понимать, что «счетовод» может быть полезен не только за письменным столом.

— Они могут потребовать вернуть все деньги, которые платили за эти девятнадцать лет. Как ошибочно перечисленные по недействительному договору.

Отто схватился за сердце. Рихтер побелел. Дядя медленно налил себе ещё кофе — рука его слегка дрожала.

— Сколько? — спросил Варгус спокойно. — Если считать с процентами?

Я достал из папки ещё один лист — тот самый, который начал заполнять ещё ночью.

— Около двухсот тысяч золотом. Плюс неустойка. Плюс возможные штрафы за использование средств, полученных по недействительному договору. Итого — до трёхсот тысяч.

— Мы не потянем, — прошептал Отто. — Это больше, чем весь наш годовой бюджет. Это больше, чем стоит особняк.

— Я знаю, — сказал я.

Рихтер вскочил, опрокинув стул.

— Так что мы сидим?! Надо готовиться к бою! Если эти твари Демидовы сунутся, мы их встретим! У меня есть план — ночная атака с трёх сторон...

— Сядь, — оборвал его Варгус. Голос у него был тихий, но Рихтер тут же испуганно сел. — Не шуми. Дай парню договорить.

Все снова посмотрели на меня.

— Я не всё сказал, — продолжил я, чувствуя, как под их взглядами начинает гореть лицо. — То, что мы нашли, — это проблема. Но это и возможность.

— Возможность? — дядя поднял бровь.

— Да. Договор не действителен. Но Демидовы об этом не знают. Они платят по привычке, не проверяя. А раз они платят — значит, признают договор действительным. Это называется «конклюдентные действия».

Варгус усмехнулся.

— Ты хочешь сказать, что они сами себя подставили?

— Именно. Если они попробуют оспорить договор, мы можем подать встречный иск. Признание договора действительным через фактические платежи. Это сложно, но прецеденты подобного уже были.

— Были? — оживился дядя.

— Были. Дело купца Вольдемара, двадцать три года назад. Он платил по устной договорённости десять лет, а когда поставщик попытался разорвать отношения, суд обязал его продолжать поставки, потому что «длительные фактические отношения создают взаимные обязательства».