Aila Less – Прах «Восходящего Солнца» (страница 2)

Стационарный телефон. Аналоговый. Единственная связь в этом городе, которую невозможно было прослушать через Сеть, потому что он не был к ней подключён. Старая медная линия, проложенная ещё до Катастрофы, чудом уцелевшая во всех войнах и переделах собственности. Звонил он редко. Очень редко.

Нолан выпрямился, вытер руки о штаны и поднял трубку.

— Нолан слушает.

— Инспектор, — голос в трубке был механическим, явно пропущенным через десяток синтезаторов и шифраторов. — Вы получили нашу посылку. Это аванс. Координаты корабля уже загружены в навигатор вашего джетпака.

Нолан похолодел. Он даже не проверял джетпак сегодня. Он вообще не включал навигатор уже неделю. Но если они смогли загрузить туда данные дистанционно — значит, у них есть доступ к системам, которые считались неуязвимыми. Значит, они — серьёзные люди.

— Кто вы? — спросил он ровно, стараясь не выдать волнения.

— Куратор, — ответил голос. — Найдите «Восходящее Солнце». Найдите груз.

— Какой груз? — Нолан покосился на мёртвого дрона. — Тот, что пищал из этой рухляди?

— Вы всё поймёте, когда окажетесь на месте, — голос оставался бесстрастным. — У вас есть семьдесят два часа. Координаты в навигаторе. Если вы не успеете, груз найдут другие. И тогда Нью-Рино превратится в кратер.

В трубке щёлкнуло, и связь прервалась. Нолан медленно положил трубку на рычаг. Посмотрел на Джима, который стоял с открытым ртом, сжимая в руках бесполезную монтировку. Посмотрел на дрона, чей мёртвый глаз всё так же тускло пялился в потолок. Посмотрел в окно, за которым клубилась кислотная мгла, скрывающая верхушки Башен.

— Нолан... — начал Джим.

— Помолчи, — оборвал его Нолан. Он прошёл в угол комнаты, где на специальной подставке висел его джетпак — старая, но надёжная модель «Скат-3», пережившая три аварии и бесчисленное количество ремонтов. Нажал кнопку активации навигатора.

Экран засветился, загружая карту. А потом на ней вспыхнула точка. Пустошь. Сектор 17-Б, Зона Отчуждения, в двухстах километрах к востоку от города. То самое место, где, по слухам, даже мутанты не выживали, потому что радиационный фон зашкаливал за все мыслимые пределы.

— Вот дерьмо, — выдохнул Джим, заглядывая через плечо.

— Именно, — согласился Нолан. Он выключил навигатор, подошёл к столу, взял «Грозу-7», проверил обойму.

— Ты что, собрался туда лететь? — Джим округлил глаза. — Ты с ума сошёл? Это же верная смерть!

— Джим, — Нолан повернулся к нему. — Если они говорят правду, то на том корабле не просто груз. Там будущее, или конец всего. А если они врут... — он усмехнулся, надевая плащ. — То мне просто заплатят. А я, знаешь ли, люблю, когда платят.

Джим хотел что-то возразить, но махнул рукой и полез в карман. Достал помятую пачку синт-сигарет, закурил прямо в комнате, хотя Нолан обычно запрещал — фильтры воздуха и так еле справлялись.

— Ладно, — сказал он, выпуская струю дыма в потолок. — Тогда хоть возьми вот это.

Он протянул Нолану небольшой свёрток, перемотанный изолентой.

— Что там?

— Довоенный "слепой" детектор. Ловит любые сигналы в радиусе километра, даже самые древние. Может, пригодится, когда будешь там лазить. Я его у одного сталкера выменял за ящик пайков.

Нолан взял свёрток, кивнул.

— Спасибо.

— Да ладно, — Джим затушил сигарету о подоконник и выбросил в форточку. — Ты только вернись, понял? Кто мне тогда должен будет за виски?

Нолан улыбнулся — впервые за утро. Улыбка вышла кривой, усталой, но искренней.

— Договорились.

Он проверил снаряжение, закинул за спину рюкзак с припасами, нацепил джетпак. У двери задержался, оглянулся на комнату — на разбросанные инструменты, на мёртвого дрона, на Джима, который стоял, сунув руки в карманы, и смотрел на него с плохо скрываемой тревогой.

— Присмотри за квартирой, — бросил Нолан.

— Ага, — кивнул Джим. — Если вернёшься, конечно.

Нолан ничего не ответил. Открыл дверь, шагнул в сырой, пропахший гарью коридор и через минуту уже поднимался на лифтовой платформе — ручном подъёмнике, который тащил его на крышу, в серую мглу, где его ждал джетпак. Нолан шагнул на край крыши, вдохнул сухой, отфильтрованный воздух из баллона и, не колебляясь ни секунды, вдавил кнопку запуска джетпака. Двигатели взревели, взвыли, выплюнув сноп синего пламени, и мощным толчком подбросили его вверх — прямо в кислотную взвесь вечных облаков. Нью-Рино просыпался медленно и неохотно. Где-то глубоко в Нижних уровнях уже зажглись тусклые огни, загудели генераторы, и первые утренние составы заскрежетали по монорельсам. Но сюда, на высоту птичьего полета, эти звуки не долетали. Здесь была только звенящая, ватная тишина, разрезаемая ровным рёвом двигателей, да серая, липкая пелена, оседающая на забрале шлема миллионами микроскопических капель.

Нолан взял курс на восток, сверяясь с навигатором, на голографической карте которого горела одинокая, манящая точка — цель. Двести километров. При удачном раскладе — час лёту. При фатальном — вечность, особенно если двигатели решат сдохнуть прямо над Зоной Отчуждения, начинённой радиоактивным металлоломом. Он набрал максимальную высоту, чтобы уйти от возможных неприятностей, и перевёл автопилот в режим минимального сопровождения, давая рукам хотя бы видимость отдыха. Джетпак нёс его ровно и мощно, и в первые полчаса полёта Нолан позволил себе расслабиться, прикрыв глаза. В голове, под ритмичный гул турбин, прокручивалась одна и та же мысль: что ждёт его там, в точке назначения?

Пустошь встретила его гробовым молчанием. Когда город окончательно исчез за спиной, Нолан летел уже около сорока минут. Внизу простиралась мёртвая земля. Когда-то здесь шумели леса, текли полноводные реки и стояли города-миллионники. Теперь от них остались лишь чёрные остовы деревьев, да безымянные руины зданий, наполовину ушедшие в землю и засыпанные радиоактивным пеплом.

Нолан инстинктивно снизился, чтобы лучше рассмотреть последствия Катастрофы. Джетпак жрал топливо быстрее расчётных параметров, но жгучее любопытство пересилило страх. Ему хотелось увидеть своими глазами то, во что превратился мир. Внизу одна за другой проплывали Зоны Отчуждения, обозначенные на всех картах черепами и костями. Уровень радиации здесь зашкаливал так, что даже армейские счётчики Гейгера захлёбывались и начинали откровенно врать. Нолан покосился на датчик на запястье — пока зелёный сектор, но ближе к цели стрелка неумолимо поползёт в красную зону. Придётся активировать усиленную фильтрацию и молиться, чтобы старый, видавший виды скафандр выдержал запредельную нагрузку.

Он пролетал над тем, что когда-то было оживлённым шоссе. Теперь это была просто полоса растрескавшегося, выщербленного бетона, засыпанная песком, с торчащими из неё ржавыми скелетами машин. В одной из кабин, судя по очертаниям, до сих пор сидел человеческий скелет — водитель, так и не успевший выбежать, когда на город упала первая бомба. Нолан поспешно перевёл взгляд дальше, туда, где на горизонте темнела зловещая полоса мёртвого леса.

Лес был по-настоящему страшен. Деревья стояли абсолютно голые, без единого листочка — чёрные, обугленные, но не сгоревшие. Между стволами мелькали быстрые, крупные тени. Нолан включил оптику, приблизил изображение, и увидел мутантов. Они были повсюду. Генномодифицированные твари, сбежавшие из лабораторий корпораций во время Катастрофы и расплодившиеся в Пустоши, став её полноправными хозяевами. Вот стая псов-терминаторов — жуткая помесь волкодава с боевым дроном, покрытых хитиновой бронёй, с горящими алыми глазами. С такими тварями встречаться на земле — верная и мучительная смерть.

Дальше потянулись поля, засеянные гигантскими мутантными колючками, достигавшими двух метров в высоту. В этих зарослях копошились твари помельче — крысы-мутанты размером с хорошую собаку, с длинными, голыми хвостами и острыми зубами. Они рылись в земле в поисках кореньев, и их пронзительный, леденящий душу писк доносился даже сюда, сквозь гул двигателей и завывания ветра.

Нолан отключил оптику и снова набрал высоту. Зрелище было не для слабонервных, а ему ещё лететь и лететь. Лучше смотреть в безжизненное небо, пусть даже оно такое же серое и мёртвое. Впрочем, и в небе таилась опасность. Он заметил их не сразу — слишком увлёкся разглядыванием мутантов. Первый сигнал поступил от детектора, подаренного Джимом. Приборчик на поясе тонко и пронзительно запищал. Нолан, повинуясь чистому рефлексу, рванул ручку управления на себя, уходя в крутое пике.

Мимо, в том месте, где он только что висел, хлестко пронеслась очередь из крупнокалиберного пулемёта. Пули вспороли воздух, оставив за собой едва заметные инверсионные следы, и ушли в землю, вздымая фонтаны радиоактивной пыли. Нолан с трудом выровнял джетпак и резко обернулся. Их было трое. Воздушные пираты — бич Пустоши, отморозки, которым нечего терять, кроме своих никчёмных жизней. Они летали на старых, переделанных дронах, вооружённых всем, что могло стрелять, и грабили всех, кто рисковал появиться в их владениях. Обычно они охотились на караваны, идущие по земле, но иногда поднимались и в небо, завидя одинокую, беззащитную цель.

В центре строя висел огромный гексакоптер с шестью ревущими винтами, на раме которого была намертво приварена турель с двумя вращающимися стволами. Рядом с ним маневрировали два дрона поменьше — юркие, опасные, с ракетницами на подвесках. Нолан выругался сквозь зубы: встреча с пиратами в его планы категорически не входила. У него не было ни времени, ни лишнего топлива на воздушный бой. Но выбора не оставалось — они уже разворачивались для второго захода, явно намереваясь довести дело до конца.