Aila Less – Прах «Восходящего Солнца» (страница 4)
Он подошёл к ближайшему телу. Мужчина лет сорока, застывший с неестественно вывернутой рукой и развороченной грудной клеткой. Рядом с ним на полу валялся пистолет — довоенный, армейский, с длинным стволом. Нолан присел на корточки, внимательно всмотрелся в рану. Входное отверстие от пули. Крупнокалиберной. Судя по характеру повреждений, стреляли почти в упор. Он медленно выпрямился и заново оглядел зал. Следы пуль на стенах и пластиковых панелях. Россыпи стреляных гильз, усыпавшие пол. Разбитые головы, перерезанные глотки, скрюченные в предсмертной агонии пальцы, намертво сжимающие чужие руки или собственную одежду.
Здесь была битва. И судя по позам погибших и характеру ран, дрались не с внешним врагом. Они убивали друг друга.
— Что здесь произошло? — одними губами прошептал Нолан, обращаясь к мёртвым.
Мёртвые, как и положено, молчали. Только аварийные ленты на полу мерцали своим неживым красным светом, отсчитывая секунды бесконечности.
Нолан пошёл дальше, мимо зала, сворачивая в узкие боковые коридоры, ориентируясь по указателям, которые чудом сохранились на стенах. «Медицинский отсек», «Криогенное хранилище», «Каюты экипажа» — стрелки указывали путь, и Нолан следовал за ними, пока не упёрся в массивные герметичные двери с предупреждающей надписью:
Двери были наглухо закрыты. Но индикатор над ними горел ровным зелёным светом — внутри всё ещё сохранялась атмосфера, работала хоть какая-то система жизнеобеспечения. Нолан подошёл к пульту управления, сдул с него толстый слой вековой пыли и тихо присвистнул. Пульт был допотопный, архаичный, но до боли знакомый — точно такие же стояли в старых правительственных бункерах ещё до Великой Катастрофы. Он достал из кармана универсальный декодер, подключил его к разъёму данных и нажал кнопку взлома. Декодер тихо зажужжал, методично перебирая миллионы кодовых комбинаций. Минута, вторая, третья — и наконец тяжёлые створки с шипением разъехались в стороны, выпуская в коридор струю ледяного, стерильно-чистого воздуха.
Нолан шагнул внутрь. Криогенный отсек оказался огромным. Бесконечные ряды капсул уходили далеко вперёд, теряясь в густом полумраке. Сотни. Может быть, тысячи. Каждая капсула — овальная, с прозрачной крышкой, внутри — сложная система трубок, датчиков и тускло мерцающих индикаторов. Нолан медленно пошёл между рядами, вглядываясь в таблички на крышках:
Капсулы были пусты. Почти все. Крышки открыты, системы жизнеобеспечения отключены, на дне — лишь бурая, зловонная жижа, всё, что осталось от тел после разморозки и последующего разложения. Нолан остановился у одной из них, провёл пальцем по холодному краю. Пусто. Они все встали, и судя по кровавому месиву, оставшемуся в холле, проснулись они вовсе не для того, чтобы жить.
Он пошёл дальше, к дальнему ряду, где капсулы были чуть больше, чуть богаче отделаны, с позолоченными табличками.
Она была закрыта. Индикаторы на её панели горели ровным, спокойным, изумрудно-зелёным светом. Система жизнеобеспечения работала в штатном режиме. Внутри, сквозь мутное от времени, запотевшее стекло, угадывались очертания человеческого тела. Нолан подошёл ближе, вглядываясь в темноту капсулы. Там кто-то был. Живой. Или не совсем живой, но явно не мёртвый. Сердце пропустило удар. Он уже протянул руку к кнопке аварийного открытия, как вдруг за спиной раздался тихий, спокойный голос:
— Не надо. Она ещё не готова.
Нолан мгновенно развернулся, вскидывая «Грозу» и нажимая спусковой крючок. В дверях криоотсека, там, где секунду назад не было ни души, стояла девушка. Она была молода — на вид лет двадцать, не больше. Длинные, светлые, почти белые волосы обрамляли бледное, до прозрачности, лицо с тонкими, аристократичными чертами. Глаза — небесно-голубые, невероятно чистые, огромные, смотрели на него абсолютно спокойно и чуть грустно, без тени страха или удивления. На ней была тонкая белая туника, явно не предназначенная для прогулок по радиоактивным руинам, — лёгкая, почти невесомая, и при этом совершенно чистая.
— Опустите оружие, — произнесла она голосом, который Нолан уже однажды слышал. — Я не причиню вам вреда.
— Ты... — Нолан не опустил пистолет, но палец машинально соскользнул со спускового крючка. — Ты с корабля? Ты та, чей голос был в записи?
— Меня зовут Ева, — сказала она просто, делая осторожный шаг вперёд. — И да, это я. Точнее, мой голос. Запись активировалась автоматически, когда дрон обнаружил признаки жизни в городе. Я не знала, дойдёт ли сигнал. Но вы пришли.
— Ты пролежала в криогене шестьдесят семь лет? — Нолан не верил своим глазам.
— Шестьдесят семь лет, четыре месяца и двенадцать дней по земному исчислению, — спокойно кивнула она. — Я — продукт проекта «Горизонт». Серия «Эверест», модификация «Альфа». Мы должны были стать новым человечеством.
Нолан медленно опустил «Грозу», но в кобуру убирать не стал. Слишком много вопросов роилось в голове, слишком много ответов требовало немедленного подтверждения.
— А они? — он кивнул в сторону бесконечных рядов пустых капсул. — Твои... братья? Сёстры?
— Мертвы, — ответила Ева с пугающей простотой. — Почти все. Я кажется единственная кто смог спрятаться. Залезла в самую дальнюю капсулу, в командном отсеке, где никто не догадался искать. И ждала.
— Чего?
— Тебя, — она посмотрела ему прямо в глаза, и от этого взгляда по спине Нолана пробежал неприятный холодок. — Или кого-то вроде тебя. Того, кто сможет вывести меня отсюда.
Нолан недоверчиво хмыкнул.
— Я не спасатель, красавица. Я наёмник. Мне хорошо заплатили, чтобы я нашёл и доставил груз. И судя по всему, этот груз — ты.
— Я знаю, — она не удивилась и не испугалась. Вообще никак не отреагировала. — Я видела твой файл. Когда ты подошёл к дрону на крыше, я считала всё, что только можно было считать. Твоё имя, твои долги, твои болезни. Ты должен триста сорок тысяч кредитов. Ты пьёшь по утрам, потому что не можешь заснуть без этого, а по вечерам — потому что без этого не можешь проснуться. — Она сделала короткую паузу. — Я знаю о тебе больше, чем ты сам знаешь о себе.
Нолан почувствовал, как по позвоночнику пробежал откровенно ледяной холодок.
— Ты... читаешь мысли?
— Нет. Я читаю сети. Информационные потоки. Всё, что когда-либо было записано о тебе, — в базах данных корпораций, в городских архивах, в медицинских картах, в полицейских сводках. Я это вижу. Это мой дар, и моё проклятие.
Он долго, очень долго смотрел на неё. Потом, тяжело вздохнув, и убрал пистолет в кобуру.
— Допустим, я тебя отсюда выведу. Что дальше? За мной охотятся люди, которые заказали твою доставку. За тобой охотятся те, кто хочет тебя убить. Мы выйдем за порог этого корабля — и попадём прямо в филиал ада на земле.
— Я знаю, — повторила она, не меняясь в лице. — Но у меня есть одно условие.
— Какое?
Ева подошла ближе. Так близко, что Нолан мог разглядеть каждую ресницу на её фарфоровой, безупречной коже.
— Ты не сдашь меня живой, — произнесла она тихо, но с невероятной, ледяной твёрдостью в голосе. — Если придётся выбирать — отдать меня им или убить самому, — убей. Я не хочу снова стать вещью. Я уже была ею шестьдесят семь лет. С меня хватит.
Нолан долго молчал. Потом коротко кивнул.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.