Aila Less – Прах «Восходящего Солнца» (страница 1)

Aila Less

Прах «Восходящего Солнца»

Пролог

Шестьдесят семь циклов назад корпорация «Аркология» запустила проект «Горизонт». Огромные терраформирующие станции, способные превратить безжизненный Марс в цветущий сад, отправились в путь. Флагман флота, корабль-ковчег «Восходящее Солнце», нёс на борту лучшее, что создало человечество: генно-модифицированные эмбрионы первой волны колонистов, матрицы знаний и ядро ИИ, способного управлять целым миром.

Связь с ним прервалась на полпути. Через тридцать лет обломки станции вошли в гравитационный колодец Земли и упали где-то в Американской пустоши. «Аркология» обанкротилась, поглощённая более крупными игроками.

Я — Инспектор Нолан. Моя работа — находить то, что корпорации предпочли бы потерять навсегда. Я берусь за дело о пропавшем грузе, который стоит больше, чем весь Нью-Рино. Но, как обычно бывает в таких историях, груз нашёлся сам. И теперь он хочет меня убить.

Глава 1: Мусорщик

Нолан проснулся от того, что кто-то долбил дверь его квартиры. Звук разнёсся по бетонной коробке, многократно усиленный пустотой коридора. Нолан приоткрыл один глаз, глянул на потолок, и тяжело вздохнул. Часы на стене показывали шесть утра. Солнце в Нью-Рино не вставало уже несколько лет, его заменял белесый, мутный свет, просачивающийся сквозь плотный слой кислотных облаков. Но даже этот свет ещё не пробился. Значит, было около шести. Самое паршивое время, чтобы вставать.

Тем временем долбёжка не прекращалась.

— Нолан! — голос ворвался в комнату вместе с очередной порцией грохота. — Открывай, мать твою! Я знаю, что ты там! У тебя свет горит!

Нолан сел на кровати. Свет действительно горел — тусклая лампочка под потолком, которую он забыл выключить перед тем, как рухнуть лицом в подушку после вчерашнего заказа. Заказ был дрянной: выследить должника для одного из ростовщиков с Сорок пятого уровня. Должника нашли в канаве, без денег и без почек. Оплата вышла символическая.

— Иду, Джим, — крикнул он в ответ, хотя горло драло, а голос прозвучал сипло и надсадно. — Не выноси дверь, она у меня последняя.

Он натянул штаны, сунул ноги в старые, разношенные ботинки и прошлёпал в прихожую. Он взглянул на монитор слежения — крошечный экранчик, вмонтированный в стену, показал картинку с камеры в холле. Джим Флинн собственной персоной стоял на лестничной клетке, тяжело дыша после подъёма на сорок второй этаж. Рожа у Джима была красная, взмыленная, но довольная. В руках он держал нечто, отдалённо напоминающее сервисного дрона.

Нолан отщёлкнул три засова, снял цепочку и провернул гермозатвор. Дверь со скрежетом отъехала в сторону. В лицо ударил запах сырости, горелого пластика и дешёвого синтетического спиртного, которым от Джима разило за версту.

— Ты хоть спал? — спросил Нолан, пропуская его внутрь.

— Спал бы я, если б такое нашёл? — Джим ввалился в коридор, отряхивая с плаща капли кислотного дождя. Они с шипением проедали дыры в бетонном полу, оставляя после себя мелкие кратеры с оплавленными краями. — Ты глянь, кого я приволок! Это же сокровище! Раритет!

Нолан захлопнул дверь, задраил замки и только потом повернулся к гостю. Джим уже стоял посреди комнаты, водрузив дрона на обеденный стол — точнее, на то, что когда-то было столом, а теперь выполняло функцию верстака, подставки под оружие и места для приёма пищи одновременно. Дрон был старый. Очень старый. Модель «Клевер-7», судя по сохранившимся фрагментам корпуса. Такие выпускали ещё до Катастрофы, когда корпорации только начинали свои эксперименты с автономными системами. Сейчас эти агрегаты встречались разве что в музеях Башен или на свалках в Пустоши, если, конечно, коллекционеры не успевали разобрать их на запчасти раньше мародёров.

Три манипулятора из четырёх были срезаны — видимо, под ноль, остались только культи с торчащими проводами. Оптические сенсоры, когда-то защищённые бронестеклом, превратились в мутные, потрескавшиеся шары. Корпус покрывала корка спекшейся грязи и пепла, въевшаяся в металл так глубоко, что отодрать её можно было разве что болгаркой. Дрон слегка подрагивал, издавая едва слышный высокочастотный писк — словно пытался позвать на помощь, но голос сел навсегда.

— И где ты откопал это чудо? — Нолан подошёл ближе, разглядывая находку. — На свалке?

— Сам ты откопал! — Джим гордо выпятил грудь, насколько позволял пивной живот. — Он сам приполз! Сегодня утром. Стоял у входа в бар и дрыгался, как эпилептик. Я хотел его на запчасти пустить, а он как заверещит, как замигает! Я, знаешь ли, не дурак сразу хорошую вещь в утиль списывать. Подумал: дай-ка отнесу Нолану, он у нас спец по древностям.

— Спец по древностям, — хмыкнул Нолан. — Я детектив, Джим. Я ищу людей. Иногда — их останки. А не ржавые вёдра.

— Это не ведро! — обиделся Джим. — Ты глянь, что у него внутри! Я краем глаза видел, когда он крышку приоткрыл. Там плата. Старая, довоенная. С какими-то маркировками.

Нолан нахмурился. Довоенные платы — штука редкая и опасная. За ними охотились коллекционеры из Башен, скупщики краденого и корпоративные агенты, которые платили бешеные деньги за любой чип, способный пролить свет на технологии прошлого. Но если дрон действительно сам пришёл в город, да ещё и с такой начинкой — это попахивало большими неприятностями.

Он взял со стола фонарик, включил и посветил в щель между панелями корпуса. Дрон дёрнулся, пискнул и вдруг замер, словно прислушиваясь.

— Доступ... — проскрипел он голосом, полным помех. — Требуется идентификация... Код доступа... Приоритет... Высший...

Нолан замер. Такого он не ожидал.

— Что он сказал? — Джим подошёл ближе, дыша перегаром в затылок.

— Заткнись, — бросил Нолан, не оборачиваясь. Он присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с дроном, и спросил: — Какой код? Какой доступ?

Дрон зажужжал, его линза — уцелевшая центральная, самая крупная — медленно повернулась, фокусируясь на лице Нолана. Мутный зрачок камеры смотрел прямо в душу, словно сканируя, оценивая, решая — достоин ли этот человек услышать правду.

— Гриф... «Горизонт», — прохрипел дрон. — Приоритет «Альфа». Синхронизация с носителем... Требуется биометрическое подтверждение...

В комнате повисла тишина. Даже Джим перестал дышать. А Нолан почувствовал, как по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с промозглой сыростью квартиры. «Горизонт». Он слышал это слово. Один раз. Давно. В баре на Нижних уровнях, от старого инженера, который когда-то работал на корпорацию «Аркология». Инженер был пьян в стельку и нёс околесицу про корабли-ковчеги, улетевшие к Марсу, про идеальных людей, которых везли на новую планету, про то, что связь с ними прервалась, а корпорацию потом тихо прикрыли, растащили по частям более крупные акулы. Нолан тогда не придал значения его словам — мало ли легенд гуляет по Пустоши. Но сейчас, глядя в умирающие глаза древнего дрона, он понял: легенды иногда оказываются правдой.

— Что за «Горизонт»? — спросил Джим шёпотом.

— Заткнись, — повторил Нолан, но уже мягче. — Дай подумать.

Он встал, прошёл к столу, где в беспорядке валялись инструменты, детали от старого сканера и несколько магазинов к «Грозе-7». Взял один из них, проверил вес, отложил. Потом повернулся к дрону и медленно, стараясь не спугнуть, протянул руку к его корпусу.

— Я Нолан, — сказал он спокойно. — Частный детектив. Я здесь, чтобы помочь. Если ты можешь передать сообщение — передавай. Если тебе нужна помощь — скажи, что случилось.

Дрон зажужжал громче. Его единственная уцелевшая лапа дёрнулась, царапнув по столу. Линза моргнула — раз, другой, третий, словно аппарат боролся сам с собой, пытаясь выполнить программу. А потом ожил динамик. Голос, раздавшийся из него, был чистым. Без единого намёка на помехи, без шипения и треска. Молодой женский голос, спокойный, ровный и невероятно далёкий, словно доносился из другого измерения.

— Внимание. Борт «Восходящее Солнце» терпит бедствие. Всем подразделениям сектора «Горизонт», приём. Экипаж мёртв. Повторяю: экипаж мёртв. Пассажиры в криогенных капсулах. Требуется эвакуация. Координаты места падения закреплены в системе навигации. Код доступа...

Дальше пошли помехи. Голос захлебнулся, утонул в шипении, вынырнул на секунду, чтобы произнести обрывок фразы:

— ...не верьте... они идут... Афина... защитите...

И всё стихло. Дрон дёрнулся в последний раз, из его динамика вырвался фонтан искр, и аппарат безнадёжно, навсегда затих, уставившись мутным глазом в потолок.

Джим стоял белый как мел.

— Нолан... — прошептал он. — Это же тот корабль, про который байки травят? «Восходящее Солнце»? Который пропал по дороге к Марсу? Его же полвека ищут!

— Ищут, — подтвердил Нолан. — Ищут те, кто хочет умереть.

Он подошёл к дрону, наклонился, пытаясь разглядеть хоть что-то в оплавленных недрах. Координаты. Дрон сказал, что координаты закреплены в системе. Где они теперь, когда он сдох? Надо вскрывать корпус, искать накопитель, надеяться, что он не расплавился при коротком замыкании.

— Джим, тащи монтировку. И фонарь поярче.

Джим кивнул и метнулся в угол, где у Нолана хранился кое-какой инструмент. А Нолан опустился на колени, всматриваясь в мёртвое лицо машины. Голос этой девушки — засел в голове, свербил, не давал покоя. Джим притащил монтировку и мощный аккумуляторный фонарь. Нолан взял инструмент, уже собрался вскрывать корпус, как вдруг на столе замигал огонёк.