Ai Noctra – Свет погасшей звезды (страница 10)

Возможно, это была шутка, но тревожное предчувствие продолжало давить на меня. Мы выбрались из здания слишком легко. Вокруг царила пугающая тишина, и в этом молчании мне слышался чей-то неслышный шёпот.

Но чей это был план? Его… или кого-то ещё?

Мы перелезли через забор, который когда-то пытался нас удержать… или это было для нашей защиты? Неважно.

Впереди нас ждал брат Энцо, Рис, который спокойно сидел на своей лошади, выглядя так, будто вообще не сомневался, что мы доберёмся. Рядом стояли ещё две лошади и рюкзак. И только сейчас я заметил, что у Энцо с собой не было вещей.

– Беглецы… – усмехнулся Рис, скрестив руки на груди.

Он был чем-то похож на Энцо: такое же овальное лицо, но крупнее и выше его. Глаза золотисто-карие, тогда как у Энцо – голубые. Волосы кудрявые, насыщенного тёмно-рыжего оттенка.

– О, да. Великие преступники —протянул Энцо, хватая рюкзак.

– Всё, что ты просил, я собрал, – ответил Рис, игнорируя сарказм брата. – Будьте осторожны. На карте отметил более опасные места, старайтесь их обходить.

Рис протянул поводья лошади, собираясь уходить.

– Возвращайся домой. Берегите себя – сказал он напоследок, его голос был ровным, но в глубине читалась напряжённость.

Я наблюдал, как он скрылся в тени леса, его силуэт растворился между деревьями, оставляя после себя лишь лёгкое потрескивание веток под копытами лошади.

Я никогда не был особенно общителен с Рисом. Он казался мне человеком, который жил в своём собственном мире, будто отгороженный невидимой стеной. В отличие от Энцо, который сыпал шуточками и вечно попадал в неприятности, Рис был сдержанным, рассудительным и всегда думал наперёд. Именно поэтому меня и удивляло, что он согласился на эту авантюру.

Я покосился на Энцо:

– Ты уверен, что это был Рис, а не кто-то, кто его подменил?

Энцо хмыкнул, подбирая поводья своей лошади:

– Да, но сам в шоке. Видимо, в нём проснулась любовь к семейным авантюрам. Или он просто решил, что если нас поймают, то хотя бы без него.

Он запрыгнул в седло с привычной лёгкостью, но я заметил, что его взгляд задержался в том направлении, куда ушёл брат. Всего мгновение, но этого было достаточно, чтобы понять – несмотря на шутки, Энцо действительно беспокоился о нём.

Мы сели на лошадей, и без лишних слов тронулись в путь, словно каждый из нас пытался проглотить молчание, не зная, что ждёт нас впереди. Туман с утра ещё не рассеялся, и воздух был холодным, но в нём чувствовалась свежесть, как будто природа сама готовилась к чему-то важному. Лошади осторожно ступали по грязной тропинке, и каждый их шаг звучал в пустой, сонной тишине. Мы ехали, будто не торопясь, но в каждом из нас ощущалась напряжённость, словно все мы пытались сохранить молчание, чтобы не нарушить какую-то невидимую границу, которую мы не должны были переступить.

Путь был долгим, и хоть я не признавал этого вслух, внутри меня всё равно росло беспокойство. Я надеялся, что мы успеем добраться до Бордо как можно скорее – увидеть семью, вернуть Энцо домой, а всё остальное оставить позади. Но в голове всё время возникали вопросы, которые я не мог игнорировать. Что если мы не успеем? Что если Бордо окажется не тем, что мы ожидали? Волнение обрастало сомнениями, и я всё чаще останавливал взгляд на Энцо, который, несмотря на свою внешнюю уверенность, казался поглощённым своими мыслями. Его тень на фоне утреннего света, казалась такой же загадочной, как и вся эта дорога, по которой нам предстоит идти.

Прохлада утреннего ветра заставляла меня поежиться, но я не мог позволить себе расслабиться. В глубине души я знал – мы не просто едем в Бордо. Мы бежим от чего-то, что нас догоняет. И с каждым шагом этот «что-то» становилось всё ближе.

4 глава. Азаро.

Когда у тебя есть цель жить, жизнь обретает хоть какой-то смысл. Когда появляется надежда, ты начинаешь считать дни до момента, когда твоя цель будет достигнута. Но что, если ты живёшь сотню лет и больше? Всё теряет краски. Всё тускнеет, становится обыденным и ничем не удивляет. Жизнь перестаёт быть чем-то ценным, она превращается в пустую цепочку дней. Мы отнимаем жизни, убиваем, не задумываясь, не считая их нужными или важными. Люди, сами не ценя свою жизнь, убивают её, не осознавая, что в их руках – лишь прах и пепел. Год за годом я наблюдаю, как они, как скоты, проживают её без цели, без смысла, не зная, что она уже давно исчезла, ещё до того, как они успели её прожить.

Среди людей полно грязи и алчности – всех тех пороков, что разъедают их души, превращая их в пустых оболочках. Они живут, считая, что у них есть цель, что смерть – это завершение чего-то важного. Но для меня мои кандалы – это моя бессмертность, моя неизбежная мука. Я утратил ценность жизни, не вижу в мире никаких красок. Всё стало одним безжизненным серым пятном, где нет ни света, ни тени. Я не могу найти в себе той радости, которую испытывает смертный. Он ложится спать, думая о завтрашнем дне, наполняясь ожиданием, а я не могу уснуть, не могу закрыть глаза, потому что знаю: для меня не существует ни будущего, ни покоя. Я просыпаюсь, как будто каждый день – это проклятие, тянущее меня всё глубже в бездну. Люди молятся Богу за прожитый день, за его доброту, а я его проклинаю. Его милость – это моя невыносимая пытка. Он дал мне вечность, и я заплатил за неё не жизнью, а её утратой. Теперь я живу в пустоте, где даже смерть не может найти меня, где нет ни надежды, ни спасения. Всё, что осталось – это ожидание конца, который никогда не наступит.

Вампиризм – это проклятие, распространившееся по миру, как лесной пожар. Когда-то всё началось с одного человека, обречённого на вечную жажду. Теперь нас стало много, и с каждым днём тьма поглощает всё больше душ.

Микаэль рассказывал, что первый вампир был приближён к Богу. Но за убийство своего брата, за предательство, он был жестоко наказан. Его обрекли на вечное существование во тьме, лишив покоя и света. Он стал изгоем, вынужденным скрываться от солнечного света, проклятым скитальцем, чей голод никогда не утихнет.

Сначала он был один. Годы, десятилетия, века проходили в одиночестве, пока он не передал своё проклятие другому. А затем ещё одному… и ещё. Так родился наш род – дети ночи, обречённые жить в тени, питаться кровью и бояться рассвета.

«Легенда гласит, что ребёнок, рождённый в день лунного затмения, станет ключом к разгадке тайны камня…» Эти слова, как проклятие, звучат в моей голове уже более ста лет. Я объездил весь мир, искал его в самых дальних уголках, в надежде найти того, кто, по словам предсказания, изменит всё. В летописи, что у меня есть, записаны не только даты прошедших, но и тех затмений, что ещё должны наступить. Мы проверили всех детей, рождённых во время зимнего лунного затмения. Каждый раз, когда оно наступало, мы отправляли свои армии в разные города, чтобы найти тех, кто мог бы быть тем самым ребёнком. Но каждый раз это было напрасно. Мы искали, но не находили. Время текло, а ответ всё так же оставался скрытым, как сама тень лунного затмения. Я чувствую, как эти поиски истощают меня, как истощают мою душу. И всё же я продолжаю. Каждый год, каждый цикл – всё ради одной цели. Но что, если это всего лишь мираж? Что, если легенда – это всего лишь ложь, скрывающая истину, которую я не хочу принять?

Об этой легенде мало кто говорил, и никто не утверждал, что это действительно так. Микаэль, мой друг, мой соратник, тот, кто, как и я, жаждал избавиться от вечного заточения на земле, случайно узнал об этом. История была давно забыта, но он каким-то образом добрался до неё. И теперь я был готов поверить в любую безумную идею, лишь бы выбраться из этой бесконечной петли. Но для начала нужно было найти камень Эонарх.

По легенде, которую я прочитал в одной из древних летописи, этот камень когда-то принадлежал небесному дому. Акуру, одному из сыновей Бога, было поручено вернуть его. Эонарх обладал силой, способной исказить разум, и, возможно, именно его магия толкнула Акура на убийство своего брата, Никса. Никс пытался остановить его, вернуть в его сердце свет, но всё было напрасно. После убийства Акура был сослан на землю в вечное изгнание, и сам камень, став символом его греха, был навсегда утерян для небес. Теперь этот камень, согласно легенде, был ключом к чему-то великому, но как найти его в мире, полном тумана и заблуждений? Как найти то, что было потеряно навсегда?

Город Таширо считается самым маленьким на Восточном континенте. Это мой уголок уюта, место, где я могу хоть немного почувствовать себя в безопасности, где тишина и спокойствие позволяют мне собраться с мыслями. В мире есть множество городов, где меня знают как правую руку Микаэля, где моя репутация и действия оставили свой след. Но здесь, в Таширо, я словно затерян, отрезанный от внешнего мира. Люди, живущие здесь, не имеют ни малейшего представления о том, кто я на самом деле. Они не знают, что я – владелец этого города, и для них я просто один из многих, кто скромно проживает свою жизнь. Этот город – мой дом, моя крепость, место, где я родился и где могу хоть немного почувствовать себя человеком. Забавно, что для большинства мира я представляю угрозу, но для жителей Таширо я – их защита. Защита от внешнего мира, от тех, кто жаждет крови, от безрассудных убийств, от краж и всего зла, что может проникнуть в их жизнь. Каждый вампир, обладающий хоть какой-то властью, знает, что было бы глупо попытаться сделать хоть шаг в сторону этого города. Здесь не пройдет ни одна тень угрозы, не будет прощения для тех, кто посмеет нарушить спокойствие этого места.