AI Lex – Нулевой элемент (страница 3)

Себастьян не стал колебаться ни доли секунды. В строительном бизнесе промедление стоит миллионов, здесь — стоило жизни. Он действовал так, словно руководил экстренным сносом аварийного фундамента.

Он бесшумно, точно тень, шагнул из ниши за спину широкоплечего палача. Тот услышал лёгкий шорох цепей, начал медленно разворачиваться, поднимая свою тяжёлую дубину, но траектория его движения уже была просчитана. Себастьян не обладал достаточной физической силой для прямого нокаутирующего удара, поэтому он бил исключительно по векторам максимальной уязвимости.

Обломок железного штыря, ведомый идеальным математическим расчётом, с силой вонзился точно в левый плечевой шов кожаного доспеха громилы. В ту самую точку, где прошивка нитей была полностью разъедена кислыми испарениями, а силовая линия напряжения ткани истончилась до предела. Острый кусок железа с мерзким хрустом пробил старую кожу, плотную ткань поддоспешника и вошёл глубоко в мягкие ткани сустава, разрывая связки.

Громила взвыл раненым зверем, роняя дубину. Его правая рука непроизвольно разжалась, и тяжёлое дерево с металлическими обручами со звоном полетело на каменный пол. Он повалился на колени, хватаясь за окровавленное плечо.

— Тварь! Он живой! Откуда у него оружие?! — завизжал Корней, тот, что был с тесаком. От неожиданности он на мгновение растерялся, но уличный опыт взял верх. Бандит попытался сделать судорожный, размашистый выпад вперёд, целясь Себастьяну прямо в горло широким алхимическим лезвием.

Но архитектор просчитал этот шаг ещё до того, как Корней полностью распрямил локоть. На серо-стальной координатной сетке его зрения траектория движения тесака была видна как чёткая, заранее прочерченная призрачная полоса. Себастьян просто слегка качнул корпусом назад и влево, уходя с линии атаки и пропуская смертоносную сталь в паре сантиметров от своей груди.

В этот же миг его взгляд зафиксировал критическую уязвимость в самом тесаке. Оружие было грубо перекалено при кустарной ковке. В самой толще стали, прямо у основания гарды, затаилось колоссальное внутреннее напряжение — скрытая микротрещина, незаметная для человеческого глаза, но горевшая в зрении архитектора неоновым пунцовым светом.

Используя инерцию промахнувшегося и подавшегося вперёд Корнея, Себастьян перехватил обломок штыря обеими руками и наотмашь, со всей доступной силой коротко рубанул металлическим клином по обуху тесака ровно в область скрытого дефекта, прикладывая вектор силы строго перпендикулярно трещине.

Раздался чистый, хрустальный звон, отразившийся от каменных сводов. Тяжёлое, широкое лезвие тесака мгновенно отломилось у самой рукояти и с грохотом покатилось по камням туннеля, высекая искры. В руках у ошеломлённого Корнея осталась лишь пустая рукоять с коротким, зазубренным обрубком стали.

— Магия Это клановая магия! Он скрывал ранг! Он мастер Живого Металла! — в панике закричал Корней, роняя бесполезную эфсу. Его лицо, бледное и перекошенное от ужаса, в тусклом свете далёкого фонаря выглядело жалко. Бандит полностью потерял волю к сопротивлению. Перед ним стоял истощённый, окровавленный парень, который голыми руками и куском ржавого лома за две секунды полностью уничтожил их экипировку и обратил в прах их превосходство.

Первый громила всё ещё стоял на коленях, прижимая левую руку к окровавленному плечу, и глухо стонал, пачкая пол чёрной маслянистой жижей. Себастьян, не теряя ни секунды на созерцание плодов своего труда, перешагнул через него, сократил дистанцию с замершим Корнеем и упёрся острым концом своего штыря прямо в мягкую выемку под его подбородком.

— Назад. К стене. Плавно, без резких движений, — хладнокровно, без единой лишней эмоции скомандовал Себастьян. Голос подвёл его лишь слегка, сорвавшись на юношеский регистр, но холодный, абсолютно взрослый и безжалостный взгляд сорокадвухлетнего мужчины заставил Корнея мгновенно подчиниться. У этого парня были глаза человека, который видел сотни крушений и точно знал, как быстро ломаются человеческие жизни.

Бандит медленно, дрожа всем телом и едва не стуча зубами, попятился назад, пока его лопатки не упёрлись в холодную, покрытую копотью скалу коридора.

— Не убивай, господин Себастьян Пощадите! Мы всего лишь исполнители! Нам заплатили, мы не знали, что вы что вы из истинных! — запричитал он, вытягивая шею и не смея даже сглотнуть, чтобы не напороться на острое железо.

— Я знаю, что вы исполнители, — спокойно ответил Себастьян, слегка надавливая на штырь, так что на шее Корнея выступила маленькая, идеально круглая алая капля. — Именно поэтому ты сейчас детально, по пунктам распишешь мне всю смету этого мероприятия. Кто ваш наниматель? Кто конкретно из Комитета Кредиторов нанял вас утилизировать меня в этой плавильне? И не вздумай лгать, я по линиям напряжения в твоём теле вижу, когда ты собираешься соврать.

Корней судорожно завращал глазами, косясь на своего раненого напарника, но тот лишь хрипел на полу, истекая кровью, и не мог ничего подсказать.

— Это мастер Горн! — выпалил бандит, задыхаясь от накатившего страха. — Филипп Горн, старший ликвидатор третьей квартальной коллегии Нижнего уровня! Это он подписал финальный ордер на конфискацию всего имущества Дома Верди за долги перед Комитетом. Он лично сказал нам, что если младший сын Верди случайно задохнётся ртутным угаром в закрытой мастерской, то Комитету не придётся выплачивать остаточную долю по закону о выморочном имуществе. Всё имущество, все патенты отца и запасы руды перейдут в личный фонд коллегии! Мы просто выполняли приказ, господин!

Себастьян мысленно зафиксировал это имя. Филипп Горн. Старший ликвидатор. Типичный теневой рейдер, чинуша в кожаных наплечниках, решивший зачистить хвосты, убрать последнего законного наследника и прикарманить остатки алхимического производства. Знакомая по прошлой земной жизни порода людей — такие часто крутились вокруг банкротных предприятий, пытаясь вывезти ценное оборудование под видом строительного мусора.

— Каков юридический статус этого здания и меня лично в данный момент в Улье? — продолжил допрос Себастьян, удерживая идеальный баланс оружия под подбородком врага. — Говори чётко, без утайки.

— Мастерская официально считается закрытой на аварийный карантин из-за порчи ртутных магистралей, — быстро, захлёбываясь словами, заговорил Корней. — Документы о твоей кончине от удушья Горн уже подготовил, их должны сдать в Главную Канцелярию Шестого Улья завтра на рассвете. По бумагам ты уже мёртв, понимаешь? Тебя вычеркнули из списков живых! Если тебя увидят на улицах Верхних уровней, то стража Сектора схватит тебя как беглого каторжника без документов и жетона крови! Тебя просто бросят в плавильные печи Дна!

— То есть, для внешнего мира меня уже официально не существует, — констатировал Себастьян, и на его губах появилась жёсткая, циничная ухмылка. — Замечательно. Значит, у меня полностью развязаны руки и нет нужды соблюдать ваши законы. Сколько у меня времени до того, как сюда прибудет официальная инспекция или новые хозяева из Комитета?

— До полудня следующего дня весь этот туннель перекрыт ремонтными знаками и паровыми заглушками. Никто сюда не сунется, все рабочие боятся ртутных паров как огня, — Корней умоляюще сложил руки перед грудью. — Это всё, что я знаю, клянусь Живым Металлом и святой ртутью! Отпусти меня, господин Себастьян, я уйду на самое Дно Улья, устроюсь на угольные шахты, никто и никогда не узнает, что вы выжили! Я не враг вашему Дому!

Себастьян молчал несколько секунд, анализируя полученную информацию. Его мозг, привыкший к сложным бизнес-схемам, мгновенно выстраивал новый план действий. Оставлять этих двоих на свободе и надеяться на их честное слово было бы верхом глупости и непростительным дилетантством. Как только они окажутся вне зоны его контроля, тут же побегут к своему хозяину Филиппу Горну, чтобы спасти собственные шкуры и получить награду за информацию. С другой стороны, устраивать кровавую бойню прямо сейчас не имело практического смысла — это оставило бы слишком много следов, привлекло бы ищеек по запаху крови и заставило бы тратить драгоценную энергию слабого тела. К любой утилизации нужно подходить экономически эффективно.

— Снимай куртку, — приказал Себастьян Корнею. — Медленно. Сначала левый рукав, потом правый. Движения плавные. И выворачивай все карманы. Всё, что у тебя есть ценного, складывай на пол перед собой.

Корней послушно, как заведённый автомат, выполнил приказ, боясь сделать лишний вдох. На каменные плиты туннеля полетела плотная, относительно чистая суконная куртка серого цвета со стальными пуговицами, а следом за ней — кожаный кошель, связка тяжёлых медных ключей и небольшой складной нож с костяной ручкой.

Себастьян скосил глаза на раненого громилу на полу, который продолжал тихо хрипеть.

— Ты. Сделай то же самое. Живо, отстёгивай пояс, если не хочешь, чтобы я проверил предел прочности твоей шейной артерии этим штырём. Мне терять нечего, я по вашим бумагам уже труп.

Раненый, превозмогая сильную боль и ругаясь сквозь зубы, судорожно стянул с себя широкий кожаный пояс, на котором висел ещё один массивный кошель, и послушно швырнул его к ногам юноши.