Более правдоподобна версия, по которой учителем Лу Цзя был некто Фуцю Бо 浮丘伯 (или Баоцю 鮑丘), ученик Сюнь-цзы, уроженец Ци и знаток Ши цзин. Но и она не бесспорна и основана только на том, что Лу Цзя высоко отзывался об этом ученом (Синь юй 7.5), а также, подобно Шэнь Пэю 申培, ученику Фуцю Бо, демонстрировал знание комментария Гуляна к Чуньцю.
Таким образом, непосредственную цепочку преемственности от Лу Цзя к Сюнь Куану провести затруднительно. Тем не менее и обилие цитат из работ последнего, и литературный стиль, и общие контуры концепции Лу Цзя свидетельствуют о том, что Синь юй был написан под серьезным влиянием школы Сюнь-цзы.
С ней его объединяет интерес к принципам функционирования государства, способам укрепления его престижа, машине наград и наказаний и прочим вопросам, которые до Сюнь-цзы оставались по большей части уделом легистов. Что касается космологии, то Лу Цзя разделяет с Сюнь-цзы представление о безличном небе/природе, не меняющем законов своего функционирования из-за человеческих действий. Да и самый антропоцентризм Синь юй наследует представлениям Сюнь-цзы о совершенномудром человеке.
Жизнеописание Лу Цзя помещено в гл. 97 Ши цзи 史記 («Исторических записок») и в гл. 43 Хань шу 漢書 («Истории Хань»). Из этих источников можно узнать, что он был уроженцем Чу, славился красноречием, относился к числу близких сподвижников Лю Бана – основателя Ханьской империи, а также был занят дипломатической деятельностью, за которую получил титул дворцового советника (太中大夫 тайчжун дафу). Лу Цзя отошел от дел во время правления императрицы Люй, но поддерживал связи с оппозицией и, когда на трон взошел Вэнь-ди, снова был привлечен к дипломатической деятельности.
Примеры дипломатического успеха Лу Цзя – два посольства в Намвьет (Наньюэ), государство, основанное бывшим циньским полководцем Чжао То 趙佗. Первое посольство прибыло в 196 г., и его результатом было признание правителем вассальной зависимости от Хань. В 183 г., во время правления императрицы Люй, двусторонние отношения были разорваны, и Чжао То провозгласил себя императором. После воцарения нового императора Лу Цзя был отправлен в Наньюэ второй раз, и на этот раз Чжао То снова признал себя вассалом Хань.
Кроме этих событий, о биографии Лу Цзя известно мало; он прожил долгую жизнь, у него было пятеро сыновей, но каким было его социальное происхождение, образование и политические симпатии перед крахом Цинь, узнать уже невозможно.
Лу Цзя считается автором хроники Чу Хань чуньцю 楚漢春秋 («Весны и осени Чу и Хань»), посвященной событиям короткого периода между империями Цинь и Хань, а также правления первых ханьских императоров. Сохранились отрывки из нее, в XIX в. собранные воедино. В Хань шу упоминается также о трех одах, написанных Лу Цзя.
Согласно традиции, которой нет существенных аргументов не доверять и которая восходит еще к Сыма Цяню, Лу Цзя представил трону тексты, собрание которых впоследствии и получило название Синь юй. Его доклады преследовали несколько целей: объяснить причины краха Циньской империи, предложить Лю Бану возможную политическую программу и одновременно способы легитимизации новой власти, а также способствовать реабилитации конфуцианства – возможно, даже положить начало его превращению в государственную идеологию. Появление трактата относят к концу царствования Лю Бана, т.е. к середине 190-х годов до н.э.
Версия «Новых речей», которой оперируют современные исследователи, состоит из двух разделов (цзюаней) по шесть глав (пяней) каждый. Первое упоминание о делении памятника на два раздела относится к VI в.; впоследствии в библиографических описаниях это становится общим местом. Для XIII в. есть свидетельство каноноведа Ван Инлиня 王應麟 (1223–1296) о том, что из 12 глав сохранились только семь (заглавия совпадают с известными сегодня). Вместе с тем его старший современник, известный философ Хуан Чжэнь 黄震 (1213–1281), говорит о версии, содержащей 12 глав.
Современные исследователи, следуя за историком философии Сюй Фугуанем 徐復觀 (ум. 1982), сходятся на том, что ко времени Южной Сун существовали как минимум два списка «Новых речей», один относительно полный, второй – «дефектный».
Сомневавшиеся в подлинности Синь юй приводили различные аргументы (их разбирает М. Лёве [Loewe, 1993, p. 173]). Считается, что текстами Лу Цзя пользовался Сыма Цянь при составлении «Исторических записок», но в дошедшей до нас версии не находится прямых цитат оттуда; однако, скорее всего, Сыма Цянь черпал не из Синь юй, а из Чу Хань чуньцю того же автора. То же касается и двух эксплицитных цитат из Лу Цзя в Лунь хэн 論衡 («Весы суждений») Ван Чуна 王充 (I в. н.э.), которым нет соответствия в тексте Синь юй: Ван Чун вполне мог пользоваться и другими трудами Лу Цзя. Интересно, что при этом в Лунь хэн много пассажей, опознаваемых как цитаты из Синь юй, при которых нет никакой ссылки на источник информации.
Кроме того, Лу Цзя цитирует Гулян чжуань, упомянутый выше комментарий к Чуньцю, хотя первая известная нам версия этого текста была найдена в царствование ханьского У-ди (ум. 87 до н.э.), когда Лу Цзя уже не было в живых. Однако совершенно нельзя исключать, что ему мог быть доступен более ранний (устный?) вариант комментария.
Подозрения вызывало также то, что в первой главе говорится о «Пяти канонах» 五經 – это выражение употреблялось для обозначения совокупности конфуцианских классических книг, но стало широко распространенным только при том же У-ди. Это упоминание, действительно, может быть более поздней интерполяцией; при этом, однако, мы не можем сказать со всей определенностью, в каком смысле оно употреблено в тексте Синь юй.
В настоящее время подлинность большей части текста обычно не оспаривают, в целом следуя мнению редакторов Сы ку цюань шу 四庫全書 («Полного собрания книг из четырех хранилищ», 1773–1883), которые полагали, что в тексте возможны интерполяции, но они были сделаны – самое позднее – во времена ранней Тан (VII в.). Первый достоверно описанный ксилограф «Новых речей» относится к началу XVI в.; как и во всех последующих версиях, в нем немало лакун и перестановок. Значительная часть текста Синь юй включена в свод VII в. Цюньшу чжияо 群書治要 («Важнейшее [для управления], отобранное из множества книг»[1]), который был утрачен в Китае в эпоху Сун и снова стал известен там по японскому переизданию в 1780-х годов [Loewe, 1993].
По Цюньшу чжияо цинским текстологам удалось восстановить смысл многих неясных пассажей в минских изданиях. Ван Лици в своем критическом издании в тех случаях, когда версия Цюньшу чжияо отличается от других редакций, склонен следовать именно ей.
Первое критическое издание Синь юй, подготовленное знаменитым текстологом Ван Лици 王利器 (1912–1998), вышло в 1986 г. в серии Синь бянь чжуцзы цзичэн 新編諸子集成 («Собрание сочинений всех мудрецов в новой редакции»). Авторам переводов, которые были выполнены до этого времени, приходилось решать текстологические проблемы самостоятельно, опираясь на наработки цинских филологов (на которых и была в большой степени построена в дальнейшем работа Ван Лици) или предыдущих переводчиков.
Полный текст «Новых речей» был впервые переведен на европейский язык – немецкий – А. фон Габайн [Gabain, 1930]. Первая версия английского перевода Гу Мэйгао 辜美高 появилась в 1974 г., когда он был защищен в качестве магистерской диссертации в Австралийском национальном университете. В переработанном виде он вышел как книга десятью с лишним годами позднее [Ku, 1988], через два года после критического издания Ван Лици, и уже успел учесть исследовательские наработки последнего.
С 2003 по 2012 г. вышли три перевода на французский: [Levi, 2003; Mo, 2006; L’Haridon, Feuillas, 2012], два последние с параллельным китайским текстом. Э. Сабаттини выпустила перевод на итальянский язык [Sabattini, 2012], на основе которого позже появился самый новый на сегодняшний день англоязычный перевод [Goldin, Sabattini, 2020].
Есть как минимум два перевода на японский язык [Кодзима, 1921; Миядзаки, 1993]. Переводы на современный китайский язык выполнены Ван И [Ван, 1995] и Цзян Айлинем [Цзян, 2015].
На русский язык трактат полностью не переводился. В 1990 г. в составе хрестоматии «Древнекитайская философия. Эпоха Хань» (сост. Ян Хин-шун), задуманной как продолжение вышедшего в серии «Философское наследие» двухтомного сборника переводов «Древнекитайская философия» (1972), были изданы переводы гл. 1, 4, 8 и 10, выполненные Е.П. Синицыным [Синицын, 1990]. Можно предположить, что перевод был выполнен до выхода в свет работы Ван Лици, поскольку о ней даже не упомянуто во вводном пояснении к переводу.
Дошедший до нас текст Синь юй включает ряд рекомендаций по управлению государством, построенных по большей части на противопоставлении политическим принципам империи Цинь. Для автора (авторов) власть циньских правителей утратила легитимность, поскольку, максимально отделенная от народа, положила в основу политики неверные принципы: не гуманность и справедливость, а насилие. К краху государства вели также последовательный милитаризм циньских правителей, их склонность затевать строительные мегапроекты, для которых требовалась регулярная мобилизация рабочей силы, близорукая кадровая политика. Синь юй не предполагает изначальной нелегитимности Цинь и не изображает основателя этой империи безнравственным чудовищем, но показывает, как череда неразумных выборов приводит к падению власти. Для этого памятника стартовая точка Хань, судя по всему, не особенно отличается от стартовой точки Цинь. Лю Бан и его наследники получили в свое распоряжение империю, созданную не ими; им предстояло не творить новый мир, но понять, где их предшественники свернули не в ту сторону, и избежать тех же ошибок, реализовав потенциал созданного Цинь государства.
