Агата Полуночная – Ловушка крови (страница 7)

Знаю, что будет дальше. Рука исчезает с моей кожи, и я получаю шлепок. Рыдания от унижения рвутся наружу, однако вместо всхлипов получается стон, который заглушает покрывало, попавшее мне в рот. Получаю следующий шлепок, и слёзы всё же брызгают из глаз. Зрение затуманивается, и я понимаю, что теперь мне ничто не поможет сбежать. Мой мучитель слишком силен, и я полностью в его власти.

В какой-то момент руки исчезают с моего тела, но рыпнуться не успеваю. Мучитель возвращается, кладёт две ладони мне на талию, скользит ими вниз и тут же резко спускает с моих бёдер шорты и нижнее бельё. И снова шлепок, но уже не такой унизительный и жёсткий. Лежу перед ним полуобнажённая, и сгораю от стыда. Его пальцы проникают внутрь меня, и я кричу, но звук не проходит сквозь покрывало. Мне кажется, что надо мной кто-то хмыкает. После пальцев в мое тело врывается на всю длину его «мужское достоинство». Оно таранит моё тело, не заботясь о том, что я чувствую. Доминирует. Чувствую тепло, которое заливает меня изнутри. Его тело дергается надо мной и затихает. Он выходит из моего тела, тяжело дышит, и я тут же надеюсь, что всё закончилось. Но как же я ошибаюсь! Он повторяет свои выпады ещё несколько раз, рыча от разрядки. Мои слёзы высохли. Я лежу неподвижно, лишь бы не спровоцировать его на новые заходы. Жду, пока он заснёт, и тогда я смогу попробовать сбежать.

Но и тут мне не везёт! Меня словно подбрасывает в воздух, а затем переворачивает на спину. Его руки и губы начинают колдовать над моей кожей. Его пальцы скользят по моему «островку удовольствия». Постепенно мое тело расслабляется, и волны желания затапливают мозг, отрывая меня от реальности. Я кружусь в них. Стоны вырываются из меня, унося с собой самоконтроль. Извиваюсь под ним.

Моё тело горит от его прикосновений, и я уже на грани. Он доводит меня до «взрыва» и тут же отстраняется. Холод, возникший из ниоткуда, охлаждает моё тело и слегка приводит разум в нормальное состояние.

Лежу, не двигаясь, жду, пока его дыхание выровняется. Как только улавливаю момент, срываюсь с кровати, подбираю свою одежду, быстро одеваюсь и бегу. По пути осознаю, что забыла шлёпки в номере шефа. В какой момент они свалились, не помню, но сейчас я бежала до своего номера босиком. Мне повезло, что карточка от номера удержалась в шортах, а вот телефон куда-то пропал.

Добегаю до своего номера, отпираю дверь и, закрыв её за собой на замок, скидываю здесь же одежду и бегу в душ, чтобы смыть его прикосновения. Стираю кожу. Вся покрасневшая выхожу из душа и падаю на кровать, мгновенно засыпая.

Глава 7

Просыпаюсь оттого, что солнечный свет заливает подушку и бьёт прямо в глаза. Тепло и хорошо.

Но чувство надвигающейся катастрофы накатывает и мешает наслаждаться отдыхом. Оно свербит внутри меня и портит ясный день. То, что произошло вчера отзывается болью внутри и чувством вины, ведь я снова не смогла избежать приставаний шефа. Плакать хочется ужасно! Дышу. Пытаюсь выровнять свою панику и страх так, чтобы в мозгу наступил хотя бы мимолётный покой.

Встаю, собираю вещи. Сегодня я, наконец-то, освобождаюсь от внимания шефа и могу свободно распоряжаться своим временем.

Оставляю ключ от номера на ресепшене, заказываю такси. Пока жду, сижу в кресле и пытаюсь дочитать роман. Очень надеюсь, что Лисов уже уехал. Видеть его у меня нет никакого желания.

Не читается. Уследить за мыслями автора не получается. Откладываю книгу, берусь за телефон и обнаруживаю там новое смс, в котором содержится уведомление о денежном переводе. Сумма такая большая, что не могу понять, за что это. Обещаю себе разобраться с этим, когда доеду до своего нового отеля. Но где-то в глубине души разбираться мне не хочется. А хочется присвоить их себе и пожить хотя бы раз в нормальных условиях, не отказывая себе в элементарных вещах.

На автомате захожу в свою рабочую почту чтобы проверить письма. Понимаю, что пароль не подходит. Сверяюсь с блокнотом, где записаны все мои пароли. Снова не подходит. Набираю номер Вани из IT-отдела. Он сразу отвечает на звонок, словно ждал его.

– Вань, привет. Скажи, мне пароль от почты не меняли? Мой старый не подходит.

– Привет, Ава. Тут такое дело. – (пауза) …Не я, конечно, должен тебе рассказывать о сложившейся ситуации. Но я тебя уважаю, поэтому слушай. Короче говоря, утром позвонил Лисов и в приказном порядке выдал распоряжение отключить тебя от рабочих программ и от почты. Анька из кадрового отдела следом зашла и сказала, что приказ на увольнение уже оформила на тебя. Лисов уволил тебя одним днём.

Молчу. Пытаюсь переварить услышанное, но ничего осознать не могу. За что? Это я должна была подать на него заявление, а не он на меня выписывать стоп-лист.

– Вань, а моя трудовая? Вещи?

– Всё собрали в коробку и запечатали. Она ждёт тебя на пункте охраны.

– Быстро вы. И часа не прошло.

– Прости, Ав. Он был так зол, что возразить никто не посмел. Хуже обычного!

– Ладно, я поняла. Пока.

Сбрасываю звонок. Сижу в шоке. К счастью, на телефон пришёл сигнал, что такси подъехало. Загружаю вещи, сажусь на заднее сиденье и погружаюсь в невесёлые мысли. Теперь ещё и работу новую искать. И главное, за что? Нет, ну правда, как так-то? Я же ещё и виноватой осталась. Надо было бы поговорить с шефом и разобраться, а то и пощечиной отоварить.

Эх, думы мои тяжкие. За ними не замечаю, как доезжаю до своего нового отеля. Конечно, после царского отеля Лисова мой выглядит убого. Но ничего!

Мне же теперь необходимо экономить. Заселяюсь в номер, переодеваюсь и иду к морю. Теперь это моё единственное средство от грусти и печали.

До вечера расслабляюсь, загораю и плаваю. Возвращаюсь в номер, достаю письмо. На конверте всего две строки, напечатанные без адреса и подписи. Только моя фамилия и имя. Сначала сомневалась, вдруг это ошибка. Пыталась вычислить, кому понадобилось мне писать бумажное письмо, и кто мог быть в курсе, что я разыскивала родных? Подруги знали, но так заморачиваться они бы не стали бы. Значит, это кто-то неизвестный. И это одновременно и страшно, и интригующе. Хотелось бы, чтобы подруги были рядом, но они не смогли. Слишком быстро я решилась на поездку. Всё бросила и улетела.

Достаю бумагу из конверта и в десятый раз перечитываю печатный текст:

– «Августине Зайкиной. Будь в Турции седьмого августа. Будет суд. Найдёшь российское посольство в Анталье, увидишь мужчину в синем костюме. Он поможет в твоих поисках».

Седьмое августа уже завтра. Жаль, что время в записке не указано и нет точного адреса. Придётся с раннего утра искать посольство, чтобы мужика не пропустить. В номере подключаюсь к вайфаю и изучаю карту Анталии. Нахожу единственное посольство в этом городе. Значит, мне туда. Ловлю себя на мысли, что уже сегодня начинаю нервничать. Странное письмо. Странные обстоятельства. Да и сама мысль, что чужой человек сможет помочь, кажется мне невероятной.

Засыпаю быстро, просыпаюсь ещё быстрее. Такое ощущение, будто и не спала совсем. Усталость накатила. А может быть, это надвигающийся стресс. Разбираться-то некогда.

Выбираюсь из кровати, собираюсь, заказываю такси и выезжаю к посольству. Сажусь на скамейку напротив входа и жду. Жарко ужасно, но терплю. И я вот вижу, как к центральному входу здания, за которым пристально наблюдаю, подъезжает чёрная машина, из которой выходит (не верю своим глазам) Лисов в синем костюме. И еще один сюрприз: рядом с ним, на самоходном электрическом кресле-каталке, едет Барханов. Явное преуменьшение сказать, что я была удивлена! Шок – это по-нашему!

– Максим Эдуардович! – кричу ему.

Он оборачивается и смотрит на меня зло:

– Зайцева, ты чего здесь? Следишь за мной?

– Нет. Мне письмо в почтовый ящик кинули. Вот.

Достаю письмо, даю ему в руки. Он читает и хмурится.

– Ты решила, что это я? Смотри! – указывает мне на второго мужчину, который тоже был в синем костюме, – Может, это он? Я тут ни при чём!

Смотрю, и правда. Мужчина, лет за пятьдесят, холёный такой, в дорогом синем костюме, подходит ко входу в посольство. В голове бьётся мысль: бежать мне надо за ним, но ноги словно приросли к земле.

– Иди, упустишь! – подталкивает меня Лисов.

– Вас забыла спросить, что мне делать! – огрызаюсь.

От души отлегло, что не Лисов мне нужен. Разворачиваюсь, смотрю в упор на бывшего шефа. И вдруг находит такая злость и помутнение. Рука взмывает вверх, и звонкая пощёчина оставляет на щеке Лисова ярко-красный отпечаток ладони. После этого как-то отпускает. Ноги отмирают. Разворачиваюсь и бегу от ошеломлённого Лисова в противоположную сторону.

– Подождите, пожалуйста! – кричу вслед незнакомцу в синем костюме.

Добегаю до него и останавливаюсь. Едва слова слетают с моих губ, как осознание приходит, что я не знаю, на каком языке с ним говорить.

– Извините, – говорю ему в спину.

Оборачиваются все, кто шёл с мужчиной рядом: две женщины в светлых костюмах и юная девушка в цветном платье.

– Простите, могу ли я с вами поговорить? – нервно спрашиваю, глядя прямо на него.

Вот только он, видимо, меня не понимает. Подозрительно смотрит, как будто я грязь на его ботинке, которая намертво приклеилась к дорогой подошве. Очень высокомерный тип.

– Что Вам нужно? – спрашивает девушка с сильным акцентом.