Агата Лель – Останемся врагами (страница 26)
– Ну, привет.
Матвей, в темных очках и белой футболке сидит на рулем, в салоне играет легкая музыка. И какого бы я не была о нем мнения, что бы не думала, не могу не отметить, что сукин сын до безобразия хорош собой.
– Ты чуть не сбил меня, придурок, – поправляю на плече сумку и пытаюсь обойти капот, но он давит на газ и продвигается вперед на полметра, блокируя тонированной махиной путь. – Дай пройти.
– Не соскучилась?
– Да пошел ты.
Он широко улыбается, очевидно довольный всем происходящим. Довольный собой.
– Садись. Прокатимся, поговорим.
– Нам не о чем разговаривать, – делаю шаг и слышу угрожающий рык мотора.
– Не о чем? Серьезно? А мне так не кажется.
– После всего, что ты сделал? Твой поступок был мерзок. Как и ты сам. Ты мне противен.
– Не п*зди, – снова расслабенно улыбается. – Садись, говорю.
Он ведь не отстанет. Лучше решить все прямо сейчас, – уговариваю я себя, все-таки забираясь в прохладный салон.
В глубине души я понимаю, что сильная и гордая девушка должна показать ему фак и уйти. Но я очень хочу получить честные ответы. Глядя ему в глаза.
– Куда поедем? – поворачивает на меня голову. – Выбирай.
– У нас не свидание, – стараюсь отвечать как можно резче. – Говорить можно где угодно, даже тут.
– Боюсь, твоей охране это не понравится.
– Это не моя охрана. Это водитель.
– Странно, что твой папочка не позаботился.
– А надо было?
– Ну, вокруг полно ублюдков.
– И ты главный среди них.
Он смеется, запрокинув голову назад. Ему весело!
Ногти впиваются в кожу ладоней. И вот именно сейчас она начинает цвести буйным цветом – ненависть. Жгучая, острая, невероятно мощная.
Растоптал меня и смеется!
– Тут недалеко ей хороший ресторан, – заводит мотор. – Можем поехать туда. С меня ответка за ту шаурму.
– Я не собираюсь ходить с тобой по ресторанам.
Он ухмыляется и резко покидает территорию клуба. Я не знаю, видел ли нас Герман. Судя по тому, что Мерседес стоит на месте – нет. И это радует, значит, никто не будет стоять над душой и капать назойливыми звонками на нервы.
Я не боюсь его, Матвея, мне не страшно, что он сделает мне что-то плохое, потому что самое плохое он уже мне сделал.
Едем мы совсем недолго, молча и тормозим у ворот закрытого жилого комплекса.
Я знаю это место – дорогие резиденции с шикарным видом на город, собственный теннисный корт на территории и прочие блага, указывающие на статус жильца.
– Где мы? – задаю вопрос, хотя предполагаю.
– Я здесь живу.
– Я думала, ты живешь в другом месте. В двухкомнатной квартире с фотографией "мамочки" на стене.
Он снова ухмыляется.
– Ну не мог же я привезти тебя сюда сразу и выложить все козыри на стол. Не хочешь посмотреть, как я живу на самом деле?
– Нет.
– Боишься? – прямой взгляд прожигает насквозь – темные очки он снял. – Если боишься – о'кей.
– Я не боюсь тебя! – цежу сквозь зубы. – Мне на тебя наплевать.
– Значит, никаких проблем? Хочу переодеться.
Отворачиваюсь, показывая, что в его руках полный карт-бланш. Я действительно его не боюсь.
Машина заезжает в ворота и, проехав пару салонов и ресторан, плавно спускается в одну из подземных парковок. Там мы выходим, прямо из парковки погружаемся в лифт, в окружении зеркал и точечной подсветки бесшумно взмываем вверх.
Вот здесь он – в окружении статусной роскоши – на своем месте. Это все – ЕГО настоящая жизнь. Как можно было быть настолько слепой, чтобы сразу не заметить? Недорогая тачка, непонятная квартира и холеный Матвей… смешно.
– Хорошее настроение? – спрашивает он, прислонившись плечом к зеркальной стене. Он смотрит на меня нагло и откровенно. Карты раскрыты и нам больше нечего скрывать друг от друга. – Чему улыбаешься?
– Тому, как сильно я не разбираюсь в людях.
– Просто ты еще маленькая, не доросла.
– А ты ублюдок. И я тебя ненавижу.
– Тогда зачем ты здесь?
– Потому что мне нужны ответы, – толкнув его плечом, первой выхожу из плавно разъехавшихся в разные стороны дверей лифта. – И сегодня я их получу.
Глава 22
Попадаем мы сразу в квартиру. Никаких тебе коридоров, лестничных площадок, посторонних глаз. Абсолютный комфорт, полная анонимность и безопасность.
Мне это знакомо, но здесь, среди ультрамодной обстановке в стиле скандинавский лофт, примущественно черных тонов, я не чувствую себя как дома.
Имитируя расслабленность, опускаюсь на массивное кожаное кресло. Ног касается что-то мягкое – огромный серый кот, чистокровный мейн-кун, с безразличной миной проходит мимо, словно не замечая "небольшого недоразумения" в виде моих ступней.
Роскошный. Как и все, что окружает его хозяина.
– Как его зовут?
– Похуист, – бросает Матвей, попутно стягивая футболку. Кошак, услышав свое имя, резко поворачивает голову. Его действительно так зовут. Дурдом. – Я на минуту в душ. Не против?
Дергаю плечом, стараясь игнорировать его идеальный пресс. Не вспоминать его упругость и градус кожи.
Он волнует меня, и за это я ненавижу его еще больше.
Квартира – большая студия, и душевая находится чуть левее. Не прикрытая ничем, кроме абсолютно прозрачной стены.
Логово холостяка. Человека, которому не от кого прятаться.
– Можешь сварить себе кофе. Или загляни в бар, там должно быть что-то из арсенала бабской дряни.
– Спасибо, я ничего не хочу.
– Дело твое, – и скрывается за прозрачной дверью.
Я вижу, как он снимает джинсы, а затем белые боксеры. Небрежно бросает тряпки на корзину для белья, включает напор воды. Струи широкой тропической лейки бьют по его макушке и загорелым плечам, стекают по рельефной спине и ниже, по подтянутой и крепкой как орех заднице.
Я смотрю на действо напротив и злюсь на себя за то, что, вцепившись пальцами в подлокотники, не могу отвести взгляд. Просто не могу! Его тело завораживает меня, завораживает его раскрепощенность и даже его наглость. Меня завораживает ОН, и это нервирует.
Что я здесь делаю? Почему согласилась сесть в его машину? Приехать в его дом?