Агата Ежова – Запретил себе её любить. (страница 3)
— А ты, смотрю, перестал быть рэпером-страдальцем, — хмыкаю я. — Где твои «гангстерские худи» и кепки с надписью «Respect»?
— Всё, Ромашина, я теперь взрослый и солидный.
Он театрально крутится, чтобы я оценила все изминения. Передо мной стоит не тот раздолбай в мешковатых штанах и толствкой с капюшоном, каким я его помнила. Он увлекался тогда репом, пытался выглядеть «по-уличному». Сейчас на нем идеально сидящее пальто, дорогие ботинки, стильная стрижка. Выглядит… успешно.
— Ну ты мне тогда сюрприз устроила… — качает он головой. — Я до сих пор вздрагиваю.
— А нечего было мне изменять, — фыркаю.
Кирилл тогда еще работал диджеем. Я поймала его с блондинкой на коленях в его же студии. Пока он развлекался, я вынула все его виниловые пластинки и переложила их в другие конверты. У него было несколько сотен пластинок, это заняло несколько часов. На следующий день он должен был давать концерт, и мне рассказывали, что он был в ярости, он не смог найти ни один нужный трек. А еще я перед уходом натёрла пару трусов изнутри перцем чили. Жестоко? Не думаю.
— Сказать, что я тогда прифигел — ничего не сказать. Пластинки я около месяца разбирал, а от шкафа для нижнего белья у меня теперь есть ключ.
Мы оба начинаем громко смеяться.
— Со мной так нельзя, Завьялов. Мой мужчина должен боготворить только меня.
Я делаю паузу и невинно добавляю:
— Это ты ещё не знаешь, что я тогда твоей зубной щёткой унитаз почистила и положила её обратно.
— Чего-о-о?! — Кирилл резко меняется в лице, корча гримасу чистого, ужаса и отвращения.
— Да ладно, я шучу. Не боись. Конечно же я не шутила. Но Кириллу об этом знать не обязательно.
— Теперь-то я тебя понимаю, — говорит он, и в его взгляде появляется деловой, заинтересованный блеск. — И есть весьма веские основания тебя боготворить. Я повзрослел, многое пересмотрел. Музыка теперь не только хобби, а бизнес.
— Ну что, — предлагает он, — может пойдём кофе попьём? Прогуляемся? Посмотрим, кто из нас стал взрослым, а кто просто научился делать серьёзное лицо.
В этот момент телефон судорожно завибрировал в кармане. Гневные сообщения от Саши: «Яся, ты где?!», «Вернись немедленно!», и куча пропущенных звонков от Артема.
— Знаешь что? —говорю я, запихивая телефон поглубже в карман. — Пошли.
Мы идем по набережной, пьем ароматный капучино, беседа льется удивительно легко. Смеемся, вспоминаем глупости из нашей раней молодости. Кирилл стал интересным собеседником, и это приятно отвлекает.
От Саши приходят новые сообщения: «Напиши хотя бы, что с тобой всё хорошо. Пожалуйста.»
Мне становится стыдно. Она ни в чём не виновата. Пишу, что всё нормально и просто хочу побыть одной. Она должна меня понять.
Кирилл предлагает поехать к нему продолжить праздник. На автомате я соглашаюсь. Но когда его машина проезжает мимо здания полиции, меня будто окатывает ледяной водой. Я резко прошу остановиться. Пора начинать следить за своими безрассудными решениями.
Он пытается уговорить меня, и даже тянется для поцелуя. Я ловко уворачиваюсь, притворяясь, что поправляю шарф.
— Ну давай тогда хотя бы на свидание сходим? — Он смотрит на меня своими бездонными голубыми глазами – опасное оружие, в котором я когда-то чуть не утонула.
Телефон снова звонит. Макс.
Бездонная дыра снова расползается в моей груди. Мне опять тяжело дышать. Считаю до пяти, закрыв глаза.
— Есения, всё нормально? Кирилл берёт меня за руку и с тревогой смотрит в глаза. В них, наверное предательски блестят слёзы.
— Пойдём, — говорю Кириллу. — С удовольствием.
Он как будто не понимает о чём я говорю, продолжает так же тревожно смотреть на меня.
— Ну на свидание, — пытаюсь добавить в голос радости, но плохо получается. — Или уже передумал?
— Ни за что на свете. Расплывается он в улыбке.
Мы обмениваемся номерами, договариваемся встретиться после праздников. Он настаивает довезти меня до дома, но я категорически отказываюсь.
До своей съёмной квартиры еду в такси, глядя в темное окно. В квартире холодно и пусто. Скидываю с себя куртку с шапкой и прямо в платье, падаю на кровать и просто смотрю в потолок, пытаясь заглушить хаос в голове.
Телефон оживает. Кирилл.
«Спокойной ночи, богиня мести. Уже скучаю.»
«Не боишься, что я выкраду твой ключ от шкафа с трусами и сделаю себе дубликат?»
«Мои трусы в твоём полном распоряжении. Обещаю. Буду мечтать только о нашем свидании.»
«Это мудрое решение, Завьялов. Умный мужчина – моя слабость.»
«Тогда готовлюсь блеснуть интеллектом. До встречи.»
Переписка легкая, игривая. Но в груди – пустота. Переворачиваюсь на живот и утыкаюсь в подушку лицом, пытаясь заглушить свои рыдания. Вдоволь наревевшись, проваливаюсь в тяжелый, тревожный сон, где смешиваются смех Кирилла, ледяные глаза Макса и далекий звук скользящих по льду коньков.
Глава 3
Мой сон нарушали какие-то странные звуки: трели, песни, будто у меня в голове завёлся нервный соловей с плохим вкусом. Утром я наконец поняла, что это было.
Телефон.
Куча пропущенных: от Саши, от Артёма, и самое ужасное от Макса.
Етить-колотить. Мне крышка.
Первым делом набираю Сашу. Подруга, в отличие от некоторых мужчин, не виновата в моих амурных переживаниях.
На удивление, Саша разговаривает со мной спокойно. Подозрительно спокойно. Без нотаций, без «Яся, ты вообще думаешь головой?»
И только через минуту до меня доходит — почему она такая спокойная, как танк на нейтралке.
— Всё нормально, — говорит она. — Макса выписали, и он сейчас приглядывает за тобой. Так что я спокойна.
— В каком смысле приглядывает? — медленно уточняю я.
— В прямом. Ещё я слышала, как Артём с ним говорил по телефону. Там что-то про «угроза устранена» и «тебе ничто не угрожает». Но, типа, всё равно надо быть бдительными.
— Чего-о-о?! — я сажусь в кровати, перед глазами поплыли чёрные пятна, голова слегка кружится.
— Саша, что за номер? Может, уже объясните, зачем мне личный телохранитель, да ещё и в лице Макса?! Зажмуриваю глаза и жду когда кровь полноценно прильёт к голове, а давление стабилизируется. Мне нужен полноценный завтрак, и желательно сладкое. Много сладкого.
— Я сама ничего толком не знаю, — вздыхает она. — Артём мне ничего не говорит. Боится снова втянуть меня в какие-то неприятности.
— Прекрасно, — фыркаю я. — А меня, значит, втягивать можно. И вообще, не нужен мне охранник. Я сама кого хочешь доведу до безумия.
— Особенно мужчин с неустойчивой психикой, — хмыкает Саша.
— У Макса, кстати, она сильно переоценена.
— Яся…
— Что? Я честно стараюсь быть паинькой.
— Кстати, ты замуж выходишь? — судя по Сашиной интонации она и так поняла, что это мой очередной бред. — Решила Максима до инфаркта довести?
— Думаю, его это мало задело, так что мне все-равно. Но если что, поддержи мою легенду. Помни, ты мой друг, я твой друг. А не Макс.
— Ладно, — говорит Саша. — Ещё не было ни одной твоей безумной идеи, которую бы я не поддержала.
— Санёк, ты мой самый верный друг, и в горе, и в радости, и в шалости.
— Ну ладно мне пора, там Артём пытается швы сам себе снять, пойду воевать.
— Господи, как маленькие дети эти мужчины, дуй давай к своему Мотео.
Мне срочно нужен ритуал очищения. Иду к ванне, бодро минуя зеркало… и делаю фатальную ошибку — мельком глянула на свое отражение. Надо срочно приводить себя в порядок.