Аэрту Райн – Перед штурмом (страница 15)

Рыцари грянули смехом.

– Ладно! Как вы тут, черти, поживаете? – окидывая дружеским взглядом всю честную компанию спросил Бэвор. – Яго говорил, будто вы тут совсем тиной заросли.

– И был прав, тут все по-старому, – лениво пожал плечами Демайр, – С твоего отъезда ничего не поменялось.

К ним приблизились Черный Себастьян и Яго Слайн. В руках у Слайна был Т образный предмет, напоминавший ручную баллисту.

– Вам это понравится, – с нежностью проведя пальцами по лакированному дереву, сказал Яго. – Давно уже ждал, когда прибудет.

– Что это за штуковина, Слайн? – Жак наклонился вперед, его курчавая борода дрогнула от любопытства.

Яго вместо ответа поджал губы и издал пронзительный свист, привлекая внимание пары лучников из охраны обоза.

– Эй, увальни! – крикнул Яго, подбрасывая в воздух золотую монету. – Хотите заработать? Повесьте-ка мишень на тот дуб.

Через мгновение деревянный круг с алым глазом в центре уже качался на ветке. Собралась толпа зевак – люди отвлеклись от разгрузки телег, привлеченные необычным зрелищем.

– Не робейте! – подзадоривал Яго лучников. – Покажите на что способны.

Первый стрелок, натянул тетиву, замер на мгновение – стрела со свистом вонзилась в край мишени, вызвав смешанные возгласы толпы.

Второй лучник выступил увереннее. Его стрела, описав плавную дугу, ударилась в палец от центра, что вызвало одобрительный ропот и редкие хлопки.

– Не плохо, не плохо. – похвалил Яго, вращая между пальцами утолщенную стрелу с массивным наконечником. В его тоне сквозило снисходительное великодушие человека, сознающего свое превосходство.

Рыцарь ловким движением зарядил странное орудие. Металлический механизм щелкнул, взводя тетиву. В воздухе повисло напряженное ожидание – даже ветер, казалось, затаил дыхание.

Громовой щелчок разорвал тишину. Болт вылетел с резким свистом. Вонзившись точно в алый глаз мишени, он сорвал ее с ветки. Деревянный круг пронзенный насквозь, с глухим стуком пригвоздился к стволу дуба, рассыпав вокруг дождь щепок.

Толпа застыла в оцепенении, затем взорвалась восторженными криками.

– Святой Эол!

– Помилуй нас, Отец!

Демайр восхищенно присвистнул, и даже невозмутимый Черный Себастьян поднял бровь впечатленный. Яго же стоял, наслаждаясь произведенным эффектом, с хищной улыбкой победителя.

Он небрежно швырнул стреломет второму лучнику и обратился к приятелям:

– Арбалет. Новейшее изобретение штольских мастеров, – в его голосе сквозила гордость, смешанная с вызовом. – Пробивает стальной доспех, как пергамент. Со следующим обозом привезут целую сотню таких красавцев.

Жак де Мерэ грубо сплюнул под ноги.

– Оружие трусов. – проворчал он, встречая удивленные взгляды. – Скоро мы все будем бегать с ними. Прятаться в кустах, как разбойники, и убивать противника, даже не видя его лица. Где же место для доблести и честного клинка?

В его голосе звучала горечь старого ветерана, чувствующего как уходят ратные времена. Бэвор нахмурился, его богатырская рука непроизвольно сжала рукоять меча, как будто клинок собирались вырвать у него. Яго криво усмехнулся:

– Когда дело касается твоей шкуры, милый Жак, то все книжные идеалы меркнут перед простым вопросом – что эффективнее?

Симон кивнул циничным словам Слайна.

– Да, доблесть и честь все слабее в нас. Нынче мы сражаемся не как люди – за правду, а как звери – ради утоления ненависти.

Яго Слайн закатил глаза, обменявшись с Черным Себастьяном красноречивым взглядом.

– Звери сражаются за выживание, – ответил тот, чеканя каждое слово. – Не останови мы Лунную Империю, она бы пожрала всех нас. Вместе с твоими благородными идеалами.

– Как скажешь, – Симон тряхнул головой, словно отмахиваясь от мухи. Он на мгновение сжал плечо Жака – жест, в котором было немое понимание его горечи. – Я в дозор.

Он развернулся и зашагал прочь, грубо прокладывая себе путь через толпу зевак.

– В нем много боли… – Черный Себастьян провожал взглядом сине-белый плащ, колыхающийся в такт быстрым шагам.

– У возвышенных натур всегда так. – саркастично скривил губы Яго Слайн. – Бояться признать свою темную сторону. Мечтают быть лучше всех.

– Не мерь всех по себе, – заступился за друга Жак. – То, что ты беспринципный подонок, не делает остальных такими же.

Яго рассмеялся – громко, искренне, будто услышал лучший в жизни комплимент.

– Да-а. – Бэвор потянулся, и его лицо озарилось широкой ухмылкой. – Теперь чувствую – я дома.

VI

– Враги!

Крик прорезал ночную тишину. Симон, перехватив меч, бросился в сторону дозорного поста, откуда доносились вопли. Доспехи клацали в такт каждому шагу. Впереди, сквозь редкие деревья, мелькали огни факелов, нервно метались тени.

– Вылазка! Вра… – крик резко оборвался.

Пятеро дозорных отчаянно отбивались от черных теней с изогнутыми клинками. Все больше решиитов вылезало из рва, окружающего Азру. Их доспехи, измазанные сажей, сливались с темнотой. В ночи раздались новые крики:

– К оружию! Враг!

На бегу сбрасывая ножны, Симон ощутил знакомый прилив ясности.

В бою нет мыслей. Нет сомнений. Тело живет само.

Его меч со свистом опустился на голову ближайшего нападавшего – тот уже прижимал дозорного к земле, занося длинный кинжал. Удар с глухим скрежетом пробил шлем.

– Защищайте требушеты! – выкрикнул Симон, услышав за спиной топот патрульных.

Справа выскочила еще одна тень. Решиит вскинул саблю, но «Скромный» встретил клинок врага – раздался звонкий лязг, вспыхнул сноп искр. Ответный взмах капитана отсек врагу руку по локоть. Вопль боли тут же смолк – клинок с тупым хрустом врезался в грудь решиита.

Краем глаза Симон уловил движение и нырнул за ближайшее дерево. В ствол, одна за другой, вонзились две стрелы.

Рыцарь уже мчался вперед, к осадным орудиям – их силуэты чернели среди дыма. Именно там кипела главная схватка. Позади раздались боевые кличи: подоспевший патруль врубился в засевших лучников.

Впереди, сквозь общий грохот сражения, пробился треск ломающихся балок. Симон увидел, как четверо решиитов рубят тросы требушета. Не раздумывая, он с разбегу врезался в гущу врагов.

Его меч вспорол ночь сверкающим полумесяцем. Первый решиит даже не успел вскрикнуть – только издал хриплый стон, когда клинок рассек шею. Второй нападающий, в кольчужном капюшоне, рванулся навстречу. Он яростно атаковал, но Симон ловко увернулся и рубанул по открытому плечу. Однако его клинок встретил неожиданно точное, выверенное парирование.

Блеснув инкрустированной рубинами саблей, враг контратаковал с пугающей быстротой. Сталь, черная от крови, со скрежетом скользнула по шлему рыцаря, высекая искру прямо перед глазами. Ноги сами понесли его назад. Симон отшатнулся, спасаясь от следующего удара. В ушах еще стояло оглушительное эхо скрежета.

Бойцы на мгновение замерли оценивая друг друга сквозь щели шлемов. Симон понял – перед ним не обычный солдат. Мамлюк – элитный воин решиитов. Рыцарь Лунной Империи.

Капитан Меча почувствовал, как воздух сгущается от опасности. Периферией зрения он уловил движение – справа и слева, бесшумно, как тени, к нему подступили еще два воина. Они атаковали синхронно. Клинки, рассекая воздух яростным свистом, обрушились на него с двух сторон. Симон отступал, едва успевая подставлять клинок то под один, то под другой удар.

И тогда, будто из ниоткуда, возник мамлюк. Удар. Стремительный. Смертельный. И даже отразив его, рыцарь едва не выронил меч, отозвавшийся болью в предплечьях. Колени предательски подкосились, но он устоял, пошатнувшись как пьяный.

Сердце колотилось, отбивая не страх, а ярость. Ярость загнанного зверя.

Приняв низкую стойку, Симон перехватил рукоять крепче, чувствуя, как капля пота ползет по виску.

Трое.

Два воина решиитов – быстрые, безжалостные.

Мамлюк – холодный, расчетливый, смертоносный.

«Здесь мой рубеж! Умру, но тебя заберу с собой!» – подумал Симон, пока легкие судорожно ловили воздух.

Грозный воин что-то хрипло выкрикнул на своем отрывистом языке. Его соратники начали расходиться, обходя Симона с флангов, точно волки, загоняющие добычу.

Рыцарь пятясь, пытался удержать всех троих в поле зрения.

Мышцы ног напряглись, готовые сделать решающий рывок к мамлюку, как вдруг…

Симон почувствовал это раньше, чем услышал – глухой, нарастающий гул.