Адельфина Призрачная – Воровка Дагорских лесов (страница 1)
Адельфина Призрачная
Воровка Дагорских лесов
Глава 1. Встреча
Время к вечеру. К Дагорским лесам подкрадывается мрак ночи, принося с собой звуки просыпающихся хищников. Их хрипы и сдавленное рычание теряется среди сотен деревьев, откуда веет холодом и смертью. Случайным путникам нужно поторапливаться, иначе беда настигнет точно голодная собака.
Желтая листва опадает с деревьев и шуршит под ногами. Мы с Катериной ускоряем шаг, ступая по каменной дороге. Она всегда на свету. Фонари освещают ее днем и ночью. Над головой стягиваются тяжелые серые тучи, пахнет сыростью и мхом. Я оглядываюсь назад, чтобы удостовериться в безопасности. Никого нет. Стоит звонкая тишина, но это временно. Через час лес наполнится криками и болью. Начнется охота. Нам лучше этого не слышать и уж точно не видеть тех, кто порождает кошмарные голоса.
– Осталось немного. Еще час и будем на месте. Я думаю, нам не о чем беспокоиться, – прерывает тишину сводная сестра. Ей пятнадцать, и она «
Я постоянно осматриваюсь. На просьбу сестры отрицательно качаю головой.
– Нет, Катерина, меня там не будет. Тем более в отборе невест.
– Но…
– Даже не уговаривай. Все равно из этого ничего не выйдет.
– А, ну да. Ты считаешь, что это пир во время чумы. Думаешь плохо веселиться, когда твари у стены? Но все совсем не так. Людям нужны положительные эмоции. Разве так плохо быть счастливыми во все времена?
– Я не против праздника. Ты права, людям нужно отдыхать, – сдержанно улыбаюсь, чтобы приободрить девушку. Сегодня она надела голубой плащ. Он совсем не по размеру, на пару мерок выше положенного. Без него никак. Нужно было обозначить статус Катерины для перехода по Дагорскому лесу. Голубой – цвет юности. Цвет мэрока. Это наша безопасность.
– Рада, что ты понимаешь меня.
– Однако на меня не рассчитывай. Иди с друзьями, отдыхай и танцуй. А я доберусь до своего блока и лягу спать. Очень устала.
– Ох… Как обычно.
– Прости. Сама знаешь, мне завтра вставать на рассвете.
– Как скажешь. Я хотя бы попыталась пригласить тебя с нами. И буду приглашать. Знаю, что дело в городских. Ты не любишь проводить время в их обществе.
– Не расстраивайся, Катерина.
Я легонько качаюсь холодной руки сестры в знак поддержки. Она не в обиде. Привыкла.
Катерина считается мне сводной по отцу. Она его дочь от второго брака. Долгое время я вообще не знала, что у папы есть новая семья, а тем более, дети. Весь пришла внезапно, прогремела как гром, разделив мою жизнь на «до» и «после». Отец и его супруга трагически погибли в Дагорских лесах. У них осталась дочь. Девочку отправили в город и вот уже на протяжении пяти лет я опекаю Катерину. Временами бывает непросто, особенно с работой и жильем. Бывают дни, когда не хватает даже на хлеб.
Моя мать обеспечена. Но нам с Катериной почти не помогает. У нее всегда найдутся более важные дела, чтобы избежать встреч и разговоров. Мы плохо ладим. В последнее время сильно отдалились на фоне личных разногласий, включая вопрос моей опеки над сестрой. Катя не понравилась маме, она всячески отговаривала меня от опеки. Но бросить девчонку одну я не могла.
Катерина не особо похожа на нас с папой. Мы оба светлокожие брюнеты, а она белокожая кудрявая блондинка с глубокими лазурно-голубыми глазами. Иногда, когда солнце касается ее рыжих ресниц, я вижу в зрачках желтые вкрапления. Они как будто светятся изнутри. Это красота ее матери. И единственное, что напоминает об отце – нос. Он короткий и вздернутый. Ее тонкие губы прекрасны в улыбке, и когда она очень счастлива, круглый подбородок забавно подергивается.
Девчонка невысокого роста, чуть больше полутора метров. Совсем крошка. Носит косы, чтобы длина не мешалась, но всегда плетет их очень необычно. Я так не умею и все, что могу – собрать свою длину в хвост.
Катя, в отличие от меня, не создана для Дагорских лесов. В мертвой обстановке серого леса она будто цветок, пылающий свежей юношеской нежностью.
Сейчас Катя полностью поглощена мыслями о нарядах к празднику, о том, какие украшения наденет и чем подведет ресницы. Нужно надеть красивое платье, и чтобы оно выступало из-под подола серого пальто, в которое одеты все горожанки, иначе ребята не заметят, что ты нарядилась.
Мы возвращаемся с Хребта Морозного, с лекарствами для животных. Чтобы добыть их, пришлось идти на обман. Я часто так делаю. Маскирую препараты в рюкзаке с яблоками. Торговля за пределами Дагора запрещена. Ее курируют военные Темного Горизонта. Те, кто были врагами, но стали нашими защитниками. Город и его окрестности полностью контролируются стражами.
Тишину нарушают крики вороновых птиц. Из голоса доносятся издалека.
– Плохой знак.
Мы с Катей ускоряем шаг, и я слишком поздно оборачиваюсь назад, чтобы предпринять попытку спрятаться. Из-за поворота на дороге появляются двое мужчин. Они видят нас.
– За нами военные, – шепчу Катерине. Та вздрагивает и хватает меня за руку.
– Что теперь будет?
– Не знаю. Но что бы ни случилось, не говори с ними. И не вздумай спорить. Веди себя тихо, как мышь, поняла?
Катя поджимает губы, чуть наклонив голову. Она прекрасно знает, как надо вести себя с Темным Горизонтом.
– Эй вы! Стойте!
Мы разом замираем. Я оборачиваюсь, собрав руки одна на другую перед подолом платья в знак покорности. Катя не двигается. К нам приближаются стражи. Высокие, сильные с оружием наперевес. Тот, что без маски, седовласый, хватает Катерину за плечо. Он отнимает ее корзинку и вытряхивает содержимое на каменную дорогу. Красные яблоки катятся в разные стороны, следом падает белая кружевная салфетка. В этот момент второй, тот, что в маске, направляет ствол своей винтовки мне в грудь. Я роняю рюкзак. Его не досматривают. Страж полностью акцентирует внимание на мне.
– Ты, давай назад. Пошла!
Не сопротивляюсь. Знаю, с Катериной ничего не случится. Мэрок неприкосновенны. Даже военные считают их едва ли не святыми.
А у меня защиты нет. Я нарушила закон, а значит не попадаю в границы охраняемых горожан. С нарушителями не разбираются. Решения принимают быстро.
– Еще! Вперед! В лес, дальше!
Его голос груб. Мужчина низким басом требует подчинения. Пятясь назад, я ухожу с дороги к лесу метров на пятьдесят, пока не натыкаюсь спиной на дерево. Вздрагиваю и щурюсь, когда щелкает затвор.
– В вечернее время запрещено передвижение по мёртвому лесу, – сухо излагает закон, страж, – Зверь не дремлет.
– Я задержалась, – едва дышу, но стараюсь отвечать ровно, – Виновата. Мы торопились, но к разрешенному времени не успели.
– Имя?
– Мария.
– Ты нарушила закон, Мария. Как горожанка ты больше не в ведомстве защиты, – он намного выше меня. Сильный и суровый. При желании одной рукой раздавит горло. Я чувствую опасность, жмусь, но сохраняю покорность, пока мрачная тень нависает надо мной, препятствуя побегу. От ожидания расправы пересыхают губы и тут голос незнакомца становится тихим, хриплым, подавляющим, – Я вправе распорядиться с тобой, как захочется. Ты молода, красива и должна понести наказание.
Мужчина проводит стволом винтовки вдоль тела по кофте и опускает к моим коленям, чуть поддевая подол платья.
Высокий широкоплечий военный в серо-черной форме стража относится к отряду бионов. Я вижу на стыках пластин его брони сложные механизмы с проводами и трубками, горящими яркими неоновыми цветами. Страж заражен. Его организм поддерживает в себе силы с помощью биологических плазменных жидкостей. Обычно прошлое таких военных весьма сложное. У мужчины был выбор между смертью и жизнью стража. Не стоит ждать пощады от того, кто прошел персональный ад, вынудивший его выбрать второй вариант существования.
Зная, что сопротивляться нельзя, я едва дышу, но смотрю в горящие голубым цветом глаза утопающие под прорезью черной полосы мрачной маски. Вжимаясь спиной в дерево, пытаюсь выиграть хотя бы пару миллиметров, в то время как военный приближается ко мне вплотную.
– Поступайте как пожелаете. Я в вашей воле. Но, пожалуйста, моя сестра не должна ничего видеть. Она мэрок.
– Смеешь о чем-то просить?
Отвожу взгляд в сторону, но Страж дотрагивается рукой до моего подбородка и настойчиво возвращает лицо к себе.
– Ты зря пошла этой тропой сегодня. Женщине нечего делать в Дагорских лесах.
Военный хватается за маску, чтобы снять ее. Он наклоняется к моему лицу очень близко, но за спиной с дороги доносится голос напарника.
– Там впереди огни. Слышишь? Надо уходить. Или ты решил задержаться в тени деревьев с этой девчонкой?
– Мрак, – ругается хрипло мучитель.
Я бросаю взгляд за спину биона. Седовласый страж все еще держит Катерину за ворот, а та висит будто кукла. Брови домиком и смотрит под ноги, лишь бы не по сторонам, вдруг увидит плохое. Бедняжка побледнела от страха.
– Огни патруля, Веслав. Зачищают лес от тварей.
– Ммм, черти, вечно путаются под ногами, когда не надо! Ладно, отпускай мэрок. Я сейчас!
Седовласый принимает команду и подталкивает Катю идти вперед. Сам проходит чуть дальше, окончательно скрываясь из вида. В темнеющей тишине я слышу недовольный рык военного.