Адель Малия – Клинок Возрождения (страница 16)

Я медленно обернулась к Эйвинду, застыв в ожидании его дальнейших действий. Он неспешно приближался ко мне, его длинные волосы красиво развевались на лёгком утреннем ветру. Внезапно перед глазами снова возникло отчётливое воспоминание о том вечере на озере. Ветер тогда тоже завывал, безжалостно трепля мои волосы, а холод пронизывал тонкую ткань платья, но я не обращала на это никакого внимания. Всё моё существо было приковано к Эйвинду и свету, который словно исходил из его души.

– Ты не хочешь говорить со мной, Кейт? – спросил Эйвинд.

Я повернулась обратно к невидимой преграде, и она тут же исчезла, словно её и не было. Он убрал её так же легко, как и создал.

– Не хочу, – скрестила я руки на груди, пытаясь скрыть охватившее меня раздражение.

– Можешь идти. Я не собираюсь держать тебя силой, – сказал Эйвинд совершенно спокойно, словно и не запирал меня мгновение назад.

– По-моему, ты только что это и делал, – не удержалась я от колкого замечания.

– Возможно, и делал, – пожал он плечами с вызывающим спокойствием, как будто это было совершенно обычным делом для него.

Меня внезапно захлестнула волна гнева. Его самоуверенность, его способность так легко манипулировать ситуацией выводили меня из себя.

– И это все объяснения? – с вызовом спросила я, чувствуя, как в голосе дрожит негодование.

– Я не такой плохой, как ты думаешь, Кейт, – внезапно произнёс Эйвинд. – И я действительно не хочу ничего портить. Мне пора, – добавил он уже более отстранённо и, развернувшись, направился в сторону величественного замка, оставляя меня стоять посреди тренировочного поля наедине со своими бурлящими мыслями. Что он имел в виду под «не хочу ничего портить»? И почему он так внезапно ушёл? Этот принц был полон загадок, и разгадать их казалось совершенно непосильной задачей.

Глава 8

Прошёл целый месяц с тех пор, как я впервые переступила тренировочное поле. Холод третьего осеннего месяца сковал улицы, пронизывающий ветер гнал по мокрым тротуарам опавшие листья, и с каждым днём дыхание зимы ощущалось всё отчётливее. Несмотря на эту промозглую погоду, моя решимость не ослабевала. Каждая тренировка с Алленом стала для меня своеобразным ритуалом и необходимой подготовкой к чему-то большему. Сегодняшний день не был исключением.

Закончив с быстрым завтраком, я вдруг осознала, что время неумолимо бежит вперёд, и опоздание казалось неизбежным. Лёгкое волнение подтолкнуло меня к двери. Стоило мне распахнуть её и ступить на крыльцо, как меня оглушил яростный удар стихии. Крупные, ледяные капли дождя с ожесточённой силой врезались в мокрый асфальт, поднимая мелкие брызги. Ветер завывал протяжно и тоскливо, словно раненый зверь, кружа по улице вихри из пожухлых листьев, создавая под ногами шуршащий, непрекращающийся водоворот.

Я подняла взгляд на хмурое, свинцовое небо, затянутое тяжёлыми, набухшими от влаги тучами. Казалось, ещё немного, и они разразятся ещё более мощным потоком воды. В этой бушующей стихии маги, словно не замечая её ярости, невозмутимо прогуливались по улицам, окутанные невидимыми, мерцающими щитами, сквозь которые не проникала ни одна капля. Их спокойствие казалось почти надменным на фоне моего беспомощного положения.

Я застыла под узким навесом крыльца, не решаясь сделать шаг в эту бушующую пучину. У самого порога образовалась глубокая лужа, поверхность которой под ударами дождя мерцала, как тёмное, неспокойное зеркало. В её мутной глубине на мгновение мелькнуло искажённое отражение – тень, показавшаяся мне до боли знакомой. Сердце вдруг заколотилось быстрее, пропуская удары. Мне почудилось, что в этой зыбкой воде я увидела лицо Эйвинда. Резко вскинув голову, я лихорадочно огляделась, пытаясь отыскать его среди прохожих, но его нигде не было. В груди разлилось горькое разочарование, смешанное с недоумением. Почему я так остро отреагировала на это мимолётное виде́ние? Ведь я сама не хотела его видеть. Прошёл уже целый месяц с нашей последней встречи. Почему же мои мысли всё ещё возвращаются к нему? Он же просто… гадкий тип. Что он вообще забыл в закоулках моего сознания? Пусть лучше катится ко всем чертям и тонет в своей луже вместе со своим непомерным самолюбием.

Собравшись с духом, я сделала глубокий вдох и рванула с места. Как только я выскочила из-под защиты навеса, ливень обрушился на меня всей своей яростью. Мир вокруг мгновенно расплылся, затянутый плотной, дрожащей пеленой из падающих капель. Я едва могла продрать глаза, чувствуя, как каждая капля безжалостно впивается в открытые участки кожи, оставляя после себя болезненные, покалывающие уколы.

Я неслась вперёд, почти не разбирая дороги, ориентируясь лишь на размытые очертания зданий. Потоки воды стекали по лицу, застилая глаза и мешая дышать, но я упрямо не сбавляла темпа. Бесполезный капюшон плаща предательски болтался на спине, подхваченный порывами ветра, и я отчётливо чувствовала, как холодная, противная влага просачивается под тонкую ткань одежды, мгновенно сковывая тело ледяной прохладой. Мокрые волосы плетьми хлестали по лицу, добавляя дискомфорта.

После десяти минут непрерывного бега, мои ноги подкосились от усталости, и я, задыхаясь и хватая ртом воздух, рухнула на колени прямо перед коваными воротами. За ними, невозмутимо стоя́щий Аллен, казался фигурой из другого мира – таким далёким, спокойным и совершенно недосягаемым в своей безмятежности. Дождь к этому моменту немного стих, но я всё ещё ощущала, как отдельные крупные капли лениво стекают по лицу.

Он, казалось, совершенно не обращал внимания на моё жалкое, промокшее до нитки состояние. С лёгкой небрежностью Аллен плавно отворил калитку. Его собственная одежда оставалась идеально сухой, ни малейшего следа влаги. Вокруг него отчётливо ощущался невидимый мерцающий пузырь воздуха, окутывающий его с головы до пят. Он был отгорожен от бушующей стихии. Контраст между его безупречным видом и моим измученным состоянием был настолько разительным, что на мгновение я почувствовала себя неловко и даже немного глупо.

Ветер пронизывал до костей, когда я, с трудом переставляя ноги, следовала за Алленом. Каждый шаг отдавался болью в замёрзших мышцах, а порывы ледяного ветра хлестали по лицу, заставляя слезиться глаза и сбивая и без того прерывистое дыхание. В голове навязчиво крутилась картина уютного камина, потрескивающего тёплыми языками пламени, и дымящейся чашки терпкого чая.

Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем мы остановились на продуваемом всеми ветрами участке поля. Аллен, не удостоив меня даже мимолётным взглядом, лишь небрежно взмахнул рукой. В тот же миг вокруг меня сгустился воздух, образуя невидимую, но отчётливо ощутимую границу. Мягкое, обволакивающее тепло, подобное нежному прикосновению, окутало меня с головы до ног, мгновенно высушивая заледеневшие пряди волос и промокшую насквозь одежду.

Я с благодарностью подняла глаза на Аллена. В глубине его зелёных глаз, обычно скрытых за ледяной отстранённостью, на мгновение промелькнуло что-то похожее на едва заметное удовлетворение.

– Так лучше? – спокойно произнёс Аллен.

Я смогла лишь слабо кивнуть, чувствуя, как вернулась способность дышать полной грудью. Слова застряли в горле, перехваченные внезапным облегчением и удивлением от его магии. Тепло, исходящее от невидимого щита, приятно растекалось по всему телу, согревая каждую клеточку продрогшей кожи.

– Сегодня мы будем тренировать не только тело, но и дух, – продолжил Аллен. – Ты должна научиться доверять своим самым сокровенным чувствам, даже если они кажутся абсурдными и противоречат тому, что ты видишь собственными глазами. Помни, магия – искусная обманщица, способная исказить зрение и создать иллюзии, но истинные чувства обмануть невозможно. Они – твой верный якорь в мире волшебства.

– Но как я могу быть уверена, что мои собственные чувства не подводят меня? – с сомнением в голосе спросила я, всё ещё ощущая лёгкое оцепенение от холода и внезапного тепла.

– Только неустанная тренировка, постоянное погружение в себя и непоколебимое доверие к собственному внутреннему голосу помогут тебе научиться различать тонкую грань между обманчивой реальностью и истинными ощущениями. Это путь, который ты должна пройти самостоятельно.

Аллен резко вскинул обе руки в стороны. В тот же миг на его шее под тонкой тканью рубашки ярко вспыхнула магическая метка. Она засветилась пульсирующим голубым светом, прогоняя серую дымку дождливого дня. Мир вокруг застыл в немом ожидании. Капли дождя, ещё секунду назад яростно барабанившие по листьям и земле, внезапно смолкли, словно кто-то действительно щёлкнул невидимым выключателем. Наступила неестественная тишина, нарушаемая лишь моим собственным удивлённым дыханием.

Я медленно подняла голову, недоумённо нахмурив брови. Дождь продолжал отвесно лить с серого, затянутого тучами неба, но странным образом не достигал нас. Мы оказались под невидимым куполом из кристально чистого стекла, искусно сотканным из магии Аллена. Мои глаза округлились от изумления, а губы невольно приоткрылись.

– Это… невероятно, – прошептала я вслух, не в силах сдержать восхищения.

– Благодарю, Кейт, – спокойно отозвался Аллен, едва заметно улыбнувшись уголками губ. – Сегодняшний ливень совсем не вписывается в программу наших упражнений. Итак, начнём с самого простого. Закрой глаза и полностью сосредоточься на звуках вокруг. Что ты слышишь?