Адалин Черно – Развод на годовщину свадьбы (страница 25)

 — Я… э-э-э… мне…

 Шумно выдохнув, забираю у нее смартфон и прикладываю его к уху:

 — Матвей? Это Лена Громова… Березина до свадьбы. Помнишь такую?

 — За одной партой сидели, — отвечает бодрый мужской голос.

 — Да-да, за одной партой… давно это было.

 — У тебя… проблемы?

 — Да… так получилось, что помощь твоя нужна. Подруге. Муж изменил, любовницу на стороне завел и подруге моей какие-то бабки предлагает под расписку, разумеется. Ее бы проконсультировать в таких вопросах.

 — А, без проблем, проконсультирую. Когда будет удобно?

 — А когда ты сможешь?

 — Сегодня в пять могу. Устроит?

 — Да. Матвей… меня сможешь проконсультировать тоже?

 Глава 32

 — Нас ждут сегодня в пять. Сейчас… — смотрю на часы, параллельно пытаясь вести машину. — Девять утра. У нас есть время привести себя в порядок к встрече.

 — Но… У меня почти ничего нет с собой, — мнется Оля, закусывая губу.

 — А у меня, ты думаешь, много вещей? В чем была на годовщине, в том и приехала. Гордей не соизволил оставить мне даже одежды в доме. Видимо, надеялся, что помру раньше.

 — Лен… мне так жаль.

 — А мне вот нет, — отвечаю, сцепив зубы, потому что вдруг вспомнила Гордея и все, что он сделал. — Теперь единственное, чего я хочу — растоптать его.

 Торможу на светофоре и смотрю перед собой, а затем неожиданно начинаю делиться с Олей наболевшим.

 — Я планировала оставить за ним роль директора. Потом, когда эмоции утихнут. Все-таки, я ничего не смыслю в этом бизнесе и им управлял Гордей. Я хотела его проучить, наказать, показать, что бывает и так, когда изменяешь жене, но теперь…

 Теперь я хочу оставить его ни с чем, сделать его будущую жизнь максимально неудобной. Он ведь не раз кичился тем, что это он все поднял, а я так… я ничего не смыслю и не разбираюсь, хотя это я разбирала финансовые проблемы и искала пути решения. Это я думала, как достать компанию из жопы в первые годы ее существования. Да и потом периодически тоже. И я была уверена, что муж это ценит, но как оказалось, нет. Никаких следов моей помощи он не замечает. Все сам, все в одиночку, крутой бизнесмен.

 От злости сжимаю руль сильнее и, наконец, вижу отель, в который ехали. Он находится в центре города, люксовый, я специально выбрала его, чтобы персонал, в случае чего, встал на мою сторону, чего вряд ли можно дождаться в заведениях с двумя звездами, хотя… Если вспомнить ситуацию, что произошла в ресторане Дамира, то несправедливость может произойти везде. Вопрос в том, сколько за нее заплатят.

 — Вот здесь остановимся, — говорю Ольке и торможу машину на парковке.

 Смотреть на подругу, растоптанную и разбитую, очень тяжело. Это я измену Гордея уже прожила и выплюнула. Простить я ему не могу другое, а Оля… Оля, видно, что переносит с трудом.

 — Я все верну, Оль, — говорю подруге, когда проходим регистрацию в отеле и поднимаемся в номер. — Мне сейчас нужно узнать, как обстоят дела с моим опекунством. Гордей и правда его оформил или оно липовое.

 — Он не мог его оформить без заключения государственных учреждений, без подписи врачей, без тебя, в конце концов. Я думаю, заключение липовое.

 — У него много денег, ты знаешь… связей, опять-таки.

 — Лен… ты как вообще? Держишься?

 — Я-то? Я успела пройти все стадии принятия неизбежного. Сейчас нахожусь на последней — принятие. Его измену я поняла, приняла и выплюнула, а вот то, что он хотел сделать со мной, закрыв в доме — нет. Закажем что-то из одежды и белья? Идти по магазинам не хочется, да и… опасно.

 Оля отдает мне свой телефон, и я быстренько захожу на сайт магазина, в котором частенько покупают одежду. У меня там, как у постоянного клиента, десятипроцентная скидка, но сейчас я не могу ее использовать, потому что не помню номер клиентской карты. Так что делаю обычный заказ и иду в душ, а когда выхожу, Олька говорит, что сходит и заберет, потому что доставка уже приехала.

 — Почему так долго, Оль? — спрашиваю, когда слышу щелчок дверного автоматического замка.

 Когда подруга не отвечает, отбрасываю мокрое полотенце, снятое с волос, в сторону, и иду к ней.

 — Ты чего, Оль? Что-то случилось? — спрашиваю, замечая, что на подруге лица нет.

 — Случилось… Я… я чуть не забрала дорогущие пакеты у постояльца отеля.

 — Что? — спрашиваю не без улыбки, а когда Олька рассказывает всю историю, хохочу уже в голос, потому что такое могла сделать только она.

 — Откуда ж мне было знать, что там в этом твоем дорогущем магазине обычные курьеры.

 — Оля, — отвечаю, продолжая смеяться. — Ну такое могло произойти только с тобой.

 Пребывая в хорошем настроении, распаковываем доставку. Оля сначала пытается отнекиваться от дорогой одежды и заказать привычную, но я все же настаиваю, потому что такое она себе сама не купит. Может позволить, все-таки, муж у нее прилично зарабатывает, но… не станет.

 К пяти остается всего ничего. Мы, с укладками и макияжем, при полном параде готовимся к выходу, когда громко звонит Олькин телефон. Она достает его из сумочки, хмурится, словно раздумывая, отвечать или нет, а потом все же берет трубку.

 — Да. М-м-м, — поднимает взгляд на меня. — Понятия не имею. Угу… Кто ее спрашивает? Николай Викторович…

 Она не успевает договорить, как я забираю у нее телефон и прикладываю его к уху.

 — Алло!

 — Лена, ну наконец-то! Как с тобой связаться-то, если тот телефон, который мне дала секретарша, выключен.

 — Я… Николай Викторович, — с облегчением выдыхаю.

 Мне кажется, что у меня огромный груз падает с плеч, стоит мне услышать его голос. Все потому что если я в ком-то еще и уверена в этой жизни, то это только в нем. Он — единственный, кто может помочь мне выбраться.

 — Гордей запер меня в своем доме, подсунув, кажется, недействительный документ о моей недееспособности, — выдаю на одном дыхании.

 — Что? Лена, ты где сейчас? Адрес скажи мне!

 — Я… в отеле, с подругой. Сбежать у меня получилось. У нас встреча с адвокатом через десять минут в ресторане отеля.

 — Так… Ни на какую встречу ты не идешь, сидишь в номере и ждешь меня. Я приеду, заберу тебя и подумаем, что делать дальше.

 — Но ведь…

 — Никаких но, Лена. Если Гордей узнает, где ты — приедет и заберет тебя. Я поручу узнать о недееспособности и к тому времени, как приеду, уверен, буду знать. Адрес скажи мне или название отеля.

 Я быстро диктую название и после звонок прерывается. Перезвонить не получится, потому что номер скрыт.

 — Оль… пойдешь сама? Матвей будет тебя ждать. Набери его, номер у тебя есть. Встретитесь, поговорите, он поможет.

 — Но как же… а ты?

 — А у меня свои дела, за мной приедут.

 Помявшись немного, Оля все-таки кивает и неуверенно идет к выходу тормозя перед самой дверью.

 — Как я выгляжу? — спрашивает, оборачиваясь.

 — Сногсшибательно, Оль, не сомневайся. Твой муж дебил, как и мой. Так что вперед.

 Оля выходит за дверь номера, а я сажусь в кресло и принимаюсь ждать. Николай Викторович прав. Если я хочу, чтобы меня не нашли, стоит отсиживаться, а не расхаживать по ресторанам дорогих отелей.

 Правда, чем дольше я жду, тем больше все это кажется мне… подвохом. Как Николай Викторович нашел номер Ольки, если мы с ним очень долго не общались? И почему позвонил именно тогда, когда я сбежала? Почему не звонил раньше, не искал? Наверняка ведь не мог дозвониться давно.

 Чем больше думаю, тем больше подозрений и когда в дверь номера отеля стучат, мне страшно открывать дверь.

 Глава 33

 — Ни… Никита? — удивленно смотрю на человека, которого совершенно точно здесь быть не должно и внутри все холодеет от возможного предположения.

 Отступать назад некуда, прятаться — тоже. Остается сохранять самообладание и делать вид, что меня все происходящее никак не трогает. Подумаешь, все вокруг оказались предателями. Какая уж теперь разница, да? Никакой. Одним меньше, одним больше, но внутри все равно болит.

 Я жду, что он скажет, объяснит, зачем пришел, но вместо этого Никита заходит в гостиничный номер и решительным шагом обходит комнату. Хмурится, явно что-то ища, а затем поднимает голову и смотрит на меня.

 — Где твоя одежда?