Абузар Айдамиров – Буря (страница 86)

- Подожди, тебе не надо выходить. Я посмотрю, почему расшумелись собаки, - чуть оттолкнув мужа обратно, она вышла за дверь.

Еще из сеней она увидела стоящих на улице людей. Одеты они были в горские костюмы, но по особым формам папах, висящим на боку шашкам и необычным бородам женщина без труда определила казаков. Она медленно повернулась и, стараясь сохранять спокойствие, вошла обратно в саклю.

- На улице стоят казаки! - закричала она в испуге. Когда Аюб сделал шаг к двери, жена обвилась вокруг его тела.

- Они убьют тебя! Ты выйдешь только через мой труп. Аюб нежно отстранил жену.

- Перестань! Ты что, ума лишилась? Если я сдамся, они повесят меня, как повесили Саламбека. Если окажу сопротивление, нас всех убьют, в том числе и детей. Я попытаюсь спастись!

В мгновение ока он оценил создавшуюся ситуацию. На задней стене нет окон. Взобраться на крышу тоже нет возможности. Сакля наверняка окружена. У него только один путь. Выскочить через дверь и бежать, прорвав кольцо окружения. Аюб так и решил поступить. Возложив все надежды на Аллаха, он резко открыл дверь, направил вперед винтовку и выскочил. Во дворе стояли Кибиров и двое казаков.

- Стой! Стрелять буду! - крикнул Кибиров.

Аюб не остановился. Когда он побежал по сеням, выскочил старый Тама. Казаки замешкались и не стреляли, по-видимому, боясь попасть в старика. Воспользовавшись этим мгновением, Аюб добежал до курятника и скрылся за ним. Укрываясь за деревьями, он добежал до края сада и, перемахнув через плетень, оказался в огороде соседей. Здесь его ждали казаки. То ли у них был приказ схватить его живым, то ли еще почему-то, но казаки не стреляли, только орали во все горло. Когда Аюб перепрыгнул еще через один забор, по нему со всех сторон начали стрелять. Аюб тоже отвечал огнем. До того, как он добрался до третьего сада, пули попали ему в руку, ногу и плечо, но Аюб не останавливался. Раны горели, по телу стекала кровь. Собрав последние силы, Аюб преодолел уже пятый плетень. Здесь прямо перед ним оказались два казака с обильной растительностью на лице. Они направили винтовки на грудь Аюба и одновременно выстрелили.

В глазах Аюба потемнело, земля задрожала и закрутилась. Привиделись обвившая его жена, выскочивший в сени испуганный отец, послышался истошный крик матери. И Абубакар...

Двое казаков произвели еще по выстрелу в тело Аюба, один - в голову, другой - в сердце.

Тело Аюба стянула последняя судорога, и он затих. Мужественный, жизнерадостный, веселый, чистосердечный красавец Аюб.

Схватив оружие Аюба, казаки с победными криками пошли к своим товарищам.

Полковник Моргания одержал большую победу. Силами отряда из ста сорока казаков он окружил и убил одного абрека. В тот же день полковник написал Михееву рапорт:

"Сообщаю вам, что 1-го марта рано утром при попытке побега из собственной сакли убит один из ближайших сподвижников Зелимхана Аюб Тамаев. В ожесточенной схватке с абреком не убит и не ранен ни один казак. У Аюба Тамаева найдена трехлинейная винтовка №14148. Прошу разрешить мне препроводить командиру Кизлярско-Гребенского полка, для украшения полкового собрания, как память о доблестях казаков 6-й сотни, трехлинейную винтовку № 14148, найденную при убитом ими 1-го марта абреке Аюбе Тамаеве".

За последние одиннадцать лет своей жизни Зелимхан испытал много горя и несчастий. О лишениях и говорить не стоит. Мужчина создан испытывать их. В течение каких-то четырех-пяти лет умершими и убитыми он потерял самых близких родственников. Деда, отца и брата. Дядей и кузенов. Остались только пятнадцатилетний брат Бийсолта и один единственный кузен Эламха.

Тяжело переносил Зелимхан и смерть товарищей. Двадцать из них убиты кровниками. Двадцать человек, которые делили с Зелимханом все тяготы абреческой жизни.

Но больнее всего по его сердцу ударила гибель Саламбека и Аюба. Это были отважные, благородные, стойкие товарищи. Мало называть их товарищами и друзьями. Это были верные братья Зелимхана. Когда они находились рядом, он не замечал опасностей, спокойно ложился и засыпал. У него не было никаких тайн от них. Теперь их нет. Зелимхан остался без рук и глаз. Ему обрезали крылья.

Товарищей потерял. Семья в Сибири. Он получил от них всего пару писем, но вот уже год нет никаких вестей. Неизвестно, что с ними, живы они или нет.

Он угрожал начальнику области, грозился взять в плен его самого, его дочь и зятя, если генерал не освободит его семью. Но генерал отправил его семью, женщин и детей, в Сибирь на пять лет. Зелимхан не забыл о своей угрозе. Он выполнит то, что обещал.

С Зелимханом было два абрека по имени Джамалдин: Джамалдин Анагаев и другой Джамалдин, которого товарищи звали Пешхо. Этот последний когда-то абречествовал вместе с Зелимханом. Позже вернулся к мирной жизни. Но в последнее время опять связался с абреками, стремился возобновить свои отношения с Зелимханом. Два дня назад Пешхо пришел к харачойцу.

- Я нашел способ выполнить твое обещание, - сказал он весело.

- Какое обещание? - удивился Зелимхан.

- Обещание взять в плен зятя Михеева.

- Что за способ?

- В Дагестан приезжала комиссия из Петарбуха для проверки работ по строительству и ремонту дорог. Они завершили свою работу там и через Анди поедут в Грозный. С ними и зять Михеева. Более того, говорят, что у них с собой много денег, которых везут для выплаты зарплат рабочим.

- Когда они приедут сюда?

- Пятнадцатого дня этого месяца. Через пять дней.

- Откуда тебе это известно.

- От Сайда.

- Кто он такой?

- Ты не знаешь Сайда из Ведено? Дорожного мастера?

- Как же не знать. Человек, который кормит в своем доме проститутку Кибирова.

- Ну да. Кибиров рассказал об этом Сайду, Сайд - мне. Если ты захватишь его зятя, Михеев возвратит твою семью из Сибири. Вдобавок, ты получишь неплохой куш.

После ухода Пешхо к Зелимхану пришли Бетарсолта Гацаев и Джамалдин Анагаев. Зелимхан рассказал им о состоявшемся между ним и Пешхо разговоре.

- Я не совсем доверяю ему, - сказал Зелимхан в конце. - Когда-то он был нашим товарищем. Потом отошел. Теперь лезет обратно к нам. Источник его информации тоже не вызывает доверия. При разговоре его глаза беспрерывно бегают. Они никогда не смотрят на собеседника. Может, Кибиров через него хочет устроить нам какую-нибудь подлость.

- Узнать все это не составит труда, Зелимхан. К завтрашнему вечеру мы все проясним. Если окажется, что Пешхо говорит правду, устроим засаду и схватим зятя Михеева.

- Пешхо попросил меня взять его с нами.

- Это даже лучше. Надо взять. Если он предпринял какую-нибудь подлость, мы должным образом накажем его.

Вернувшийся вечером следующего дня Бетарсолта подтвердил подозрения Зелимхана насчет Пешхо.

- Пешхо рассказал правду. Пятнадцатого дня этого месяца комиссия действительно проедет. Но Пешхо ведет себя как-то непонятно. Он уже пустил слух о том, что Зелимхан готовится устроить засаду на комиссию, чтобы захватить деньги и пленить зятя Михеева. Это явное предательство.

- Не сводите с него глаз. Если он не пойдет с нами добровольно, мы поведем его силой. Как ты и сказал, Бетарсолта, если он сделает какую-нибудь подлость, мы должным образом накажем его. На подготовку у нас осталось только четыре дня. Кто знает, распустив слух, что выйдут из Анди пятнадцатого, комиссия может выйти и на день-два раньше? Надо взять под наблюдение дорогу между Ботлихом и Ведено.

Бетарсолта Гацаев был родом из Ведено. Зелимхан и он как свои пальцы знали Чеберлойские и Андийские горы. Каждое ущелье, каждый родник, каждая скала, каждое дерево, каждый куст.

Полковник Моргания активизировал в эти дни работу своей агентуры. Усердно помогал ему и временно исполняющий обязанности начальника Веденского округа Кибиров. Их агенты заранее наладили связи с живущими в горах чабанами. Была подготовлена к действиям и стоящая в Анди вторая сотня Дагестанского полка под командованием ротмистра Котиева. На всякий случай в резерве стояла сотня Гасанилова из того же полка. В Ведено, в подчинение Кибирова, была переброшена и знакомая ему шестая сотня Кизлярско-Гребенского полка. Помимо этого, пристав Гумбетского участка, коллежский регистратор Саадуев собрал отряд добровольцев.

Но агентура Зелимхана работала намного активнее и усерднее агентуры Моргания. Те же чабаны, много жителей чеченских и дагестанских аулов верно служили ему. Они передавали Зелимхану сообщения о каждом шаге властей.

Пешхо сразу же передал Кибирову содержание своего разговора с Зелимханом. В том, что Зелимхан устроит засаду, у него не было никаких сомнений. Но Пешхо не знал, сколько с ним будет людей. В любом случае, предположил он, их может быть больше десяти человек.

Кибиров немедля передал эту информацию Моргания. Именно ему было поручено уничтожить Зелимхана и его абреков. Моргания и Михеев составили план захвата или уничтожения группы Зелимхана. С планом ознакомили и начальника Дагестанской области. Нечего было и говорить об осуществлении этого плана путем окружения абреков или открытого нападения на них. Здесь нужна была хитрость. А ее у Моргании было более чем достаточно. Когда план утвердили во всех инстанциях, Моргания вызвал к себе Долидзе.

- Пятнадцатого числа этого месяца из Ботлиха в направлении Ведено выйдет инженерная комиссия. Зелимхан решил устроить на нее засаду в Керкетии, в районе озера Казеной-Ам. Наша агентура передала ему, что с комиссией будет находиться зять Михеева Шарль Акс. Вдобавок, чтобы у разбойников возбудить аппетит, им сказали, что комиссия везет много денег. Конечно, Зелимхан не нападет на комиссию ради денег. Особенно, если он не будет точно знать об их наличии у комиссии. Главная цель Зелимхана - пленение зятя Михеева. Он хочет обменять его на свою семью, сосланную в Сибирь. Когда комиссия будет выходить в путь, Шарля Акса отделят от нее. У нас появляется реальная возможность уничтожить банду Зелимхана. Выполнить эту задачу в открытую мы не сможем. Нам надо пойти на хитрость. Комиссию из Ботлиха поведете вы. Если Зелимхан увидит большую охрану или большое количество людей, он что-то заподозрит. С вами будет двенадцать всадников из Дагестанского полка. Ни на одном из вас не будет военной формы. Чтобы разбойники не подумали, что охраны нет вообще, верхом на лошадях будут ехать четверо солдат в военной форме. На вас, на всех тринадцати, должны быть горские костюмы. Оружия не показывать. Спрячьте его в фаэтонах. Сотни Котиева и Гасанилова будут ждать наготове, чтобы в случае необходимости немедленно подоспеть к вам, поступит помощь и из Ведено. Нет никаких сомнений в успешном завершении операции. Когда все закончится, дадите телеграмму из Ботлиха в Ведено. И да поможет вам Бог!