Абузар Айдамиров – Буря (страница 78)
- Э, Зелимхан, я не согласен! Андронникова надо оставить мне.
- Нет, Азамат, он пленил мою семью. Я поклялся убить его.
- А меня, связанного по рукам и ногам, по его приказу избивали двое казаков! Он стоял и смотрел, подсказывая, как и куда бить. Хохоча от удовольствия. Нет, Зелимхан, этого грузина убью я. Вдобавок, будучи начальником нашего Назрановского округа, он пролил немало слез ингушских женщин и детей. А ты убей другого, аварца Донагулова. Он же тоже участвовал в захвате твоей семьи. Допрашивал по очереди с Андронниковым Беци и Зезаг. Его аварцы немало вредили твоей семье.
- Хорошо, Азамат, Андронникова я оставляю тебе. Зелимхан возвел глаза к небу и поднял руки для доа:
- Аллах, сотворивший мир и все живое! Всесильный наш Владыка! Милостивый и Милосердный, наделяющий от Щедрот своих все создания свои на земле и под водой! Оказывающий помощь слабым и бессильным! Наделяющий нас терпением в минуты горя! Мы свидетельствуем, что Ты един и нет у Тебя сотоварищей! Мы свидетельствуем, что Мухаммад - раб твой и пророк! Мы признаем и почитаем Твоих святых, стремимся идти указанной Тобой прямой дорогой! Смилуйся над нами и помоги нам сегодня! Если мы предприняли сегодня неугодное Тебе дело, лиши на зрения и отними силу рук наших, посели страх в наших сердцах! Если же Ты одобряешь наш путь, проясни наши глаза, укрепи руки и придай нашим сердцам мужества! Дай нам, измученным врагами Твоей истинной религии, дай нам силы отомстить им! Нам не на кого уповать, кроме как на Тебя! Помоги нам, изгнанным из своих домов этой христианской властью, гонимым ею по горам и лесам, испытывающим голод и холод! Помоги нам, о Аллах, наш Всесильный, Милосердный и Щедрый Господь!..
У самого моста офицеры спешились и взяли коней под уздцы. Впереди всех шли Андронников и Донагулов. За ними - полковник Курдиев.
- Что будем делать с Курдиевым? - спросил Магомед.
Зелимхан не забывал малейшего доброго дела, совершенного по отношению к нему и его семье. Когда его сын, пробираясь по глубокому снегу, устал и стал падать, Курдиев, заметивший это, поднял мальчика и усадил на коня. Зелимхан помнил это.
- Курдиева не трогать.
Сначала Зелимхан прицелился в лоб Донагулова, точно между глаз. Чтобы развеять по ущелью его мозги. Потом перевел прицел на сердце. Но абрек не нажимал на курок. Выстрел в лоб или в сердце сразу же убил бы этого вонючего подонка! Зелимхан не хотел, чтобы он умер так быстро. Надо, чтобы он жил, но жил в каждодневных муках. Как и семья Зелимхана. Чтобы он был ни живым и ни мертвым. Куда же стрелять? Офицеры дошли до середины моста. Внезапно Зелимхана осенило. Говорят, у Донагулова очень красивая жена. Он ее безумно любит. Но, несмотря на это, говорят, этот аварец еще и большой любитель ходить к чужим женщинам. Словом, этот Донагулов... в мужской одежде. Надо отстрелить ему мужское достоинство, чтобы до самой своей смерти он мог любить женщин только глазами...
- Аллаху акбар!
Четыре винтовки выстрелили одновременно. Андронников и два других офицера упали. Донагулов сначала схватился за живот ниже пупка, наклонился вперед и медленно упал на колени. В это время раздались выстрелы и засевших внизу товарищей Зелимхана. После чего и здесь, и там началась беспрерывная пальба. Из-за растерянности офицеров среди солдат возникла паника. Конные казаки, дагестанцы и пешие солдаты перемешались, превратившись в живой клубок. Растаптывая убитых и раненых, не обращая на них никакого внимания, они бегали по дороге в поисках укрытия. Пришедшие, наконец, в себя офицеры стали наводить кое-какой порядок в рядах своего войска. Укрывшись за валунами и в ямах, отряд открыл беспорядочную стрельбу во все стороны. Заработали пулеметы. Но даже целый год такой стрельбы не смог бы причинить вреда Зелимхану и его товарищам. Пули же абреков попадали точно в цель. Враги падали убитыми и ранеными. Раненые стонали, кричали, тщетно зовя на помощь. На них никто не обращал внимания. Воспользовавшись суматохой, ингуши, принудительно вовлеченные в отряд, ускакали прочь.
Поняв, что стрелять в камни бессмысленно, отряд собрал убитых и раненых и, во избежание еще больших потерь, повернул назад.
Когда отряд отошел на недосягаемое для их пуль расстояние, Зелимхан поставил приклад нагретой стрельбой винтовки на землю. Он смотрел вперед, пока последний солдат не скрылся из вида. Потом опять, как и перед боем, воздел руки, устремил ясный взор на небо поверх гор и воскликнул:
- О Аллах, наш Всесильный, Милосердный и Щедрый Владыка! Мы славим Тебя за то, что ты дал нам силы одержать победу над этими гяурами!
Когда подошли сидевшие в засаде товарищи, Зелимхан ушел еще выше в горы.
В ущелье Ассы установилась тишина, будто здесь никогда не было войны.
ГЛАВА XX СЫН НАРОДА
Воистину, друзья те, кто наши кандалы надели на себя...
Хисроу
Итоги боя на Ассинском мосту вывели генерала Михеева из себя. Инициатор этой операции и ее руководитель князь Андронников убит. Убиты еще несколько офицеров, больше полусотни солдат. Раненых еще больше. Он не берет в расчет раненых и убитых дагестанцев и иных туземцев. А самая большая надежда Андронникова ротмистр Донагулов! Все знают, почему Зелимхан не убил его, а только ранил! Раздробив самую дорогую для мужчины часть тела! Для аварца лучше было бы умереть, чем жить с таким увечьем. Все радости жизни ему уже недоступны.
Но генерала злило совсем другое. Поверив Андронникову, Михеев дал наместнику слово покончить со знаменитым абреком. С каким лицом он появится теперь перед наместником? Шестеро разбойников и один подросток заставили отступить роту солдат и две конные сотни казаков и дагестанцев! И не только это. Русские солдаты позорно бежали. Андронникову повезло. Останься он в живых, пришлось бы ему до конца своих дней носить на себе клеймо этого позора!
Через дверь из своего кабинета генерал вошел в зал. Нахмурив лоб, надув густые рыжие брови и крепко сжав тонкие губы, он прошел вперед и стал у стола. Все присутствующие встали, приветствуя начальника. Старшины ингушских аулов, имамы, кадии, уважаемые в народе старцы. Михеев молча, жестом предложил им сесть. Генерал бросил поверх собравшихся сердитый взгляд. Каракулевые папахи, турецкие тюбетейки, арабские чалмы. Суконные черкески с украшенными серебром газырями, суконные и атласные бешметы, башлыки. Черные, белые, покрашенные красной хной длинные, короткие и широкие бороды.
Когда в зале установилась тишина, Михеев начал неторопливую, жесткую речь:
- Его императорское Высочество, его власть и государство оказали вам доверие и назначили вас старшинами, имамами и кадиями. Вы лидеры своего народа, обязанные отвечать за него, за его судьбу, обязанные болеть душой за свою нацию, беречь ее от бед и несчастий. Но вы не выполнили свой долг перед царем и своим народом. По вашим просьбам власти списали с ингушского народа многие долги. Ингушам было предоставлено право работать на казачьих землях, жить там. Начальником вашего округа был назначен Андронников, о котором вы все хорошо отзывались. Вы взяли на себя обязательства соблюдать государственные законы, выплачивать государственные налоги, поставить в своем крае заслон против всякого рода злодеяний. Но ни это, ни многие другие свои обязанности перед государством вы не исполняете. Если думаете, что раз государство простило вам старые долги, то простит и новые, вы глубоко заблуждаетесь. Не простим ни копейки. Вы обязались изжить преступность. А ее стало еще больше. Кругом воровство и грабежи. Русские не могут разъезжать по дорогам, их убивают, похищают. Зелимхан и его разбойники бывают в ваших аулах. Вместо того, чтобы не пускать их к себе, вы, наоборот, охраняете их. Вместе с Зелимханом, устроившим засаду на Ассинском мосту, были пятеро ингушей. Вы знаете этих пятерых и других ингушских разбойников. Как же не знать, если они ночуют в ваших домах, если вы снабжаете их едой и оружием. Даю вам две недели на выплату всех государственных долгов. Если до конца этого срока вы не уплатите все сполна, я вышлю в ваши аулы войска и они выметут из ваших дворов всю живность, весь скот и всю утварь. Вдобавок расселю на постой по аулам солдат, а вы будете их содержать. Если до конца этого срока вы не выдадите своего главного разбойника - Саламбека и пятерых соучастников нападения Зелимхана на Ассинском мосту, мы сожжем дотла все аулы, где хоть раз бывали Зелимхан и его разбойники, а жителей этих аулов сошлем в Сибирь. Кандидаты на отправку с ними на каторгу могут оказаться и среди вас, сидящих здесь. И последнее. Я освобождаю всех вас от занимаемых должностей. На ваши места будут назначены другие. Более мудрые. Временно передайте свои полномочия помощникам.