Абузар Айдамиров – Буря (страница 74)

Около года назад к ним переехал Бийсолта. Он еще подросток, ему только пятнадцать лет. Но все равно женщины и дети чувствуют себя уверенней, когда рядом мужчина, пусть и такой юный. Бийсолта сторожит их днем и ночью. Висящая на его плече винтовка достает до земли, на шее качается бинокль, с которым он никогда не расстается.

Сейчас они находятся в Малхисте. Не в ауле. Они нашли приют у нескольких семей малхистов, живущих высоко в горах, в башнях, вокруг которых пасется их скот.

Вернувшийся вчера с равнины хозяин принес известие о том, что власти собирают войска для поимки Зелимхана. Конечно, это было не впервой - за ними и Зелимханом войска охотятся вот уже десять лет. Но Бийсолте все равно нужно быть начеку. Прошедшей ночью он ни на минуту не сомкнул глаз. Услышав ночью за стеной какой-то шорох, юноша вышел с заряженной винтовкой в руках и облазил все углы и кусты вокруг, но ничего не нашел.

Они не знали, где находится Зелимхан, он уже месяц не появлялся здесь. Если солдаты придут сюда, Бийсолта не сможет защитить детей и женщин. Бийсолта молил Аллаха, чтобы он привел к ним брата.

Беци и Зезаг занимались какими-то делами по хозяйству, пытаясь хоть как-то отвлечься от тяжелых мыслей. Они стирали и латали одежду, вязали шерстяные носки и варежки, помогали хозяевам, несмотря на их протесты.

Зелимхан появился как всегда неожиданно. Справившись у хозяев и соседей об их здоровье и делах, он обнял Лом-Али, погладил по головам стоящих рядом детей.

- Ну, как у вас дела? - спросил он Беци и Зезаг. Зелимхан знал это и сам. И все-таки спросил. Надо же было как-то начать разговор. Глаза Беци наполнились слезами. Она с трудом растянула губы, пытаясь изобразить улыбку.

- У нас все хорошо, лишь бы ты был жив и здоров. Мы волнуемся за тебя. До нас дошли слухи, что власти собирают войска для твоей поимки.

- Они делают это уже десять лет, я же, как видишь, жив и здоров. Пусть вас не беспокоит то, что где-то там собираются какие-то свиньи. Дети не болеют?

- Ахмад болен уже несколько дней, у него был жар, - сказала Зезаг. - Сейчас ему лучше.

- Как у вас с едой?

- Хозяева и соседи обеспечивают нас всем необходимым. Приносят все: пшеничную и кукурузную муку, мясо, молоко, масло и многое другое.

- Да возблагодарит их Аллах!

Позже Зелимхан поговорил с Бийсолтой один на один. Хотя они и являлись сыновьями одного отца, по чертам лица и характеру сильно отличались друг от друга. Зелимхан был среднего роста, широкоплеч, с длинными руками и большими кистями. Черные волосы, борода и усы. Длинноватое, сужающееся к подбородку лицо, прямой нос. Густые брови, словно крылья орла раскинувшиеся над строгими и внимательными глазами. При внимательном рассмотрении левый глаз абрека казался чуть меньше правого.

Бийсолта отличался красивыми чертами лица. Он тоже был широкоплеч. Круглое лицо, коричневые волосы, прямые брови, голубые глаза, высокий лоб. Бийсолта был молчалив, разговаривал медленно.

Он рассказал старшему брату о ночном происшествии. Зелимхан перевел все в шутку.

- Разве я не говорил тебе, что ты еще мал для абреческой жизни? Абрек - это же двуногий волк. Я же говорил тебе, что ты еще не волк, а только волчий щенок. Ты не послушался меня. Теперь тебе придется терпеть. И кровники придут, и солдаты. И убить тебя попытаются. Ты же всегда должен быть начеку. Как волк. Готовый защищаться и нападать. Но пока бояться нечего. Власти не знают, где вы укрываетесь. И кровники наши не станут сюда соваться. Если что, приеду и я.

Зелимхан дежурил три ночи, давая Бийсолте возможность отдохнуть. За эти три ночи поблизости не появлялся ни один посторонний человек.

Через трое суток Зелимхан ушел, пообещав часто посещать их. Бийсолта опять остался один с женщинами и детьми.

В течение нескольких дней их никто не беспокоил. Однажды приехал малхинец Элбарт, друг Зелимхана. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что принес он не радостные вести. Лицо Элбарта было мрачным, в глазах стояла печаль. Он старался не смотреть им в глаза. Поздоровавшись, малхинец завел ничего не значащий разговор, не зная, как сообщить им новость, которую принес. Наконец, Элбарт произнес:

- Сюда идут солдаты. С трех сторон. Вам надо уходить отсюда...

- Куда мы пойдем в такой холод? - одновременно вырвалось у Беци и Зезаг.

Муслимат и Энист заплакали. Зелимхан называл их Меди и Эни. Элбарт стал успокаивать девочек, называя их этими же именами:

- Меди, Эни, почему вы плачете? Я же с вами! Не бойтесь.

Девочки затихли и стали вытирать слезы маленькими кулачками.

- В горах есть несколько мест, где вы можете укрыться...

- Как мы доберемся туда с шестью детьми, Элбарт... Здесь же уже наступила зима, везде снег... Выше в горах его будет еще больше... Да и зимней одежды у детей нет...

- Не знаю, Беци, но оставаться здесь очень опасно, даже на один день. Если с вами что-то случится, как я посмотрю в глаза Зелимхану. Он же доверил вас мне. Вручим свою судьбу Аллаху и пойдем.

Женщины растерялись.

- К чему эти разговоры? - прикрикнул на них Бийсолта. - Не будем же мы дожидаться здесь солдат! Быстро готовьтесь в дорогу!

Прежде всего женщины стали готовить детей. Специально для такого дня у них было припасено кое-что из одежды. Овчинные шубки, большие толстые платки и высокие галоши для девочек. Башлыки, черкески, байковые штаны и обувь из сыромятной кожи для Магомеда и Лом-Али. Шерстяные носки и варежки для всех.

С собой они взяли только самое необходимое, как это делали всегда. Собрав в переметные сумы и мешки минимум посуды, немного кукурузной муки и одежду, закрепили все это на спине лошади. Умар-Али и Ахмада женщины взяли на руки.

Узкая тропа то зигзагами вилась по склону горы, то круто поднималась вверх, то скатывалась вниз. Попадались места, где с одной стороны к тропе подступала высокая вертикальная каменная стена, с другой же - глубокая пропасть, от одного взгляда в которую кружилась голова. Здесь от одного неверного шага человек мог сорваться в бездну. Глубокие снега и скользкие льды, то и дело попадавшиеся на пути беглецов, отнимали у них последние силы. Впереди по очереди шли Элбарт и Бийсолта, держа под уздцы лошадь и прокладывая по снегу путь женщинам и детям. За ними пробирались женщины с двумя сыновьями на спинах, за женщинами - Муслимат и Энист. Последними плелись Магомед и Лом-Али.

После двух верст пути дети устали. Они часто останавливались, чтобы перевести дыхание. Через опасные участки Элбарт и Бийсолта переводили их по одному, взяв за руки. Хотя женщины и пытались выглядеть бодро, но было видно, что и они порядком устали. Выкинув кое-что из взятого в дорогу и освободив тем самым переметные сумы, устроили в них Магомеда и Лом-Али. Четырех остальных стали по очереди сажать на лошадь. До вечера преодолели еще одну версту. Ночью идти было невозможно. Выбрав безветренное место, беглецы развели огонь и остановились на ночлег.

Чем выше они пробирались в горы, тем трудней становилось идти. На третий день беглецы добрались до подножия высокой горы. Здесь дорога обрывалась. Это был критический момент: путники не могли продвигаться вперед, не было возможности и вернуться назад. На их счастье, удалось отыскать пещеру, где они свободно могли разместиться. Элбарт и Бийсолта собрали дрова и развели костер. Появление людей распугало прилипших к верхнему своду пещеры летучих мышей. Угрожающе щелкали клювами совы. В углу пещеры нашли уложенную толстым слоем сухую траву. Накормив детей, женщины перенесли траву поближе к костру и уложили их спать. После этого, наскоро поев, устроились на отдых и взрослые.

Дождавшись, пока все улягутся, Бийсолта взял винтовку и вышел разведать окрестности. Ночь была светлая, на безоблачном небе властвовала яркая луна. С трудом взобравшись на ближайшую скалу, Бийсолта осмотрелся. Далеко внизу горели костры - это могли быть только солдаты. Бийсолта вернулся в пещеру, разбудил Элбарта и рассказал ему об увиденном. Они решили до утра не беспокоить женщин. Да и что это сообщение могло изменить. Пути вперед все равно не было.

Утром, когда Беци и Зезаг проснулись, Элбарт и Бийсолта рассказали им о нависшей над беглецами опасности.

- Если бы мы смогли подняться на вершину горы, за нею уже хевсуры, - сказал Элбарт. - Там у Зелимхана много верных людей, они с готовностью приютят нас. Подняться на гору будет чрезвычайно сложно. Но и оставаться здесь опасно. Может, оставим коня здесь, я и Бийсолта возьмем детей на руки... и попытаемся продолжить путь вперед?

Беци и Зезаг посмотрели на еще не проснувшихся детей.

- Элбарт, вы сделали все, что было в ваших силах, сейчас же вы хотите предпринять невозможное, - произнесла Беци. - Спасибо вам за все. Мы никогда не забудем вашу братскую заботу. Мы не в силах идти дальше. Тем более с детьми на руках. Самой старшей, Меди, только четырнадцать лет. Запасы еды уже на исходе. В горах дети погибнут от голода и холода. Лучше уж плен, чем это. Солдаты, наверное, не убьют женщин и детей. На все воля Божья. От судьбы не убежишь. Но если вы останетесь с нами, вас или убьют, или сошлют в Сибирь. Бийсолта, конечно, еще подросток, но на вид и он уже мужчина. То же самое грозит и ему. Да и помочь он нам ничем не сможет. Из наших мужчин в живых остались только Зелимхан и он, ну и эти дети. Поэтому возьми с собой и Бийсолту. А нас солдаты, быть может, и не заметят. И запасов еды у нас хватит дня на два. Мы будем экономить. Найдите Зелимхана и сообщите ему, что мы остались здесь...