А. Н. Берег – Темный Властелин. Уволен за неэффективность (страница 2)

— Паспорт. Или удостоверение личности. Что-нибудь.

— У меня есть корона. Но её украли. Вернее, я не знаю, где она.

Петров вздохнул и что-то записал в блокноте.

— Значит, без документов. Где проживаете?

— В цитадели «Врата Вечной Ночи». Но сейчас там… — Азазель замялся. — Сейчас там продают мороженое.

— Понятно. Вы где-то работаете?

— Я — Властелин. Я не работаю. Я правлю.

— На что живете?

— На дань с завоеванных королевств. И на грабежи.

Петров помолчал. Посмотрел на Азазеля. На его грязный балахон. На спутанные волосы. На красные глаза (кстати, у него правда красные глаза? Петров присмотрелся — вроде линзы).

— Слушайте, — сказал лейтенант, понижая голос. — Вы наркозависимый? Алкоголик? У вас бывают галлюцинации?

— Я — Темный Властелин! — заорал Азазель, ударяя кулаком по столу. — У меня нет зависимостей! Я сам вызываю зависимости у других!

— Тише-тише, — Петров оглянулся на дверь. — Я пытаюсь вам помочь. Если вы больны — вас отправят в больницу. Если просто бомж — в приют. Если преступник — в тюрьму. Так что выбирайте.

Азазель опешил. В его время таких вопросов не задавали. В его время любой, кто осмеливался с ним говорить, уже стоял на коленях и молил о пощаде. А этот… этот лысый человек в форме просто сидел и требовал выбрать «больницу или тюрьму».

— Я выбираю… — начал Властелин и замолчал.

А что, собственно, выбирать?

— Вы ничего не выбираете, — вздохнул Петров. — Вы будете сидеть здесь, пока мы не установим вашу личность. А пока — заполним протокол.

И начался ад. Не тот ад, которым Азазель пугал врагов. Не огненные реки, не вопли грешников и танцующие демоны с вилами. Это был бюрократический ад. Петров достал толстую папку и начал задавать вопросы. Сотни вопросов.

— Ваше полное имя?

— Азазель.

— Пол?

— Мужской. Очевидно же.

— Дата рождения?

— Затрудняюсь ответить. Времена изменились. В мою эпоху летосчисление было другим.

— Приблизительно?

— Ну… лет 700 назад. Или 800. Я уже сбился.

— Гражданство?

— Империя Тьмы.

— Такой страны нет.

— Будет.

— Вы угрожаете сотруднику полиции?

— Я констатирую факт.

Через три часа Азазель сидел, уронив голову на стол, и тихо постанывал. Петров заполнял уже двадцать седьмую бумажку.

— Скажите, — вдруг спросил лейтенант, отрываясь от писанины. — А вы правда верите, что вы Темный Властелин?

— Я не верю. Я знаю.

— И что вы планируете делать дальше?

Азазель поднял голову. Красные глаза сверкнули.

— Сначала — найти своих генералов. Затем — восстановить магическую связь с Бездной. Затем — собрать армию. Затем — уничтожить всех, кто посмел надругаться над моей цитаделью, превратив её в… в… в торговый центр с мороженым! А затем — править миром.

Петров кивнул, записал и поставил галочку.

— Так, — сказал он. — У нас есть две статьи: мелкое хулиганство и появление в общественном месте в состоянии, оскорбляющем человеческое достоинство. Штраф — три тысячи рублей. Или 15 суток.

— Каких еще рублей? — опешил Азазель.

— Денег. У вас есть деньги?

Властелин задумался. В карманах балахона он нашел: сушеную летучую мышь (не пригодится), осколок черного кристалла (бесполезен без магии) и клок шерсти адского пса (смешно).

— Нет, — признался он.

— Тогда 15 суток, — вздохнул Петров. — Подпишите протокол.

Он протянул Азазелю бумагу и ручку. Властелин взял ручку, повертел в руках. Странная штука. Пишет без чернил? Чудеса.

— Я не умею подписываться, — сказал он. — В моё время мы скрепляли договоры кровью.

— Кровь нам не нужна, — устало ответил Петров. — Поставьте крестик.

И Азазель, Повелитель Трех Морей, Верховный Архимаг Хаоса, Уничтожитель королевств и Повелитель демонов, поставил крестик. Маленький, кривой, унизительный крестик.

— Великий Хаос, — прошептал он. — Во что я вляпался?

Сутки в камере стали для Властелина откровением. Камера была маленькая, серая, с железной кроватью, унитазом без крышки и плакатом на стене: «Курение вредит вашему здоровью».

— Курение? — Азазель прочитал надпись. — Что за странная пытка? Где цепи? Где раскаленное железо? Где палач с щипцами?

Сосед по камере — мужик с татуировками на пальцах («СЕВЕ-РОН» — как потом прочитал Азазель) — покосился на него и сплюнул в угол.

— Ты чё, первый раз? — спросил он. — Курение — это когда дым в легкие тянешь. Вредно.

— Звучит глупо.

— Ага. Но все курят.

Соседа звали Вован. Он сидел за драку в баре. Он рассказал Азазелю о современном мире больше, чем все магические гримуары вместе взятые. Оказалось, что люди теперь не воюют мечами. Они воюют… деньгами.

— Деньги, — объяснял Вован, жуя жвачку. — Это такие бумажки. Или цифры в телефоне. У кого больше — тот и король.

— Бумажки? — переспросил Азазель. — И всё? Раньше я собирал налоги золотом и душами. А теперь — бумажки?

— Ну да. И души теперь не в ходу. Только если в церквях, но там забесплатно.

— А как же рабы? — не унимался Властелин. — Армии? Замки?

— Рабов нет. Есть наемные работники. Армии есть, но там контракт. Замки… ну, есть особняки. Но их ещё надо ипотеку платить.

— Ипотеку?

— Ну, это когда банк дает тебе денег на дом, а ты потом всю жизнь отдаешь с процентами. Классная штука.

Азазель задумался. Выходило, что его титулы и сила ничего не значили в этом мире. Здесь правили деньги, контракты, банки и… Интернет? Вован объяснил, что Интернет — это такая магия, которая позволяет всем людям общаться друг с другом, не выходя из дома.