А.М. Сунгурский – Проект 2045 (страница 20)

Анна ткнула пальцем в пустую клетку таблицы.

— Здесь я держу ему трубку, потому что ему страшно её сломать. Куда это попадёт?

— В совместное выполнение, если вы отметите.

— А если я забуду?

— Можно исправить после смены.

Майя увидела, как Анна втянула губы. Она уже знала этот жест: ответ ей был понятен, но принять его хотелось меньше, чем до вопроса.

— Я могу закрывать данные для колледжа, оставляя поставщику?

— В этой программе нет. Колледж оплачивает часть участия и получает отчёт. Можно выбрать индивидуальный вариант.

В индивидуальном варианте оставалась полная цена.

Анна спросила, что произойдёт, если она решит выйти после начала. Координатор отдельно объяснила сохранение выросших структур, оплату ещё не выполненных этапов и необходимость другого сопровождения. Условия досрочного прекращения следовало считать по моменту выхода. Майя записала номер нужного раздела. Никто не обещал забрать у Анны ладони, но удобный график платежей зависел от продолжения программы.

Когда связь закончилась, в мастерской стало слышно, как за стеной передвигают столы.

Анна положила голову на руки.

— Я всё равно хочу.

Майя села рядом. На полке перед ними лежали две коробки одинаковых прозрачных трубок. Коробка с целыми трубками была подписана аккуратно, надпись на второй несколько раз исправляли. Из неё торчали короткие обрезки.

— Ты можешь захотеть и не соглашаться сейчас, — сказала Майя.

— Это я сама умею. У меня денег на это умение много лет нет.

Майя не стала отвечать. Дождалась, пока сестра поднимет голову.

— Давай посчитаем.

Первый взнос они могли собрать вдвоём. Майя открыла свой счёт и сразу увидела ещё не прошедший платёж за июльское наблюдение. Потом расходы на квартиру, обычный запас и деньги, которые не хотела больше обещать до следующей зарплаты. Безопасно дать Анне она могла сорок тысяч. Ещё восемьдесят у той уже были.

Начать по рабочей программе получалось. Выкупить возможность не участвовать в ней — нет. После перестройки требовалось сопровождение; в индивидуальном варианте его годовая стоимость тоже не исчезала от первого взноса.

— Сорок бери, если решишь, — сказала Майя. — Без возврата. Но остальное я не потяну.

Анна посмотрела на цифру и провела по экрану назад, к условиям.

— Не переводи пока.

— Хорошо.

— И не думай, что я сейчас стану благородной и довольной.

Майя усмехнулась.

— Я бы испугалась.

Анна собрала детали в коробку. Пружинный прибор положила сверху, отдельно от трубок, чтобы крючок ничего не порвал.

Через неделю Майя пришла в мастерскую к концу занятия.

Анна разрешила побыть сзади, не вмешиваясь. Группа была небольшая, все взрослые. Один мужчина постоянно спешил закончить раньше соседки и всякий раз начинал заново. Женщина в синей рубашке делала медленнее, но после удачного соединения подолгу рассматривала собственную работу, будто ожидала подвоха.

На столах стояли отключённые учебные модули. Анна проверяла каждую сборку до следующего этапа. У торопливого мужчины петля трубки упиралась в корпус. Он прижал её пальцем, чтобы показать, что место всё-таки есть.

— Пока держите, есть, — сказала Анна. — Отпустите.

Трубка вернулась.

Он засмеялся и попытался повернуть соединение целиком. Анна остановила движение, придерживая основание.

— Сначала снимем усилие здесь. Потом повернём.

Майя смотрела на её обычные пальцы. В них не было ничего медленного или беспомощного. Анна знала, что делает; просто каждой маленькой поправке требовались глаза, время, повтор. Новое чувство могло дать ей больше. Майя вдруг разозлилась на то, что из комнаты так легко сделать доказательство, будто сестре и этого должно хватать.

Анна показала пружинный прибор. Мужчина потянул, сравнил движение со своим прежним и нахмурился. Попросил попробовать ещё раз. Женщина в синей рубашке протянула ему свою деталь: у неё тоже не получалось понять, насколько крепко держать.

К концу занятия сломали одну трубку. Мужчина сам положил её в коробку обрезков, предварительно отрезав пригодный участок по отметке Анны. Майя помогла убрать столы, когда все ушли.

— Отправила отказ? — спросила она.

Анна кивнула.

— Написала, что в этой программе не участвую. Заведующий предложил вернуться к разговору зимой.

— Вернёшься?

— Если что-то поменяется. Я не отказываюсь от руки на всю жизнь.

Майя передала ей коробку. Анна поставила её на полку, сняла рабочий фартук и достала телефон. На экране оставалось изображение ладони с распределением новых чувствительных областей.

— Мне обещали сообщить о другой схеме оплаты, если появится. Может, и не сообщат.

Она убрала телефон и попросила Майю подержать стопку модулей, пока освободит место в шкафу. Получилось тяжело. Майя уже собиралась сказать, что можно перенести за два раза, когда сестра забрала верхние два сама.

Дома Никита спросил, как прошло занятие. Майя рассказала про трубку, человека, который хотел закончить первым, и отказ Анны.

— Она правильно… — начал он.

Майя покачала головой.

— Подожди. Она расстроена.

Он посмотрел на неё, потом закрыл рабочую запись.

— Ей что-нибудь нужно?

— Пока ничего. Не звони объяснять.

Никита кивнул. Через некоторое время спросил, можно ли приехать посмотреть на её занятия просто так. Майя сказала, что это надо спросить у самой Анны, и ушла переодеваться.

Когда вернулась, он показывал ей ответ. Анна прислала время и приписала: «Если будешь давать умные советы, получишь самую тугую трубку».

Майя засмеялась. Потом смех прошёл, а перед глазами ещё оставалась рука на экране сестриного телефона.

Глава 12. Третья ночь

Майя успела вытащить из держателя чистую ёмкость для готового продукта, прежде чем поняла, что сегодня она не понадобится.

На выходе линии горел запрет передачи. Подготовленный раствор оставался в контрольном баке, а растения получали питание из запаса. Шум насосов не изменился. Даже в рабочей комнате всё выглядело обычно: чужая чашка возле пульта, забытый стул у прохода, упаковка салфеток, которую не могли открыть по предусмотренному надрезу. Только на схеме появилось ещё одно замкнутое кольцо — продукт возвращался на проверку, не доходя до следующего участка.

Был октябрь. До окончания серии оставалось меньше двух недель.

— Ещё одну пробу? — спросил Денис.

Майя вернула ёмкость в держатель.

— Другим прибором. И из предыдущего бака тоже.

Он уже тянулся к телефону, потом посмотрел на часы. Удалённая консультационная группа не участвовала в этом отрезке опыта. Так они договорились заранее. Локальные контроллеры, блокировки и люди оставались на местах; прекращать проверку и просить помощи можно было в любую минуту. Для этого понадобилось бы только назвать момент, после которого они снова работали с внешним сопровождением.

Майя надеялась обойтись без такого звонка. В сентябре она сама объясняла, что двое суток — короткий срок для установки, которую собираются отправить надолго.