А.М. Сунгурский – Победи мою дочь (страница 7)

Наташа повернулась к ней и беззвучно рассмеялась.

К концу занятия Федя всё-таки проиграл. Четыре — пять в коротком тренировочном бою, который они заранее договорились закончить на пятом уколе. Маску он снял сердито, но положил на скамейку. Маргарита увидела, как напряглись пальцы, прежде чем он разжал их.

Бабушке у двери он сказал:

— Я видел локоть.

— Какой ещё локоть? Ты сегодня нормально себя вёл?

— Он хорошо работал, — ответила Маргарита. — До четверга.

Когда дверь закрылась за последними детьми, Наташа принесла два забытых носка и положила возле чайника.

— Семейная пара, — сказала она. — Разлучать нельзя.

Они сели на скамейку. Маргарита сняла тренировочную обувь, пошевелила пальцами ног. Косточка у большого пальца к вечеру ныла даже в мягких кроссовках. Сейчас была только середина дня, а ей уже хотелось пройтись босиком.

— Вчера твоя Яна молодец, — сказала Наташа.

— В полуфинале полезла без головы.

— Я про четверть.

Маргарита посмотрела на пустую дорожку.

— Да. Там хорошо сделала.

— Кристина обиделась?

— Ты же видела.

Наташа пожала плечами.

— Я видела, как она вышла. Обидеться можно на всё сразу, оттуда не разберёшь.

Маргарита хотела сказать, что дочь сама выбрала своего тренера. Фраза была удобная и справедливая. Она уже произносила её Аркадию вчера вечером, пока тот резал хлеб; Аркадий слушал, потом спросил, будет ли она есть помидоры. Ответа, который ей требовался, не дал.

— Ты бы отошла? — спросила Маргарита.

Наташа повернулась к ней.

— Если бы мой сын с моей ученицей фехтовал?

— Ты поняла.

— Не знаю. Я своего четыре года учу полотенце вешать. Результат пока нулевой. До финалов далеко.

Маргарита усмехнулась, но Наташа осталась серьёзной.

— Рит, я правда не знаю. Могу тебе сейчас красиво ответить. Тебе легче станет?

— Нет.

— Слушай, про четверг. Подмены не будет. У сына собрание, я уже два пропустила.

Маргарита нахмурилась.

— Мы же договаривались.

— Мы обсуждали. Я сказала, уточню.

Она действительно сказала именно так. Маргарита помнила, но успела превратить это в готовое согласие и теперь чувствовала несправедливость отмены, которой не было.

— Ладно. Передвину индивидуальные.

— Спасибо.

Наташа собрала вещи и ушла. Маргарита ещё немного посидела в пустом зале. На стене висело старое объявление о наборе. На фотографии к нему стояла девочка лет девяти, лицо наполовину заслоняла маска; снимок был сделан до ремонта, у синей стены. Девочка давно выросла и работала парикмахером, однажды подстригла Маргариту со скидкой. Объявление всё ещё приводило новых детей.

Она достала телефон. От Кристины сообщений не было. От Аркадия — список из четырёх продуктов и вопросительный знак.

Маргарита ответила: «Куплю. К пяти успею».

Потом открыла вчерашнюю запись Яниного боя. Наташа снимала с неудобного места, люди несколько раз проходили перед камерой. На маленьком экране Кристина двигалась красиво. Маргарита видела её собранный корпус, раннюю руку, то, как она подбирала стопу перед выпадом. Это всё ещё была её дочь — сразу узнаваемая, даже если закрыть фамилию.

В конце второго периода Яна пыталась взять кисть и не успевала. Маргарита остановила запись, прокрутила назад. Ей захотелось снова войти в тот бой и подсказать раньше. Потом досмотрела до перерыва и услышала свой совет.

Голос оказался громче, чем она помнила.

Она выключила телефон.

Яна пришла без формы, в широком свитере, с мокрыми после душа волосами. Принесла небольшой пакет яблок и сразу предупредила, что они покупные: бабушкиного сада у неё нет.

— А я уже надеялась, — сказала Маргарита.

— Надеяться можно. Только яблоки всё равно из магазина.

Они сели возле стола. Яна достала телефон с записью полуфинала.

— Давайте вот это сначала. Я там после девяти вообще не понимаю, что делала.

Маргарите понравилось, что девушка сама принесла поражение. Она могла бы весь день ходить с медалью, собирать поздравления, показывать только четвертьфинал. Вместо этого ткнула пальцем в экран в том месте, где проигрывала девять — десять.

Они посмотрели несколько схваток. Яна каждый раз начинала слишком широко, словно хотела достать соперницу одним движением из другого конца зала.

— Ты здесь уже не терпела, — сказала Маргарита.

— Время видела.

— Время было. Ты счёт видела. Одного укола не хватало, и тебе показалось, что надо сразу два.

Яна поморщилась.

— Мне и сейчас так кажется.

Маргарита отложила телефон.

— Встань.

Девушка поднялась, машинально поставила ноги в стойку.

— Без шпаги. Дай ладонь.

Маргарита вытянула руку, Яна коснулась её пальцев. Тогда тренер отодвинула ладонь всего на несколько сантиметров. Яна тут же потянулась следом всем телом.

— Вот.

— Что?

— Ты уже ушла за мной. Я ещё ничего не сделала.

Они повторили. Маргарита то приближала, то убирала руку, заставляя девушку удерживать себя на ногах. Сначала Яна смеялась, потом сосредоточилась. На пятой попытке перестала ловить ладонь любой ценой и неожиданно поймала её, когда Маргарита сама приблизилась.

— О, — сказала она.

— О, — подтвердила тренер.

Яна снова попробовала. Получилось хуже. Она засмеялась, тряхнула руками.