А.Л.О.Н. – В сознание… (страница 12)

Спустя почти час они оказываются, как полагает Виктор, на той же поляне, откуда вчера его забрал Тед, или существо, притворявшееся им. Фрай, несущийся чуть впереди, машет рукой Диане, показывая, что собирается остановиться. Оба сбавляют скорость и притормаживают недалеко от скопления гигантских деревьев.

– Мне надо отлить, – громко заявляет парень. – Ты как?

– Да, пожалуй, мне тоже, – соглашается Виктор.

Диана глушит мотор, соскакивает со скутера и аккуратно пристраивает его к стволу ближайшего дерева. Металлический корпус глухо ударяется о кору, когда она ставит его на упор. Она вглядывается вдаль, где лес кажется бесконечным, а тени деревьев создают зловещие силуэты. Лёгкий ветер шевелит листву, добавляя к общей картине тревожную атмосферу. Поправив оружие на поясе, она оглядывается, проверяя, нет ли преследования.

– Давайте быстро, – говорит она. – И не разбредайтесь. Я не хочу потом вытаскивать вас из какой-нибудь канавы.

Фрай уже спрыгивает со скутера и уходит вглубь леса. Виктор идёт следом, не спеша, но не отставая. В сыром воздухе стоит запах мокрой коры и мха, под ногами хрустят мелкие ветки. Он догоняет Фрая, когда тот останавливается у поваленного дерева.

– Она всегда такая? – спрашивает Виктор, пристроившись рядом.

– Кто? Диана? – Фрай удивлённо поднимает брови, но сразу понимает, о ком речь. Он усмехается. – Да, она такая. Профессионал. Уже несколько лет в штурмовом отряде. Это не первая её вылазка в логово мутных. Она знает, что делает.

Значит мутные. Виктор молчит, слушает.

– Таких, как она, в общине немного. У нас в отряде её уважают. Она не только разведку проводит, но и продовольствие добывает, технику, запчасти. У мутных этого добра полно, будто у них заводы работают. Представляешь? Как будто они реально построили фабрики. Мы до сих пор не понимаем, откуда у них всё это. Поиск таких мест, тоже наша задача. И ещё – выяснить, куда они исчезают зимой. Потому что, как только температура падает ниже нуля, они уходят. Не переносят холод. Но выследить их невозможно. Перед исходом они усиливают охрану, и чем ближе зима, тем сложнее подобраться.

Фрай делает паузу, поправляет ремень на бедре. Он говорит охотно, сбивчиво, будто давно ждал слушателя. Затем поворачивается лицом к Виктору, и даже то, что они оба заняты делом, не мешает ему жестикулировать свободной рукой.

– Раньше Диана ходила на задания с Максом. Он был старше её, лет на пять, сильный, бесстрашный. Настоящий боец. Всё тело в шрамах. Он убил десятки мутных. Считал, что должен отомстить за отца. – Голос Фрая становится тише. – Его отец погиб от этих тварей, когда Макс был ещё пацаном. Он видел, как тот превращается. Своими глазами.

Виктор смотрит на него, не перебивает, отмечая в голове каждую деталь.

– Макс и Диана были близки. Очень. Все в общине это знали. Говорили, что между ними что-то было, но на самом деле – ничего такого. Просто настоящая дружба. Если кто-то вспоминал Макса, сразу говорил и о Диане. И наоборот. Но год назад он не вернулся с задания. С тех пор она ходит одна.

– Фрай замолкает, смотрит в сторону, будто проверяет, не подслушивает ли кто.

– А я только недавно вступил в отряд. Внук коменданта. Кажется некоторые, даже не помнят моего имени, так и называют. С детства я мечтал стать штурмовиком, как дед. Умом, может и не блещу, но для боя этого и не надо, отваги мне хватает. Девчонки бегают за мной, но мне это неинтересно, не до них. У меня есть… Хотя не важно. Мне важнее борьба. Освобождение. Я с детства слушал рассказы деда и его соратников. Я знаю, за что мы сражаемся.

Он выдыхает, поправляет куртку.

– Так что да, она такая. И я рад, что теперь я её напарник. Даже если она не всегда говорит, что думает.

Справив нужду, Виктор оборачивается. Фрай уже уходит вглубь леса, петляя между деревьями.

– Эй, куда это ты? – окликает его Виктор.

– К тому холму, – отвечает Фрай, не оглядываясь. – Оттуда видно поляну. Хочу проверить, нет ли погони.

Виктор не спеша возвращается к Диане. Та стоит у скутера, смотрит в сторону уходящего солнца. Лес вокруг кажется плотным, но спокойным.

– Так сколько вас в убежище? – он облокачивается на скутер Фрая. Говорит так, будто их разговор не прерывался. – И сколько их?

– Нас человек пятьсот, может, чуть больше. Мы живём вон под той горой. – Диана указывает в сторону заката. – Там построили бункер.

– Понятно, а их? – Он кивает в сторону поселения.

– Мы точно не знаем, но наверняка больше тысячи. Все, кто не успел покинуть поселение, когда много лет назад старый комендант Ри решил перебраться в специально подготовленный бункер. Вы прибыли не в лучшее время, консул. Если бы задержались хотя бы на пару недель, мы бы встретили вас спокойно, без риска. Скоро зима, а это значит, что они куда-то пропадут из города. Никто не знает, куда они уходят. Скоро начнётся зима, и они исчезнут из города. Никто не знает, куда они каждый раз уходят, но в это время становится тише. Весной они возвращаются и снова засаживают поля этой дрянью, будто расставляют капканы для нас. Сейчас – самый опасный период их активности.

– Когда же это началось? – Виктор хочет увидеть всю картину целиком. Ситуация нестандартная. Более того, уникальная. Чтобы понять, как действовать дальше, ему нужно узнать все нюансы. Лучше бы из разных источников.

– Очень давно. Никто точно не помнит, когда появились первые мутные. Мутные – мы их так называем. Просто, потому что после того, как пыльца попадает в человека, тот какое-то время ведёт себя, словно его сознание помутилось. Не осознаёт ещё, что он уже не такой, как все, не нормальный, но и ещё не совсем такой, как они. Будто организм какое-то время борется. А ещё они не общаются между собой. Вы видели их разговаривающими друг с другом? Они словно… как же это? А, телепаты! Дедушка всегда называл их телепатами.

– Да действительно, они необщительны. – Виктор и правда не видел их разговаривающими друг с другом. – Ты думаешь, они общаются телепатически?

– Я не знаю, но наши никогда на вылазках не слышали, чтобы они разговаривали. Ну те из них, которые уже полностью обратились. Те же, которые ещё в процессе, наоборот, очень разговорчивы. Они могут часами ходить по лесу и бормотать что-то себе под нос. Это очень страшно наблюдать. – Диана оглядывается в сторону леса.

– Фрай! Ты что там пропал? – её голос эхом разносится меж исполинских деревьев.

– Пойду проверю, как он там, – бросает Виктор.

Но не успевает сделать и шагу, как навстречу выскакивает сам Фрай. Сломя голову, он бросается к скутеру и кричит:

– Едут! Быстрее! Их там целая армия!

Все трое запрыгивают на аэроскутеры и ударяют по газам.

– Ты чего так долго? – кричит Диана.

– Решил немного пройтись и разведать, нет ли погони. И вот услышал рёв моторов. Там целых три бронемашины, уж не знаю, зачем так много, но надо срочно валить.

– Нужно пробираться по лесу, – говорит Диана, – здесь мы лёгкие мишени. Нельзя выдать местонахождение базы. Придётся ночевать где-нибудь за рекой.

– Инструкция безопасности, принятая когда-то общиной, гласит: если кого-то преследуют дальше этой поляны, то запрещено возвращаться на базу, – поясняет Фрай, запрыгивая в седло аэроскутера. – Необходимо отвлечь врага и на свой страх и риск ночевать подальше от гор.

Оба скутера несутся между деревьями. Виктор вжимается в спину Фрая, плечи сводит от ударов веток, в лицо хлещет листва. В ушах рёв моторов, треск разлетающейся древесины. Он оборачивается. Позади одно из деревьев раскалывается от попадания светового снаряда. Вспышка, искры, щепки в воздухе разлетаются во все стороны. Бронемашины мутных вылетели на поляну, прожекторы скользят по стволам. Они держат курс точно по следу.

Странно. Виктор замечает про себя, что эти мутные на самом деле давно могли бы уничтожить их прицельным выстрелом из пушки. Но тут же понимает почему те не делают этого. Они хотят взять их тела целыми.

Сердце колотится в груди. Даже с учётом последней догадки, Виктор понимает: оторваться будет непросто. Конечно, ему трудно сохранять спокойствие. Он не знает этих лесов, но чувствует, как уверенно впереди движется Диана. Фрай следует точно за ней. Его корпус прямой, руль подчиняется без рывков. Диана, вырулив на прямую и убедившись, что скутер не врежется в дерево, одной рукой вытаскивает пистолет из-за пояса и прицеливается в дерево позади себя. Выстрел точен. Ствол дерева лопается, трещит. Листья вспыхивают ярким огнём. Пламя выхватывает лица, и Виктор ощущает жар на коже. Виктор надеется, что это привлечёт внимание преследователей и те притормозят.

Так и есть. Гул моторов врага становится всё тише. И через какое-то время вовсе пропадает.

Виктор смотрит на Диану. Она не колеблется. Понять её логику можно без слов. Со слов Фрая, Диана знает эти леса очень хорошо, ведь провела в них немало дней. Конечно же, она не погонит в сторону засаженных полей, но есть опасность нарваться на дикие заросли этого ненавистного и страшного растения. Оставаться на ночь в лесу – самоубийство. Именно поэтому, она принимает решение рвануть на север к бурной реке, граничащей с этим лесом. Как объяснила сама Диана, там, на севере, уже через несколько километров температура ночью намного ниже, чем здесь, и это должно остановить преследователей. Перебравшись через реку, они смогут спокойно переночевать, а утром, не дожидаясь рассвета, отправятся домой.